Чтение онлайн

«Ну, нет! – подумала она, начав чаще взмахивать крыльями, – Я тебе покажу, где твоё место».

После этого девушка резко сбавила скорость и, когда Дион, по инерции приблизился к ней, не успев остановиться, она развернулась и взмыла вверх, будто бы случайно зацепив юношу крылом. Тот, не ожидав подобного, рухнул вниз и лишь у самой земли смог выправиться и вернуться к группе. В его душе шевельнулась злость. Он ничем не выказал этого, но в следующий раз, когда посмотрел в спину Асити, его взгляд был мрачен.

Дион летел, как прежде, но теперь внимательно следил за каждым движением девушки. Как только она начинала тормозить, юноша заблаговременно разворачивался, чтобы быть на небольшом отдалении от неё. Асити заметила это и более не предпринимала никаких действий, скорее всего решив, что на гарпий охотиться лучше в полном составе. За недавнее происшествие она не извинилась и когда давала указания у подножия южной горы, чьи пики и отвесные скалы уходили далеко ввысь, предпочла сделать вид, будто ничего не было.

– Итак, – сказала она, заняв место на возвышении, – Где-то там наверху есть гнездо. К сожалению, оба разведчика остались в первой команде, но мы и сами сможем найти жилище гарпий. Надеюсь, все помнят, что это за твари. Приближаться к ним в одиночку – самоубийство, так что действуем сообща. Я буду координатором. Сейчас же проверьте своё оружие. Когти должны быть хорошо закреплены, иначе вам будет нечем обороняться. Всё хорошо? Проверили? Отлично. Теперь план действий…

Асити кратко набросала возможные методы и ходы, каждый из которых, так или иначе, представлял особую опасность для Диона. Юноша не понял, специально ли девушка делала это, но в глубине души надеялся, что нет. Когда Асити кончила говорить, выходило, что первым к логову гарпий лететь должен был всё-таки брат Нокта. Остальные фаратри молча приняли это, не беспокоясь о судьбе русоволосого парня.

Дион горько усмехнулся, но делать было нечего. Зажмурившись и взглянув на пик южной горы, на котором кое-где лежал снег, юноша перевёл взгляд на Асити и кивнул. Девушка внутренне улыбнулась.

– Будь осторожен – вдруг сказала она, правда, с интонацией, говорившей о том, что девушка лишь соблюла приличие.

Дион взлетел.

Сначала перед ним молниеносно проносились нижние горные ярусы, а далее потянулись возвышения и крутые утёсы. Снежная шапка по-прежнему маячила далеко вверху. То и дело жмурясь, из-за яркого солнца, юноша летел практически вслепую, но скорость не сбавлял.

***

Повсюду царила величественная тишина, внушающая разумным существам ещё большее благоговение, нежели хаос жизни, её извечная суета. Неизвестно, о чём в эти мгновения думал юноша, да и думал ли вообще. Уж слишком стремительно нёсся он вверх, в когти хищника, и чем ближе к ним становился, тем крепче сжимал свои собственные.

Клёкот раздался внезапно. Едва успев уловить пронзительный звук, который в подобных случаях через секунду обращался в смерть, юноша отпрянул в сторону. Тотчас мимо него пронеслось здоровое тело, ощетинившиеся тысячами жёстких коричневых перьев. Птица, чья тень слепым пятном падала не землю, была вооружена костяным клювом и когтями, прочности которых позавидовал бы даже металл. Она пролетела в метре от фаратри и теперь была в бешенстве, не сумев с первого раза захватить добычу. Юноша продолжал лететь и только через пару секунд почувствовал всю палитру эмоций, пробуждаемых близкой смертью. Главным из чувств был страх.

Оглянувшись и заметив, как дьявольская птица разворачивается, чтобы снова атаковать, парень расслабился и камнем рухнул вниз. Его крылья трепетали в воздухе, руки были скрещены на груди, глаза широко раскрыты. Земля стремительно приближалась, птица ринулась за фаратри. Её громкий клич, десятикратным эхом отразился от горных стен, и на помощь первой твари явилась вторая, ещё большая – самка. Её перья, в отличие от коричневого самца, отливали жёлтым, когти были длиннее и крючковатее, а голос её, поданный в ответ на призыв, звучал громче.

Дион снова взмыл вверх. Через минуту он заметил спрятавшихся меж камней фаратри и теперь вёл птиц прямо на них. В этом состоял план.

Гарпии приближались, их глаза сверкали, и восемь крыльев яростно молотили воздух. Наступал переломный момент. Смогут ли фаратри количеством напугать двух гигантов или же нет – от этого зависел исход всего дела. Момент, и шесть пар крыльев взмыли в воздух. Гарпии, не ожидав такой встречи, попытались изменить траекторию, но, не успев замедлиться, пролетели по касательной к недавнему укрытию фаратри. К счастью, никто не пострадал.

– Вверх! Все вверх! Окружайте их, если вырвутся – выматывайте! – вскричала Асити, первая бросаясь вслед за гарпиями. Птицы, наконец, развернулись и теперь летели в сторону южной горы, видимо, намереваясь заманить и среди гигантских скал растерзать непрошеных гостей. Дион, предположив вероятную траекторию полёта девушки, последовал за Асити. Позади себя он слышал взмахи крыльев остальных. Вскоре фаратри рассредоточились, но русоволосый юноша по-прежнему различал среди скалистых стен силуэт Асити.

Девушка с умопомрачительной скоростью лавировала между камнями, пролетая над серыми горными арками, взмывала ввысь, падала, группируясь у самой земли, и продолжала преследовать гарпий. Снова раздался боевой клёкот, и одна из птиц свернула в сторону ущелья, образованного центральным массивом горы и её восточным придатком. Асити не останавливалась. Вскоре она влетела в тенистую зону, где гора заслоняла солнце, покрывая каменное плато тёмно-синим мраком.

Едва поспевая за девушкой, Дион взмахивал крыльями, сам не понимая, ради чего он продолжает преследование. С одной стороны, этого требовали традиции и условия выживания, с другой – русоволосый юноша двигался против собственной воли и с радостью отверг бы испытания, предложенные ему. Однако сделать это – означало, подвести свой род, дать повод для упрёков брату и разочаровать Фреома, возлагавшего на юношу большие надежды.

Казалось бы, охота это естественное состояние живых существ в дикой природе. Она – это основа жизни. Непримиримый инструмент выживания. Но то, что применимо к дикому зверю, не применимо к существу с развитым разумом, являющимся катализатором для образования души. Дион чувствовал это всем своим существом, но не мог выразить ни словом, ни мыслью.

Он продолжал лететь.

Ситуация требовала его всестороннего погружения в процесс, недостаток которого мог быть чреват смертью. Подгоняемый инстинктом выживания, Дион вскоре забыл о противоречивых чувствах и, вдруг преисполнившись тупого охотничьего азарта, стал лететь ещё быстрее. Выжимая из крыльев запредельную скорость, юноша, наконец, снова заметил Асити, которая пятнадцать минут назад мелькнула перед ним, как думал Дион, в последний раз.

Птичий крик раздался вновь, и женский силуэт стал набирать высоту. По-видимому, одна из гарпий приближалась к гнезду, вторая же летала где-то внизу, чтобы в нужный момент загнать фаратри в тупик.

Оглянувшись, Дион никого не заметил. Его никто не прикрывал. Нахмурившись и, видимо, решившись, юноша вслед за Асити начал подъём. Чем выше он взлетал, тем тяжелее становилось дышать, крылья начинали подводить – из-за чрезмерного напряжения их иногда коробила слабая судорога. Сжав зубы, Дион на мгновенье закрыл глаза и попытался расслабиться. Но как только он потерял контроль над телом, гравитация тотчас принялась притягивать его к земле. Испытав страх птицы, раненой в полёте, юноша пронзительно вскрикнул и через невероятное усилие вновь привёл крылья в движение. Потоки воздуха продолжали тащить его вниз, ветер, который в горах появляется внезапно, без предупреждения, свистел в ушах юноши и тот продолжал цепляться за жизнь.