Чтение онлайн

– Если бы, господин сотник. Мастеровые - люди основательные и от новых знаний не отказываются. Учить их, право же, было бы счастьем, которое, увы, мне не светит. Государь дал мне других школяров. Вас.
– С нейтральной улыбкой ответил я, и залюбовался ошеломлением примолкших офицеров.

– Виталий Родионович... объяснитесь.
– Прервав воцарившуюся тишину, попросил княжич-ротмистр.

– Нет ничего проще. Вы слышали про Училище Кадрового Резерва?

– Разумеется.
– Озвучил общий ответ Мстиславской, под утвердительные кивки сотников.

– Именно его создателем и директором я и являюсь. Точнее, директором я был до недавнего времени, но Государь посчитал, что одного такого учреждения для Руси явно недостаточно, и возложил на меня миссию по созданию похожего учебного заведения, правда, с большим уклоном в чисто военные науки, на этот раз в Каменграде. И вам суждено стать первыми слушателями Каменградских высших офицерских курсов. Так-то.

– Подождите, Виталий Родионович... Получается, волкодавы Старицкого, это ваши...?
– Удивленно отметил один из сотников.

– А, вы уже сталкивались с выпускниками нашего пятого факультета.
– Улыбнулся я.
– Да. Полагаю, второй или третий выпуск... Вот только почему именно мои? С курсантами такие специалисты работали... не мне чета.

– Да, у Германа был значок с цифрой два. Мы все допытывались, что он значит, да только без толку. Улыбался, да молчал.
– Медленно проговорил Мстиславской.

– Герман... Герман... Хм, капитан Лозовой, да? Толковый офицер, а уж следователь из него и вовсе должен был получиться замечательный.
– Вспомнив тихого и вечно спокойного курсанта, я кивнул. Капитан показал недюжинный талант и внимательность, да и возможности его, как менталиста, были куда выше среднего. Не то, чтобы я помнил всех выпускников, но в первых выпусках было всего по полсотни офицеров и чиновников, так что запомнить их было несложно.

– И получился. Настолько хороший, что после пятой вскрытой цепочки агентов, турки не пожалели сотни солдат, но на кол Лозового посадили.
– Хмуро кивнул седой сотник, сидящий по левую руку от княжича.
– Хорошо еще, капитан успел людей своих натаскать. Сменщик его, с таким же значком, как прибыл, накрутил им хвосты, так они полгода по всей Румынии носились, но всех участников и зачинщиков той засады выловили... и казнили. Последних, так вообще, словно волков на флажки гнали. Отсюда и прозвание. Поначалу, было, волкодавами Лозового их назвали, да сменщик поправил... так и повелось. Но работать с ними, скажу я вам, одно удовольствие.
– Неожиданно оживившись, цокнул языком сотником. И тяжесть от упоминания смерти товарища, придавившая наши плечи, нехотя отступила.

– Виталий Родионович, вот вы где!
– Возглас Вента Мирославича окончательно развеял дымку грусти и я взглянул на ворвавшегося в зал ресторана Толстоватого. А тот, заметив, сидящих за столом офицеров, резко затормозил.
– Прошу прощения, господа.

Как оказалось, капитан "Буривоя", завершив погрузку, обнаружил у одной из аппарелей дирижабля шестерых нагруженных баулами и чемоданами солдат, назвавшихся денщиками пассажиров. И, желая как можно скорее продолжить путь, отправил на поиски их начальства половину экипажа. А тут и полковник обнаружил мою пропажу. Правда, подключив дедукцию, Вент Мирославич тут же двинулся в припортовый ресторан... где и обнаружил нашу теплую компанию.

В транспорт загружались быстро, но весело и с шутками. Так что, через полчаса, щелкнули замки-захваты, и огромная туша "Буривоя", дав предупредительный сигнал сиреной, больше похожей на пароходный гудок, оторвалась от причала и устремилась на юго-восток, проплывая над величавыми заснеженными вершинами Уральского хребта. Впрочем, долины и ущелья тоже не могли порадовать нас яркой весенней зеленью. Что поделать, зима в этих местах уходит поздно, никак не считаясь с календарем.

А уже вечером, мы сошли на причал Каменградского военного порта, где и распрощались с Мстиславским и его офицерами, которых уже ожидали санные повозки. Денщики шустро загрузили багаж, и "кортеж" укатил, быстро растворившись в сумерках. Сделав вывод, что единственные оставшиеся сани предназначены именно нам, мы с Вентом Мирославичем подхватили свои саквояжи, и дружно шагнули навстречу встрепенувшемуся человечку, самого что ни на есть чиновного вида, еще минуту назад сосредоточенно вышагивавшему вокруг саней с запряженной в них абсолютно пофигистичной лошадью и сидящим на облучке, не менее индифферентного вида, извозчиком.

– Вент Мирославич, друг мой, вам это ничего не напоминает?
– Осведомился я у полковника, когда встречавший нас чиновник остановил сани напротив довольно большого здания гостиницы, выстроенной в новомодном здесь, нарочито европейском стиле "модерн".

– Вы имеете в виду нашу поездку в Архангельск?
– Хмыкнул Толстоватый. Вот ведь, сколько лет прошло, а помнит!

– Именно. Полагаю, что в присутствии, раньше завтрашнего дня нас не ждут?
– Обернувшись к выбравшемуся из коляски, вслед за нами, чиновнику, спросил я. Тот неопределенно пожал плечами, но заметив усмешку полковника, тут же резко кивнул.

– Хорошо. Здесь мы устроимся сами, а вас я бы попросил позаботиться о нашем грузе. Склад Доброфлота вполне подойдет.
– Медленно проговорил Толстоватый.
– И не дай бог, я обнаружу, что кто-то страдает излишним любопытством...

– Осмелюсь предложить... Если груз секретный, не лучше было бы его оставить на складах конфиската Таможенного управления? Там и охрана своя, и любопытствующих куда как меньше...
– Проговорил наш провожатый, на что мы с Вентом Мирославичем, только пожали плечами.

– Почему бы и нет? Если есть такая возможность...

– Сделаем.
– Движения чиновника стали куда увереннее, когда он взялся за ручку тяжелых двухстворчатых дверей, ведущих в холл предложенной нам гостиницы.

Завидев нашу компанию, портье, клевавший носом за высокой стойкой, встрепенулся и тут же принял вид абсолютно выспавшегося человека. Если бы не сонная поволока в глазах, да прямо-таки сочащийся желанием сладко поспасть ментальный фон вокруг него, я бы даже поверил... наверное.

А гостиница, ничего. Хоть и с претензией на западно-европейский лоск и моду... Правда, вычурные, изогнутые самым невообразимым образом линии мебели и отделки, то и дело перемежающиеся острыми углами, наверняка заставляют местный персонал тщательно следить за одеждой. Чуть не так повернешься, заденешь очередной острый угол какого-нибудь дивана, и штопай брюки или юбку... Но взгляду, конечно, приятно, ничего не скажешь.

Пока я рассматривал обстановку, наш провожатый успел договориться с портье и тот, шустро заполнив страницы своего журнала, попросил нас расписаться.

Уже давно ставшее привычным, стальное перо уверенно вывело подпись в нужной строке и, получив тяжелый брелок с ключом, я отошел в сторону, пропуская к "талмуду" своего спутника.

– Ваши вещи, господа?
– Спросил портье, делая знак, появившемуся из-за занавеси в углу холла, мальчишке-коридорному.

– Завтра доставят.
– Отмахнулся Вент Мирославич и чиновник утвердительно кивнул, принимая к сведению этот скрытый приказ.
– А сейчас, нам хотелось бы осмотреть наши номера и плотно поужинать.