Чтение онлайн

— Тетя Мэг сказала Саше, что ты думаешь о переезде. Ты ведь не станешь это делать без меня, правда? Ну, пока я не вернусь домой?

— Мэг не должна была ничего говорить.

— Но если это правда?

— Это была только идея. — я проехала немного в молчании, потом добавила. — Я была бы не против перемен. После того, как ты уйдешь из дома.

— Ненавижу, когда взрослые говорят такие вещи.

Я протянула руку и коснулась ее щеки.

— Где же та девушка, которая так спешила вырасти? Которая говорила мне: «Не обращайся со мной, как с ребенком»?

Хлоя задумалась.

— Мама… это было тогда. У меня есть один вопрос. — она передернула плечами и посмотрела на мелькающие за окном деревья. — У вас с папой все в порядке?

Я ответила как можно осторожнее:

— Почему ты об этом спрашиваешь?

— Это просто вопрос.

— У нас все хорошо.

— Когда ты говоришь с ним по телефону, это звучит совсем иначе.

Я сухо произнесла:

— Мои телефонные разговоры не предназначаются для чужих ушей.

Хлоя посмотрела на меня с сожалением.

— Добро пожаловать в реальность, мама, это семья.

Я с удовольствием рассмеялась.

— Хорошо.

Дома мы выгрузили пакеты, и Хлоя исчезла наверху, чтобы позвонить своим попутчицам. Поток возбужденной болтовни из ее комнаты достигал холла.

Я прошла на кухню. Сегодня мы ждали на ужин моего отца. Я сняла с пальца обручальное кольцо и повесила его на крючок возле доски объявлений. Время от времени мой палец еще чесался под ним — может быть, это было связано с моими гормонами, настроением или временем года — и он беспокоил меня, когда я занималась домашней работой.

Бриджит просунула голову в дверь.

— Я ухожу, — сказала он. — О'кей. — это был не вопрос. Задняя дверь решительно хлопнула.

— Она не похожа на счастливого кролика, — прокомментировала Мэг, входя в кухню. — она долго говорила по телефону, и не очень хорошо отзывалась о тебе.

Я прекрасно знаю, что помощницы по хозяйству любят обсуждать своих работодателей. Я никогда не интересовалась, сколько незнакомых людей ознакомлены с состоянием моего белья, достаточно, что это известно мне самой.

Я начала крошить лук, и мои глаза наполнились слезами.

— Ты стала хорошим поваром, Фанни, — заметила Мэг. — Кто бы мог подумать?

Тишина. Она осмотрела накрытый стол с приборами и бокалами для вина.

— Здесь слишком много мест.

— Папа приедет.

Она кивнула.

— Хорошо, — снова молчание. — Ты, кажется, сердишься.

— Да. — я поставила последний бокал на место. — Я не могу доверять тебе, Мэг. Ты не должна была говорить Саше и Хлое о переезде.

Мэг бросила на меня вызывающий взгляд.

— Разве они не имеют права знать?

— Ты расстроила Хлою.

— Фанни, — мягко заметила она. — Хлоя уже большая девочка.

Эти слова заставили меня ощетиниться.

— Мы с Уиллом предпочли бы сами обсуждать с ней наши планы.

— Раз ты так считаешь…

Мэг наполнила водой кувшин и поставила его в центр стола рядом с маленькой вазой с белыми и розовыми розами.

В середине обеда я подняла глаза от своей тарелки. Мэг флиртовала с моим отцом, она всегда ему нравилась. «Мэг умная женщина», — однажды сказал он. Саша с Хлоей были увлечены своей беседой. Свечи на столе распространяли мечтательный свет над кувшином и вазой с цветами. Место главы семейства было пусто, я знала, что Уилл не приедет.

Хлоя засмеялась, в свете свечей она сияла той юной красотой ожидания, когда самая интересная часть жизни ожидает вас впереди. Отец повернул голову в мою сторону и поднял бокал. Это давно стало привычкой. Так он говорил мне, что любит меня, и всегда будет любить.

Я подняла мой бокал.

Сначала я позвонила отцу.

— Я жду ребенка.

— Как замечательно, Франческа. Прекрасная новость. Умница. — последовала пауза. — Ты счастлива?

— Немного озадачена, папа. Немного испугана. И да, конечно, счастлива.

— А.
– еще одна пауза. — Франческа, мы должны поговорить, как это отразится на бизнесе.

— Я понимаю. — я прикусила губу. Внезапно мне показалось, что я села не на тот самолет и прибыла в неправильное место назначения. — Тебе придется справляться одному в течение нескольких месяцев после рождения ребенка, но потом я вернусь к нормальной жизни.

Только потом я позвонила Уиллу, который отвлекся от дискуссии о торговых тарифах.

— Это блестяще, замечательно! Я позвоню Мэг, а ты позвони отцу.

— Папа знает.

— Вот как, — сказал он и вздохнул. Я была готова откусить себе язык. — О, хорошо, ты поставила меня на место.

Через пару недель он приехал домой с тремя книгами по беременности и родам.

— Мы должны сделать все правильно.

— Будь паинькой и дай мне закончить, — я осторожно высыпала в кипящее масло на сковороде измельченный чеснок поверх стейков.

— Фанни, а ты знаешь, что у тебя внутри растет бобовое зернышко? — спросил Уилл.

При взгляде на стейки мой желудок несколько раз сжался в гармошку.

— Слишком нахальное для маленького зернышка.

Уилл помахал в воздухе книгой.

— Вот погоди, скоро он будет размером с мамонта.

— Я не доживу.

— Сейчас окажу первую помощь.

Уилл отбросил в сторону руководство, выключил плиту и потащил меня к кровати. Там, наслаждаясь обостренной чувствительностью меняющегося тела, я думала, что количество моих нервных окончаний удвоилось, утроилось.

Потом мы лежали, лениво обсуждая наше будущее; целый вечер вместе был редкой роскошью. Должны ли мы найти дом как можно быстрее или рожать в Лондоне? Или лучше обратиться в окружную больницу? Какое выбрать имя?

— Уилл, в конце концов, я не смогу поехать в Австралию. Врач говорит, что, если мне станет плохо в самолете, мне некому будет помочь. Лучше не рисковать. Папа сказал, что он справится самостоятельно.

Я лежала у него на руке. Вторая рука медленно обвила мои плечи.