Хлеб, любовь и небеса
Шрифт:
– Обзываешься?
– И в мыслях не было, что ты! Хотел сказать: главное – это партнёра подходящего найти. Сама же сказала, совместная деятельность сближает. Ну вот, сближение и состоялось.
За разговорами время шло быстро. Скоро Идаира собралась домой. Владислав повёз её домой. Подъехав к её дому, они продолжили сидеть в машине.
– Не хочу с тобой расставаться, – Владислав обнял Идаиру, опустив лицо в её волосы.
– Я тоже. Но надо дать время, чтобы мысли пришли в порядок.
– Вот такая ты! Тебе нужно всё упорядочивать!
– Тебе тоже. Просто ты пока этого не понимаешь.
– Как же хорошо с умной женщиной! Знает, что делать, и за себя, и за меня! – Владислав рассмеялся.
– Нет. Просто, я тебя ни к чему не обязываю. Было отлично. – Прозвучало как-то сухо и сдержанно, и она добавила: – Спасибо за всё… За те цветы тогда, за вчерашние звёзды и … за кристалинку в океане вообще, – смутившись, она торопливо вышла из машины.
Тимур должен был приехать только на следующий день. Идаира была даже рада. Значит, есть время подумать, успокоиться, чтобы ничего не выдало в её поведении, что она в сильном смятении. Она быстро переделала домашние дела и уже хотела пораньше лечь спать. Но тут раздался телефонный звонок. Владислав? Что ещё могло случиться? Она подняла трубку.
– Вызывали? – на том конце послышался бодрый, и даже весёлый голос Саши.
Идаира на мгновение смешалась. Вот сейчас это было совсем некстати.
– Нет, не вызывала.
– А как же ваше вызывающее поведение?
– В смысле? Саша, ты чего? И почему так поздно?
– Ладно, Ида, я шучу и придуряюсь. Я узнал, что твой Тимур на конференции. Приду?
Идаира не представляла, как она будет теперь вести себя с Сашей. Но, может, по какому-то неведомому небесному сценарию она должна решить эту ситуацию именно сегодня. Идаира решилась.
– Приходи. Надо поговорить.
– Только поговорить? – Саша продолжал говорить в игривом тоне.
– К разговорам могу и чаю добавить.
Возможно, её тон удивил Сашу. Он немного помолчал.
– Жди, короче. Я скоро.
Идаира ещё не знала, какими словами и что именно она скажет Саше. Но она знала, что прежних чувств к нему, у неё нет. И надо это донести до него так, чтобы он не подумал, что это он в чём-то виноват, или стал неинтересен. Изменилась она, а он должен просто принять это.
Он появился в дверях и протянул руки, чтобы обнять её. Идаира отстранилась. Саша удивлённо застыл.
– Что-то случилось?
– Ничего особого. Просто… я выросла из наших отношений, – прозвучало это сухо и отвлечённо, но ничего лучшего Идаира не смогла придумать для начала разговора. Это было истиной. А это главное.
Саша стоял и не знал, что сказать. Его недоумение отразилось не только на лице, но и на позе.
– Сними куртку, проходи. Сказала же, чаем угощу. И объясню, что происходит.
Саша начал снимать куртку, приглушённо бормоча:
– Ты вообще-то выросла уже давно.
Они прошли на кухню. Парень молча прошёл и сел. Он ждал, что скажет Идаира. Она налила чай, поставила нехитрую еду, села напротив.
– Саша, у нас не может быть дальше прежних отношений, – заявила она. И, глядя на удивлённо вытянувшееся лицо парня, словно боясь остановиться, продолжила: – Но, разрыв не всегда означает конец, а часто бывает ступенькой для восхождения. Только, чтобы подняться на новую вершину, надо спуститься со старой. Это я о тебе. Тебе надо открывать новую страницу своей жизни.
Она проговорила это словно на одном дыхании.
– Ида, что происходит? – парень был явно растерян. – Какие старые вершины? Ты не старая! Если ты обижена, что я не появлялся некоторое время, так запарка у меня была. И на работе, и семейные некоторые дела, у мамы. Ты прости меня! Что не звонил. Не хотел загружать тебя.
– Да нет, дело не в этом. Ничем ты меня не обидел. Ты отличный парень! Именно поэтому ты должен жить своей жизнью. Жениться, завести семью, детей.
– Я и на тебе не прочь жениться! Разве ты не хочешь? – Саша всё ещё не мог согласиться с происходящими изменениями. – Ну, есть немного разницы в возрасте. Но ведь немного! Тебе ещё нет и сорока, а мне уже почти двадцать четыре! – он попытался подчеркнуть свою шутку смехом, но вышло это у него немного нервно. И, внезапно произнёс: – А ты выходи за меня замуж!
– Спасибо тебе, конечно, за твои честные добрые намерения, – у неё даже сжалось в горле от слов парня. – Саша, мы все по жизни друг другу обычные попутчики. Просто кому-то всю дорогу идти вместе. А кому-то только до развилки.
Саша напрягся. В его взгляде сверкнуло ожесточение.
– Что то я не понимаю, что ты хочешь сказать… То есть, со мной ты всю дорогу пройти не хочешь? – в его голосе послышалась горечь обиды. Затем, словно озарённый догадкой, он спросил: – У тебя кто-то появился? С которым ты хочешь пройти весь путь? А я? Как же я?! Поматросила и бросила? – последние вопросы были заданы уже со злым возмущением.
Идаира почувствовала, что в нём просыпается досада, даже смешанная с некоей агрессией. Она понимала, что Саша сейчас испытывает ощущение обрушения мира. Пусть не катастрофического, но неприятного. И чтобы переосмыслить это, ему нужно время. Чувства нельзя изменить одним щелчком. Требуется время. Но сейчас нужно было как-то изменить направление его мыслей. Как если бы, на каком-нибудь приборе понадобилось сбить установленные настройки.
– Если бы у твоей мамы появился кто-то, её ты тоже обвинил бы, что она тебя бросила? – спросила она внезапно.
Саша смешался. Он озадаченно посмотрел на неё.
– При чём здесь моя мама? Ты же мне не мама… Сравнила! Ты и моя мама… Ты даже по возрасту мне в родительницы не годишься, – уже более спокойно пробормотал он.
– Нет, конечно. Но по возрасту и опыту прожитых лет, я ближе к твоей маме, чем к тебе. И по ощущениям тоже.
Она специально говорила наставительным тоном. Саша молчал. Идаира продолжила.
– Знаешь, для крепких отношений недостаточно просто наличия любви, пусть даже самой большой. Ведь хочется, и любить открыто. Когда не нужно ничего ни от кого скрывать. Это освобождает человека, чтобы он мог направить свои силы и энергию на что-то другое. Хочется ещё, чтобы и вокруг знали, что ты любима. Открыто. А наши отношения мы скрывали. Точнее, я скрывала. И от своего сына, и от окружающих. Как будто что-то неправильное делаю. Значит, оно и было неправильно.
Она говорила это как бы ему. Но на самом деле объясняла, уговаривала и убеждала себя, что поступает сейчас правильно. Сейчас ей надо было закрыть эмоции, чувства и послушать голос своего рассудка. Идаира продолжала говорить.
– Но у меня всё-таки и муж был, и сын есть. У меня есть моя семья. Тебе тоже надо иметь свою семью. Встретить свою ровесницу, подругу, чтобы создать свою семью. А не пытаться стать частью уже созданной, чужой семьи. Тебе надо пройти свой собственный путь.
Саша слушал молча, не перебивал. Наконец, он заговорил.