Чтение онлайн

Поднес стакан, потянул носом и, сдержав готовое вырваться ругательство, спросил:

— Откуда?

— Сгоняла к Дугалу, пока Рин ходил за Сольвейг, — нарочито беззаботно пожала плечами.

— Лена!

— Да не кричи ты, — поморщилась. — Сольвейг разбудишь. Да, глупость сделала, знаю. Но все обошлось. Вот сам посуди, не Рина же просить. А мне нужно было выпить. Без нравоучений, пояснений, лекций и прочего, прочего. Просто выпить.

— Зачем?

Прикрыла веки, а когда подняла, из глаз ее смотрели боль, одиночество и усталость. Талли хорошо знал это выражение. Доводилось видеть его в зеркале.

— Затем, — моргнула, прогоняя наваждение, и хлопнула ладонью по столу. — Ох, ну что ты в самом деле! Отдай. Мне еще буквально пару глотков до кондиции.

— Ты не будешь пить одна.

Бард серьезно посмотрел на Лену. Она удивленно подняла брови, потерла переносицу и указала рукой на пустой стул.

— Тогда составь мне компанию.

Во взгляде злость и вызов. Лена тряхнула волосами, криво усмехнулась, протянула:

— И-и-и?

Талли выругался. Достал второй стакан и щедро плеснул себе из стоявшей на столе бутылки. Она улыбнулась. Тягуче, торжествующе, обнажив ровные зубы. Глянула так, что у Талли пересохло во рту. Протянула руку и забрала свой стакан.

— За что пьем? — прищурившись спросил незнакомку, которая сидела перед ним.

— За память. И тех, кто навсегда в ней останется, — выдавила хрипло, сделала щедрый глоток и резко выдохнула. — Крепкая, зараза!

Талли покрутил в руках стакан, отхлебнул. Посмотрел на понурившуюся Лену и аккуратно спросил.

— Лена, почему?

Опустила глаза. Губы тронула знакомая грустная улыбка.

— Не люблю встречаться с Темной Жницей. Каждый новый раз воскрешает в памяти все предыдущие. Ну, вот, сейчас опять реветь начну.

Всхлипнула и издала сдавленный не то смех, не то стон. Запрокинула голову, и Талли увидел, в уголках глаз собираются прозрачные капельки.

— Прости, я не знал.

— Не извиняйся, — помахала рукой. — Не надо. Лучше наливай.

Плеснул не споря. Лена посмотрела на серьезного барда и произнесла тост:

— За родных и близких, где бы они ни были. Пусть хранит их Великая. А Темная не спешит забирать.

Пила до дна. А, поставив стакан, покачнулась, вцепившись в столешницу. Замерла, прислушиваясь к себе. Талли внимательно наблюдал, готовый подхватить. Ему хотелось этого. Провести по покатым плечам, стряхивая невидимый груз, разгладить скорбные морщинки на лбу, коснуться уголков плотно сжатых губ, убирая горечь.

— Всё, хватит, — Лена решительно кивнула. — Видишь? Я очень ответственно отношусь к пьянкам. Спасибо, что составил компанию. Ты прав, в одиночку — совсем не то.

Растерянно улыбнулась, уткнулась лбом в сложенные руки и принялась что-то бормотать. Талли вслушивался в глубокое дыхание, пытаясь разобрать слова и, наконец, не выдержав спросил:

— Что ты говоришь?

— А? — подняла голову.

— Ты что-то говорила.

— А-а-а, — горько улыбнулась, — это стишок от страха. Как чувствую, накатывает, начинаю читать. Становится легче. Ой! Вот я балда! Талли, ты только не подумай. Я не тебя боюсь. Клянусь чем хочешь!

Всполошившись, затараторила и схватила его за руку. Талли спрятал ее ладонь в своих, сжал, унимая дрожь и заботливо спросил:

— И чего ты испугалась?

Лена рассеянно моргнула, сделала глубокий вдох, выпрямилась и, прямо посмотрев на барда, отчетливо произнесла.

— Что я испортила единственный шанс все исправить. Ну, после сегодняшнего. И ты больше на захочешь меня видеть.

И застыла, ожидая ответ. Талли ошарашено посмотрел на Лену.

— Я думал, ты не захочешь меня видеть.

— Ох, Талли, ты что? — облегченно выдохнула разом повеселев. — Я с тобой завтра все обсудить собиралась. Ну, чтоб ты не думал там всякого. А то знаю… Накрутить себя и потом наломать дров. Сама так умею. Ну, вот. Опять не туда понесло.

Рассеянно дернула себя за косичку, потерла нос и продолжила:

— Так я о чем. Сегодня плохой день. Очень. Ты не сдержался. Да, мне было больно, и обидно, и страшно. Но дело совсем не в этом. Просто… Как же объяснить? А! Вот взять нас с Рином. Мы спорим, иногда сильно. Но и он, и я знаем: это временно. Потом все равно договоримся. Если нужно, попросим прощения и помиримся. А с тобой каждая размолвка… Я не знаю последняя она или нет. Согласишься ты и дальше мириться с моими странностями или…

— А ты с моими?

Рука Лены была теплой и мягкой, как и ее взгляд.

— Ох, Талли, — засмеялась, — ты меня извини, конечно, но разве у тебя странности? Вот у… Стоп! Туда мы не едем.

Осеклась и прижала пальцы к губам.

— И о ком же ты подумала? — Талли слегка потянул ее за руку.

— О Фергюсе. Но это очень обидное сравнение.

Соврала не моргнув глазом. Ну не выкладывать же всю подноготную отношений с первым мужем и еще некоторыми кадрами, встреченными в другой жизни. А вспомнить рассказы подруг… Так. Стоп рефлексии. Смотреть на собеседника. Не отвлекаться.

— Да уж. Сомнительное, — усмехнулся бард.

— Вот видишь!

Засмеялась, икнула и смущенно прикрыла рот ладонью.

— Кажется, тебе пора спать.

— Согласна!

Резко встала, и, не удержав равновесие, хлопнулась на стул. Талли покачал головой.

— Давай провожу.

— Давай!

Подошел, помог подняться, приобнял за талию. Лена была мягкая, текучая, теплая и дурманяще пахла летним дымом и яблоками. Почувствовал прикосновение к плечу, а, повернув голову, увидел макушку с разноцветными прядями. Девушка застыла, уткнувшись носом в тунику барда. Слишком близко. Он слушал ее дыхание, боясь пошевелиться. Сделай она еще полшага, прижмись ближе, позови взглядом, и Талли бы не выдержал. Но Лена, буркнув что-то неразборчивое, мазнула щекой по плечу, сделала шаг к двери.

— Спасибо, — улыбнулась, когда бард усадил ее на кровать.

— Прости меня.

— Прощаю. А вы нашли охрану для дома?

— Да. Давай, ложись. Давно спать пора.

— Ты прав. Смотри, уже сплю.

Быстро сбросила домашние туфли, стянула тунику, швырнула на стоящий рядом стул. Оставшись в одной нижней рубашке, залезла под одеяло. Положила обе ладони под щеку и смешно зажмурилась. Но потом открыла один глаз. Улыбнулась.

— Тебе, кстати, тоже нужно выспаться.

— Сейчас пойду. Пообещай позвать, если еще решишь напиться.

— Хорошо. А можешь мне тоже кое-что пообещать?

— Что?

— Не уезжай не попрощавшись. Я понимаю, ситуации разные случаются. Но если будет возможность, пожалуйста…

— Обещаю.

— Спасибо!

Лена счастливо выдохнула и закрыла глаза, моментально проваливаясь в сон. Талли услышал, как выравнивается ее дыхание. Увидел, как расслабляются плечи, исчезает складочка между бровей, уходит тревога, а лицо становится спокойным. Разметавшиеся по подушке волосы. Очертания фигуры под тонким шерстяным одеялом. Комната наполненная ее вещами, ее теплом, ее запахом. Захотелось прикоснуться. Обнять. Прижать так близко, как только возможно. Сделать эту странную женщину частью своей жизни.