Чтение онлайн

Распоряжения по подготовке красноводского отряда к хивинскому походу. — Возвращение отряда в Чекишляр. — Причины занятия этого пункта. — Вызов полковника Маркозова в Тифлис и инструкции, данные ему. — Сбор верблюдов на Мангишлаке для красноводского отряда. — События на Мангишлаке в конце января и начале февраля 1873 г. — Причины, послужившие к сформированию мангишлакского отряда. — Зимний поход из форта Александровского.

Упорство хивинского хана в исполнении справедливых и умеренных требований нашего правительства немедленно освободить находящихся в Хиве русских пленных и дать туркестанскому генерал-губернатору объяснение своих прежних поступков, когда на дружественные сношения, с которыми обращался к нему ген. — ад. Фон-Кауфман, Сеид-Магомет Рахим-хан давал уклончивые ответы — было причиною принятого русским правительством решения наказать Хиву [17] . Нападение же партии хивинцев на одну из колонн красноводского отряда у Топиатана, 7 октября 1872 г., и угон части верблюдов, сочтены были за открытие против нас враждебных действий хивинским ханом [18] .

После такого факта, достоинство русского государства безусловно требовало дать Хиве почувствовать силу русского оружия. Участие войск кавказской армии в походе на Хиву признавалось, по местным обстоятельствам, необходимым. По мнению главнокомандующего кавказскою армиею, без этого решительного шага со стороны Кавказа, самое пребывание наших отрядов в Красноводске или Чекишляре сделалось бы бесполезным. Между тем, отряд кавказских войск, будучи снаряжен для самостоятельных операций, если бы и достиг Хивы раньше туркестанского и оренбургского отрядов, то этим только упростил бы исполнение общей задачи, облегчив упомянутым отрядам следование по пустыне чрез то нравственное влияние, которое неизбежно произведет на всех кочевников появление русских войск в пределах Хивинского ханства. Кроме того, самое снаряжение кавказского отряда должно обойтись дешевле, чем снаряжение отрядов из Оренбурга или Ташкента.

Так как поход в Хиву предположен был на весну 1873 г., до наступления жаров, то главнокомандующий признал необходимым, еще до возвращения красноводского отряда из рекогносцировки в текинский оазис, начать приготовления к новому походу, дабы окончить их к марту месяцу. Приготовления эти, сделанные в конце ноября и в начале декабря 1872 года, заключались в следующем: 1) интендантству предложено озаботиться: обеспечить всякого рода довольствием красноводский отряд как на месте (в Красноводске и Чекишляре), со времени предполагаемого возвращения его (с 15 декабря), так и в походе, в течение шести месяцев, т. е. по 15 июня 1873 г.; 2) совершенно приготовить к отправлению, около половины февраля, из Петровска и Баку в Красноводск, 6 рот пехоты и 4 орудия, а также, по разъяснении возможных средств и способов довольствия кавалерии, две сотни дагестанского конно-иррегулярного полка две сотни терского казачьего войска, или же только две первые; 3) так как кавалерию, может быть, окажется более удобным перевезти из Петровска в Александровский форт, а оттуда двинуть к Сарыкамышу, на соединение с главными силами красноводского отряда, то об удобоисполнимости этого войти в сношение с начальником мангишлакского отряда; 4) о предстоящей перевозке войск и довольствия предварить общество, «Кавказ и Меркурий», и 5) запросить п. Ломакина, возможно ли приобрести на Мангишлаке, наймом или покупкою, необходимое для похода красноводского отряда число верблюдов, примерно от 4 до 5 тысяч [19] .

Последний вопрос — о перевозочных средствах — представлялся наиважнейшим, как в хивинскую экспедицию, так и в предшествовавших ей рекогносцировках красноводского отряда. Самое занятие Чекишляра, еще в конце 1871 года, по окончании первой рекогносцировки Маркозова, вызвано было, главнейшим образом, этим вопросом, не смотря на значительные неудобства чекишлярского рейда [20] . Между низовьями реки Атрека и Гюргена, в течение зимы (декабря, января и февраля), собираются обыкновенно большие массы кочевников, обладающих значительным количеством верблюдов. Маркозов рассчитывал пользоваться от них перевозочными средствами; но опыт 1872 года не оправдал этих ожиданий. По этому Маркозов еще во время своей рекогносцировки, из Кизыл-арвата, в октябре того года, писал в Тифлис, что вследствие неоднократно уже обманутых надежд на добывание верблюдов в ближайших к Красноводску и Чекишляру кочевьях, придется, для приобретения их, обратиться к одному из двух средств: или пригнать их из Мангишлака, или же, по прибытии отряда в Чекишляр, расположить его, зимою, кордоном в небольших укреплениях по Атреку, с целью не пропускать на правый берег этой реки ни одной кочевки. Затем, весною, когда будет истреблен весь подножный корм между Атреком и Гюргеном и юмуды будут спешить переходить на правый берег Атрека для дальнейшего движения на летние кочевки, отряд, расположенный кордоном, не позволит им исполнить этого, и они волею-неволею должны будут дать ему часть своих верблюдов, чтобы спасти от голодной смерти остальных. Хотя верблюды, которых можно получить подобным способом, не могут быть особенно хороши, и Маркозов отдавал преимущество найму их на Мангишлаке, но тем не менее, однако, в виду случайностей, которые могли встретиться на Мангишлаке, при сборе верблюдов, решился возвратиться в Чекишляр [21] .

Еще до возвращения красноводского отряда в Чекишляр, Маркозов получил приказание главнокомандующего армиею при первой возможности прибыть в Тифлис, для представления своих соображений и получения окончательных по предположенному походу приказаний. Отряд [22] возвратился в Чекишляр 18 декабря, а 29 числа Маркозов уже прибыл в Тифлис, не более как за три дня до отъезда главнокомандующего с начальником штаба в Петербург. По прибытии в Тифлис, Маркозов ознакомился с сущностью высочайше утвержденного 12 декабря плана действий для наказания Хивы, по которому кавказские войска, при своем наступлении, должны иметь в виду соединиться с оренбургским отрядом до вступления в пределы Хивы, и временем прибытия к хивинским границам всех отрядов назначено 1 мая [23] .

На докладе у главнокомандующего Маркозов еще раз повторил свои опасения, впервые высказанные им в Кизыл-арвате в октябре 1872 года [24] на счет невозможности согласования движений красноводского отряда с отрядами других округов. Не говоря уже про то, что отряды разделяло огромное пространство и что установление взаимных сношений между ними было решительно не выполнимо, существовала еще одна капитальная причина, мешавшая приходу кавказского отряда в оазис одновременно с другими отрядами. Чтобы придти к пределам Хивы к маю месяцу, красноводский отряд должен был выступит только во второй половине марта и следовать таким образом по безводной местности в сильную жару, тогда как, во избежание этой жары, он должен был выступить как можно скорее и не позже первых чисел марта. Выйти из Чекишляра рано и ждать в пустыне приближения определенного планом срока, или же прежде временно прибыть к пределам ханства, было одинаково не удобно. В виду этого, Маркозов просил предписать ему идти в ахал-текинский оазис, так как поход этот в равной степени и несомненно оказал бы пользу общему делу. Независимо этого Маркозов высказал свои опасения относительно перевозочных средств: что он мало надеется на приобретение у туркмен верблюдов посредством найма или покупки, что доставка верблюдов из Мангишлака, по дальности расстояния и трудности переправы их чрез Карабугазский пролив, почти невозможна и что он вполне уверен в успехе добычи верблюдов, не только в достаточном числе, но даже с избытком, если ему будет разрешено, хотя на самое короткое время, перейти с частью войск на левый берег Атрека.

Главнокомандующий на эти объяснения заметил, что рано или поздно с текинцами придется иметь решительное столкновение; но если красноводский отряд не примет участия в движении, долженствующем положить конец проискам Хивы против России, то это может оказаться упущением непоправимым, ибо холода на севере могут помешать движению войск из Оренбурга, а туркестанский отряд, без содействия других войск с левого берега Аму-дарьи, может быть задержан на переправе чрез эту реку. «Сколько понимаю я, заметил его высочество, проекта отправления войск одновременно из трех пунктов, по путям мало известным, заключает в самом себе предположение о возможности неудачи для той или другой из двинутых к Хиве колонн. Иначе казалось бы и не было причины направлять их из трех различных, столь отдаленных между собою местностей». Что касается времени выступления отряда в поход, то главнокомандующий разрешил Маркозову на этот счет не стесняться, так как он предполагал исходатайствовать высочайшее утверждение своего распоряжения. Относительно же заявлений Маркозова о верблюдах, его высочество приказал ему употребить все старания к приобретению их путем добровольного соглашения с туркменами, и только в случае крайности, при совершенной неудаче этой меры, воспользоваться поводом грабежей, постоянно производимых кочующими за Атреком туркменами, перейти эту реку и, в виде наказания, отогнать у них верблюдов силою [25] .

Едва главнокомандующий приехал в Петербург, как телеграммою 18 января, сообщил помощнику своему, ген. — ад. князю Святополк-Мирскому, что красноводскому отряду вменяется лишь в обязанность сделать что возможно для соединения с оренбургскими, отрядом генерала Веревкина, но, в случае затруднения, разрешается действовать вполне самостоятельно и прибыть к Змукширу не раньше 1 мая. — «Великий князь уверен, писал генерал Свистунов в Тифлис, что Маркозов, как всегда, в точности исполнит предписанное и постарается стремиться к соединению, но он, однако же, не должен забывать, что все-же-таки поставить в степи из нашего отряда лишних сто русских могил было бы непростительно. Поэтому, если для сбережения здоровья отряда, или по условиям сбора верблюдов, пришлось бы выступить и раньше, чем назначено, и прибыть в Змукшир раньше 1 мая, то его высочество отнюдь не поставит это Маркозову в вину».

Таким образом, опасения Маркозова на счет невозможности согласования движения его отряда с отрядами других округов были устранены приведенными разрешениями, и ему, так сказать, развязывались руки. Оставалось решить еще более важный вопрос — о перевозочных средствах.

Как сказано выше, главнокомандующим отдано было приказание войти в сношение с Ломакиным относительно возможности добыть верблюдов в феврале месяце 1873 года на Мангишлаке, а также об удобоисполнимости движения в марте четырех сотен кавалерии из Мангишлака к Сарыкамышу на соединение с главными силами красноводского отряда! Запрос об этом послали чрез командующего войсками Дагестанской области 27 ноября 1872 г.; при чем ген. — ад. князь Меликов счел необходимым заметить от себя Ломакину, что в ответном заявлении его по этому предмету необходима крайняя осторожность, дабы, затем, в действительности не встретилось таких затруднений, которые бы лишили возможности приобрести приведенное число верблюдов, так как, на основании его, Ломакина, о том заявления, будут составлены соображения относительно предстоящего движения красноводского отряда. Ломакин отвечал, что судя по имеющемуся количеству верблюдов и доказанной адаевцами готовности исполнять требования русского правительства, 5,000 верблюдов могут быть выставлены жителями без всякого затруднения и отягощения их. Но, в виду важности цели значительного числа требующихся сразу верблюдов, а главное — вследствие высылки нескольких хивинских партий к Эмбе и на Устюрт, для грабежа наших кочевников, Ломакин полагал крайне необходимым, для обеспечения успеха по найму верблюдов, занять предварительно, не позже половины февраля, двумя сотнями кавалерии, Биш-акты, и ротою пехоты — Киндерли. Занятием этих двух пунктов кочевникам преграждается выход из Мангишлака и Бузачей в такое время, когда они обыкновенно откочевывают на летовки к р. Эмбе со стадами, обремененными молодым приплодом, и не могут скоро двигаться [26] . Ломакин полагал возможным, заняв Биш-акты в половине февраля, доставить верблюдов к концу этого месяца. — «Так как верблюды необходимы красноводскому отряду в конце февраля, доносил он, я полагаю необходимым занять Биш-акты не позже половины февраля. Тогда только и можно будет надеяться, что к назначенному времени мы будем иметь нужное число верблюдов, не смотря ни на какие подстрекательства и угрозы из Хивы». Если это предположение будет одобрено, то для того, чтобы быть в Биш-акты в половине февраля, он просил об этом распоряжения не позже половины января. Что касается вопроса о движении кавалерии к Сарыкамышу, то начальник мангишлакского отряда находил его возможным и удобным, а собственно для Мангишлака полезным и даже необходимыми Запас продовольствия на все время движения кавалерии он полагал иметь в складах у Киндерлинского залива, в Биш-акты и в Ильтедже, назначив в каждый из этих пунктов по одной роте пехоты для конвоирования между ними транспортов, вследствие чего и просил усилить его двумя ротами [27] .

Предположение Ломакина о занятии в половине февраля Биш-акты и Киндерли двумя сотнями кавалерии и ротою пехоты было одобрено главнокомандующим, о чем и послано ему известие в форт Александровский 2 января. Вместе с тем интендантству предложено озаботиться заготовлением и доставлением для двух сотен и одной роты, к половине февраля, в Киндерлинский залив необходимого на один месяц количества продовольственных запасов, как о том просил Ломакин. Затем все прочие предположения его оставлены были пока без движения, до прибытия в Тифлис Маркозова.

После словесного доклада Маркозова главнокомандующему, в конце 1872 г., о чем сказано выше, его высочество отменил предполагавшееся движение четырех сотен кавалерии к Сарыкамышу и велел послать Ломакину приказание, чтобы он озаботился немедленным приготовлением красноводскому отряду трех тысяч и ни в каком случае не менее1 1/2 тысячи верблюдов, которых доставил бы к 20 февраля и не позже 1 марта в Красноводск, под конвоем двух сотен кавалерии, находившихся тогда на Мангишлаке, которые должны затем поступить в состав красноводского отряда. Если бы в приискании верблюдов встретились затруднения, то Ломакин обязывался уведомить об этом Маркозова заранее, т. е. до 15 февраля [28] . Последняя добавка сделана была с тою целью, чтобы, в случае неудачи сбора верблюдов в Мангишлаке, Маркозов мог иметь время добыть перевозочные средства на Атр шкуною. Но так как первая шкуна отходила туда почти чрез месяц (1 февраля), то кавказский штаб сделал распоряжение, чтобы для доставления на Мангишлак телеграммы 6 января приготовлено было в Баку военное судно. По получении уведомления о том, что пароход «Шах» к плаванию готов, штаб сообщил об этом 12 января в Шуру и просил штаб войск Дагестанской области отправить депешу на этом судне, для чего и войти в сношение, по телеграфу, с командиром бакинского порта. Телеграмма была отправлена в Баку по почте и получена там только 14 января [29] . Пока командиру судна передали по телеграфу подробные указания и потребовали от него, в предупреждение последствий ошибки, повторение данной ему инструкции, по телеграфу же, времени ушло так много, что пароход мог отправиться в Мангишлак только 18 января утром, а прибыть в форт Александровский 19 в полдень [30] .