Чтение онлайн

Была еще одна причина, по которой Пиппа должна сделать все сама, в одиночку. Но о ней, разумеется, говорить Рави она не стала; он бы не понял, потому что это выглядело совершенно бессмысленно. Словами такого не передать, как ни старайся.

Пиппа сама жаждала получить подходящее дело: правильное, способное залатать трещины в душе. Если Билли Каррас невиновен, а человек, который ее преследует, и есть Убийца КЛ, то дело — идеальнее некуда. Никаких серых пятен, никаких сомнений. Маньяк-психопат — самое гнусное зло, какое только бывает на свете. В его действиях не может быть ничего хорошего: ни добрых намерений, ни искупления грехов. Если Пиппа наконец поймает убийцу и освободит из тюрьмы невиновного, это будет благой поступок. Никакой двусмысленности. Никакой вины. Мир снова поделится на черное и белое. Пистолет из груди исчезнет, кровь с рук наконец смоется. Все станет по-прежнему. Вернется нормальная жизнь.

— Ну что, так лучше? — спросила Пиппа.

— Да. — Рави одарил ее слабой улыбкой. — Лучше. Ищем конкретные доказательства. Полагаю, Джейсон Белл не сказал ничего полезного?

— А, это… — Она снова защелкала ручкой, отчетливо слыша: КЛ, КЛ, КЛ. — Вообще ничего. Только велел мне больше не подходить.

— Я так и думал, — кивнул Рави. — Они, эти Беллы, всегда сторонились людей. Энди даже не приглашала Сэла домой. А ты, сержант, конечно же, главный возмутитель спокойствия.

— И все-таки я считаю, что сработавшая той ночью сигнализация — крайне важная деталь. Скорее всего, Убийца КЛ вломился на склад, решив достать клейкую ленту и веревку для Тары, но ушел прежде, чем Джейсон Белл успел проверить, кто это был. Билли… или кто-то другой.

— Кто-то другой… — рассеянно повторил Рави. — Тот психолог из ФБР, о котором говорилось в статье, сказал, что Убийца КЛ — белый мужчина от двадцати до сорока пяти лет?

Пиппа кивнула.

— Значит, Макса Хастингса придется исключить, — фыркнул Рави.

— Ага, — неохотно признала она. — В момент первого убийства ему было всего семнадцать. В ту ночь, когда умерли Тара и Энди Белл, Макс принимал у себя дома Сэла, Наоми Уорд и других гостей. Он, конечно, мог уйти, пока остальные спали, но вряд ли. Плюс он никак не связан с «Грин Син лимитед».

— Зато раньше в «Грин Син» работал Дэниел да Сильва, верно? — спросил Рави.

— Да, — ответила Пиппа, стиснув зубы. — Я как раз сегодня днем прикинула… — Она пролистала записи в блокноте. Точный возраст Дэниела да Сильвы был известен, поскольку тот был одним из мужчин города, которые соответствовали описанию Ребенка Брансуика, по мнению Чарли Грина. — Пришлось полазить по его аккаунтам. С две тысячи восьмого по две тысячи девятый год он работал охранником в школе, тогда ему было около двадцати. Затем в конце две тысячи девятого устроился в «Грин Син» и проработал до октября две тысячи одиннадцатого. Затем поступил учиться на полицейского. То есть ему был двадцать один год, когда он пришел в «Грин Син», и двадцать три, когда уволился.

— Значит, он работал там на момент первых двух убийств? — Губы Рави сжались в тонкую линию.

— Вернее, первых трех. Бетани Ингем убили в августе две тысячи одиннадцатого. Похоже, она была начальницей не только Билли, но и Дэна. В протоколе допроса вырезано чье-то имя. Думаю, речь шла как раз про Дэниела. Затем Джейсон Белл снял Дэна с выездов и перевел в офис. Судя по всему, это произошло в начале две тысячи одиннадцатого. И кстати, в том же году, в сентябре, он женился на Ким.

— Интересно, — пробормотал Рави, проводя рукой по занавескам, чтобы проверить, полностью ли они задернуты.

Пиппа хмыкнула в знак согласия и вернулась к записям в блокноте. Больше половины кривых прямоугольников теперь были заполнены текстом.

— Итак, Джейсон не захотел со мной разговаривать, и я проверила, нет ли у меня знакомых среди бывших сотрудников «Грин Син» или «Клин Син», которые в тот момент работали в офисе и могли бы знать, почему двадцатого апреля две тысячи двенадцатого года включилась сигнализация. Нашла несколько человек в соцсетях и отправила им сообщение.

— Отличная идея.

— Хорошо бы поговорить с инспектором Ноланом; сейчас он на пенсии. Кроме того, я пыталась связаться с родственниками жертв и, кажется, нашла адрес почты отца Бетани Ингем, но письмо не отправилось. В «Инстаграме» [3] есть аккаунт сестры Джулии Хантер, Деборы — той самой, которая рассказывала про голубей. Только она не заходила туда уже несколько месяцев. — Пиппа открыла на телефоне «Инстаграм» и показала Рави. — Видимо, забросила. Но я все равно написала ей и…

Пиппа замерла, увидев красное уведомление, которое только что появилось над значком сообщений.

— Вот черт! — прошипела она, открывая вкладку. — Ответила! Мне ответила Дебора Хантер!

Рави вскочил на ноги.

— Что пишет?

Пиппа быстро просмотрела сообщение. Усталые глаза так сильно пересохли, что чуть ли не скрипели в глазницах.

— Она… она пишет, что готова со мной встретиться. Завтра.

На губы против воли наползла улыбка. К счастью, Рави был сзади и не видел: он-то считал, что праздновать рано. Однако для Пиппы это очередная победа. Еще один шажок к спасению. Твой ход, КЛ!

Должно быть, именно Дебора заходила сейчас в кафе, неуверенно крутя головой.

Пиппа подняла руку и помахала.

Дебора с облегчением улыбнулась и пошла к ней, аккуратно лавируя между столиками и посетителями крохотного «Старбакса», расположенного рядом с вокзалом. Она была до ужаса похожа на сестру, у которой убийца украл лицо, обмотав его скотчем. Те же темно-русые волосы, такие же изогнутые брови… Почему, если сестры похожи друг на друга, одной обязательно надо умереть? Так было с Беккой и Энди Белл. Теперь с Деборой и Джулией Хантер… Казалось, что младшие носят за собой тень призрака.

Когда Дебора подошла ближе, Пиппа осторожно, чтобы не задеть провода, встала.

— Привет.

Дебора улыбнулась и пожала протянутую ладонь. Кожа у нее была холодной.

— Вижу, ты подготовилась. — Она кивнула в сторону ноутбука, соединенного проводами с микрофоном.

— Да, здесь, в углу, должно быть тихо, — сообщила Пиппа, снова усаживаясь на стул. — Спасибо, что согласилась встретиться. Я заказала тебе американо.

На свободном участке стола стояла дымящаяся кружка.

— Спасибо, — ответила Дебора, снимая длинное пальто и садясь на стул напротив. — У меня обеденный перерыв, так что у нас около часа.

Она улыбнулась, но улыбка не затронула глаз; уголки рта тревожно дернулись.

— Кстати, — добавила она, доставая что-то из сумочки. — Я подписала бланк согласия, который ты прислала.

И протянула бумаги Пиппе.

— Отлично, спасибо, — ответила девушка, убирая их в рюкзак. — Сейчас я проверю звук. — Она пододвинула микрофон к Деборе, затем прижала наушники к уху. — Скажи что-нибудь. Как говоришь обычно.