Чтение онлайн

— Конечно милая, обязательно посетим скачки, и господа Салеваны возможно составят нам компанию.

Ужин протекал в праздных разговорах и только после того как застолье покинула Юлия, мужчины перешли к обсуждению политической ситуации в Толинхэде. О предстоящих выборах нового мэра следующей осенью. Алан Ларистен (старший сын Гая), занимающий должность советника действующего мэра и как возможный будущий его приёмник объяснял, какие сложности они испытывают из-за противостояния политических партий, которое назревает в предверии выборов. Политическая жизнь Маэтана вступает в совершенно новую фазу, одним из её главных признаков является - конкуренция союзов и партий. О том как сложно им приходится с консервативной партией «Союз Дэ-Гэр», лидером которой, более десяти лет является представитель одной из семей основателей, сын Альтара Геррера, Дэрек Гэррер.

За бокалом хорошего вина мужской разговор затянулся почти до полуночи.

Перед тем как разойтись по гостевым комнатам, Алекс пригласил братьев к себе. О чем пойдет разговор каждый из них уже догадывался.

— Значит она здесь, - выдохнул Крид, усаживаясь в кресло.

— Алекс, я настроен жениться на Юлии, но это не значит, что я позволю вам обращаться с Мариной не должным образом, - Рик окинул старших братьев строгим взглядом и устроился у окна.

— Никто ей не причинит вреда, - успокоил его Алекс, - Я побываю в университете, встречусь с другом и узнаю, как обстоят дела.

– Я с тобою, - утвердительно заявил Натан.

– Хорошо, я не против. Но, ближайшие дни Ларистен просил моего содействия и присутствия на встречах с членами Высокого суда. Вы это сегодня сами слышали.

— Значит только на следующей неделе? – с досадой произнёс Натан.

— Посмотрим Натан. Рик, попробуй узнать у Юлии, где и с кем живет Марина, а Крид… Крид?
– Алекс посмотрел на Крида, - Брат, ты о чем там задумался?

— Я хочу с ней поговорить, до того как вы опять начнёте её перетягивать каждый на себя.

— Так ты первый это начал! Правда с вином ты тогда к ней не дошёл, – заявил Натан.

– Не первый, а последний. Вы с ней общались, танцевали, кое-кто даже большее себе позволил, - глянул тот на Натана, - А она от вас всё же удрала. Я хочу первым с ней встретиться и поговорить, даже если вы против… Если она мне не оставит ни шанса, она ваша. Отойду в сторону как Рик.

– Встречайся, не вопрос, - парировал Натан и обратился к Алексу, - Значит мы с тобой вместе едем в университет, а там как сложится… да?

– Выходит так. Ну, если всё выяснили, думаю пора расходиться.

Салеваны сдаваться не собирались. С появлением на горизонте Марины, у каждого появилась надежда на отношения и не только. Вот только действовать каждый из них будет по своему. И упускать её в этот раз не намерен никто, кроме Рика. Он позицию Марины в отношении себя уже выяснил, ещё в Йоране.

Жак подвёз меня на занятия, утро было почти обычным, но… не дошла до университета метров сто:

– Марина! – оглядываюсь по сторонам и вижу Крида, сердце начинает колотиться как сумасшедшее.

– Ты? Зачем здесь? – стою как вкопанная и судорожно пробегаюсь глазами по территории универа в поисках других братьев. Их нет. Выходит пока только Крид.

– Поговорить хотел, увидеть тебя…

— Я не хочу опаздывать…

 — Марина? Не беги прошу.

– Я не вернусь в чертовы скалы.

— И не нужно. Я рад, что ты в порядке, учишься. Но этот Жак… - медленно двигается в мою сторону.

 — Не приближайся стой где стоишь. Я устала менять хозяев и дома. Жак меня вполне устраивает.

– Но он рано или поздно отдаст тебя Грэгори? Они встречались. – делает ещё один шаг на встречу.

– Вы тоже поступаете не лучшим образом. Похитили меня и использовать хотели себе в угоду.

– Не нужно так однозначно о нас.

– Ты ещё скажи, что выбора у Вас нет. В Маэтане полно девушек, а вы их с Земли…

– Нет. Марина, не было никого, ты первая и последняя, поверь. Не уходи давай поговорим.

— О чем? Ты решил вернуть меня домой?

– Нет, к сожалению я этого не могу.

– Тогда нам не о чем говорить. НЕНАВИЖУ тебя! Ты, лишил меня семьи, дома, всего! Не приближайся.

— Марина! Если бы не авария… ты должна была погибнуть. Крупная авария на мосту, погибли не только ты и таксист, ещё люди. Я забрал, спас тебя. Что бы ты жила здесь, долго и счастли…

— Ты лжёшь! – он всё-таки приблизился, я нервничала, оглядывалась по сторонам и упустила момент, когда он оказался рядом.

Крид крепко взял меня за плечи и хотел прижать к себе, но я начала упираться руками в его грудь и колотить по нему кулаками:

– Ты лжёшь! Не было аварии! Ты следил за мной и выкрал. Ты это сделал! Ты во всем виноват… Чертов придурок… - мой голос сошёл на хрип, я ударила его кулаком в скулу, силы как и гнев стали покидать меня и я совсем осипла, - Ненавижу тебя… – произнесла на выдохе и ели слышно, из моих глаз потекли слёзы.

На улице была та ещё погода, холод и мороз начали острыми иглами колоть и щипать моё мокрое лицо, плечи дернулись и тело стала бить мелкая дрожь. Крид ослабил хватку и опустил свои руки. Я как деревянная кукла которую держит кукловод на ниточках, странно отшатнулась от него в сторону, развернулась и дрожащими ногами быстро пошла в сторону университета.

Рэм, увидев почти бегущую расстроенную и сопливую Марину, зло бросил взгляд на мужчину, от которого она убегала. Ускорил свой шаг на перерез и перехватил её почти у входа, на улице. Остановил резко схватив за руку, обнял одной рукою за шею, а другой взяв за подбородок заглянул в лицо.

– Марина, не надо, успокойся, прошу, - и прижался губами к её лбу. Всего мгновение и Марина с силой отталкивает Рэма:

– На нас все смотрят! Что ты творишь?

— Да пошли они к черту, Марина, - произнёс он ледяным голосом, не обращая ни на кого внимания. – Марина? Кто он, что хотел? Говори…

— Оставь меня, уже наговорилась, даже до чёртиков….
– Рэм ещё раз взглянул на мужчину и перевёл взгляд на Марину. Она смахнула рукой с лица слёзы и игнорируя Рэма вошла в двери.

Занятия ещё никто не отменял, с этой мыслью я помчалась по коридору…

Первую и вторую пару сидела как вкопанная, не слышала и не слушала. Сдерживая свои эмоции и боль, не показывая их ни единой морщинкой на лице. Третью пару пряталась в библиотеке. Дала волю своему нахлынувшему отчаянию. Сидела на полу между стеллажами, там где пыль и грязь годами никто не вытирал, и где книги о патриотизме и военному искусству в руки долго не брали… Слёзы тупо стекали по щекам, а я всё пялилась в одну точку всхлипывая. Мои ноги ослабли, руки тряслись… отвратительное состояние…