Хладнокровное чудовище
Шрифт:
Но что-то пошло не так.
Пройдя до стола, он затушил сигару в железной походной пепельнице, оставшейся со времен службы на западном фронте, и осмотрел свой кабинет ещё раз. Что могло намекнуть на связь с Айдан? Не осталось следов от письма, печать была вскрыта так, что не подкопаться. Она не оставила в порыве страсти ни какой-нибудь платок, ни какую значимую деталь. Вальдер бросил в камин даже те недописанные бумаги, которые сам заполнял в ночь перед её приходом.
Звук гонга из храма прозвучал в ночи как погребальный.
Погребальный? Вальдер поморщился. Что за мысли в его голове?! Надо уничтожить все следы её пребывания и не только в комнате, но и в мыслях. К демонам это. Игра из развлекательной стала смертельной.
Комната душила мутными, жаркими воспоминаниями. Огонь, кресло, звёздное украшение на лбу. Тьма в глазах. Всепоглощающая бездна. «Я хочу стать невестой Императора». Неудовлетворенное желание, что превращается в жажду. Вальдер растянул свободнее ворот рубахи и потер шею. Айдан, словно яд, уже проникла в его кровь.
Не став накидывать даже лёгкий короткий камзол, Вальдер только обулся и ещё раз оглядел комнату, чувствуя себя в душной клетке. Пнул носком сапога тлеющие угли в камине и спустился на улицу.
Влажный прохладный воздух окутал со всех сторон, забрался под ворот рубахи и, как навязчивая любовница, льнул к оголенной коже. Вальдер на миг подставил лицо небу, позволяя мороси остудить жар.
Гулкий стук сапогов по мокрому, скользкому булыжнику вторили отголоскам гонга, гуляющим между домами. Где-то заржала лошадь. Хлопнула входная дверь. Сквозь влажность и туман уличные фонари, казалось, не горели вовсе — тихо тлели, как угли в остывшем костре.
В такую ночь легко поверить в существование призраков, что являются из-за той грани мира. Вальдер шёл по опустевшим улицам, зная, что его ведет древний охотничий инстинкт, тот, что не утолила даже схватка с вепрем. Тот, что веками звучал в крови у всех мужчин. Предчувствие заставляло напрягаться каждый мускул.
Он дошёл до центрального храма в предгорьях столицы, который при Сиркхе обрёл священную ценность и будто даже возвысился ещё сильнее. Ярче засияли серебряные украшения сводов и отделанные бронзой лики Четырёх богов. Паломники, стекающиеся со всех краев Ивварской Империи, теперь денно и нощно толпились у ступеней храма. И в эту ночь их стало ещё больше. Они так жаждали прикоснуться к императору — посланнику Четырёх богов. Слухи, что он сейчас здесь, разошлись по городу даже без особых торжественных мероприятий.
— Слава императору! — прокричал кто-то, опускаясь коленями на камни, и череда ответных криков прокатилась волной по толпе.
— Разойдитесь! Прочь, прочь! — отгоняли самых назойливых стражи порядка рангом пониже, снующие перед молчаливо ожидающей божественного чуда толпой. Выше им не дали бы подняться гвардейцы императора, создавшие оцепление по всей ширине лестницы.
Они замерли, точно каменные изваяния, с пиками наперевес в светло-серых одеждах, отдавая дань происхождению императору и выбранным им цветам. Металлические доспехи поблескивали в ночной темноте.
Хотелось наконец добиться своего. Такого же восхищения и признания, которого не хватало прежде. Нужно просто выбрать верный путь. Они оба отмечены богами. Так за чем же дело?..
Последнее испытание невест императора держалось в строжайшей тайне, даже Вальдеру не удалось выяснить и крупицу правды — в отличие от второго, когда Сиркх прилюдно казнил изменника и заставил претенденток на корону вынести приговор. Айдан… она не была исключена и изгнана с позором.
Или Вальдер об этом не знает?
И приговор вынесут только сами боги.
Вальдер сощурился, глядя на безмолвные лица Четырёх на главных колоннах храма. Они ли вели его всё это время? Или он оступался, раз за разом уходя от истинного служения. И пропасть была всё ближе. Но… ёще не поглотила. Он по-прежнему жив! И готов забрать своё.
Может, дарханы в чём-то и правы? Но от мысли, чему на самом деле учили дарханов в монастыре, бросило в пот. Вальдер усмехнулся сам себе. Как это, право, иронично! Айдан де Марит — ученица Сиркха, участница совета Дарханов в святейшем городе Империи — Сеттеръянге на Итене. И если она и впрямь недалека от богов и Сиркх подтвердит это своим выбором… что ж, такая вера будет по душе.
Вальдер поёжился от пробравшего озноба. Он давно не чувствовал этого. Страх — дикий и животный, крутящий нутро. Парализующий волю. Вальдер застыл, глядя перед собой, чувствуя только, что толпа рядом шевелится неразличимой массой. Какая-то сила удерживала недвижимо не только его, но и всех вокруг.
Ему не стоило находиться сегодня здесь, не надо было приходить столь рано. Кто-то доложит — и неуместное внимание Вальдера к участницам отбора может сыграть не в его пользу. Даже преданность богам и желание почтить своим вниманием храм Четырёх едва ли станет серьезным основанием. Он дразнит быка красной тряпкой, прекрасно понимая, что за ним следят, но отчего-то продолжает это делать.
Повернувшись, Вальдер принялся проталкиваться через паломников, сгрудившихся у ступеней.
— Эй, потише, — буркнул один из здоровых мужиков, воззрившись исподлобья.
Жгучее раздражение и ярость отравили кровь. Этот неодаренный должен был бы пасть ниц и заткнуть свой поганый рот при виде мага, а не пытаться его одёрнуть!
Слава богам, одного взгляда хватило, чтобы мужик заткнулся и оттащил своего соседа подальше, давая дорогу. Вальдер резко прошёл мимо всех собравшихся, удерживая себя от того, чтобы ударить кого-то из подвернувшихся под руку или применить свой дар, заставляя их отступить.
Отряды стражей теснили людей у храма Четырёх богов со всех сторон. Что-то явно происходило внутри, но любопытство стоило бы притушить. Он узнает, кто стал избранницей Сиркха, утром наравне с другими. Достаточно пощекотал себе нервы на сегодня.
Пройдя сквозь ряды солдат, паломников и одетых в парадное дарханов, Вальдер наконец поднялся выше по улице вдоль храма. Что-то заставило бросить взгляд выше, на стены из камня, уходящие в мрачное небо с проседью тяжелых облаков. Показалось — или там, у окон на самом верху, мелькнула тень? Кажется, там ещё одна подъездная дорога к храму… Вальдер торопливо шёл по улице, ведущей круто вверх. Оценив расстояние и поняв, что рядом не осталось прохожих, Вальдер срезал путь и быстро взобрался по холму на другую дорогу.
Дыхание сбилось, моросило ещё сильнее, скрадывая видимость. Он остановился, быстро обернулся вокруг. За колонной моста через овраг кто-то был и изо всех сил пытался скрыться в густом тумане от реки.
— Хей! А ну стой! — Вальдер почти догнал бесшумно бегущего, но длинные полы одежды развевались, вновь и вновь скрываясь за очередным поворотом.
Они оказались в тёмной части города в безлюдном квартале, где почти не горели фонари. Бегущий снова потерялся из виду. Вальдер знал одно: он должен догнать! Переведя дыхание, он быстро окинул взглядом улицу и рванул за убегавшим. На бегу подхватил с земли камень, швырнул о стену дома напротив. И, поймав мгновение, бросился за угол, чтобы схватить дернувшегося в другую сторону беглеца.