Чтение онлайн

Я знала, что могу доверять Эвери. Она бы позволила жечь себя на колу, прежде чем раскололась. Таким она была человеком. Преданным. Надежным. Подругой, наверное?

Еще один кивок.

— Используй слова, Кейденс.

Я усмехнулась.

— Да, Эвери. Я верю тебе.

Гэвин выглянул из гаража, и Эвери подпрыгнула, чтобы поприветствовать его.

— Привет, малыш, — сказала она, прильнув к нему для настоящего, долгого, со сплетением языков поцелуя. Я отвела глаза.

— Запрыгнула бы на тебя, но ты грязный.

— Ммм. Запрыгивай на меня. Я постираю твою одежду, — ответил Гэвин. — Раздену тебя догола и постираю её.

О Боже. Может, мне стоило бы пойти в музыкальный магазин.

— Прекрати, Гэвин! — взвизгнула Эвери. — Я хочу, чтобы ты кое с кем познакомился.

Я, наконец, подняла взгляд на Гэвина и улыбнулась. Он выглядел так, как и ожидалось – заляпанная пятнами белая футболка, плотно обтягивающая огромные мышцы. Рваные джинсы. Спутанные светлые волосы, пара прядей падают на глаза. Он выглядел так, словно принадлежал автомагазину. И, должна признать, он был довольно горяч. Просто не мой типаж.

— Эй, я тебя знаю! — сказал Гэвин. — Как дела, Кей-Кей?

Кей-Кей? Что ещё за чёрт?

Будто бы прочитав мои мысли, Эвери ответила, — О, я зову тебя иногда Кей-Кей, когда говорю с Гэвином о тебе.

— Зачем тебе говорить обо мне? — спросила я. А потом покачала головой. — Нет, нет. Какого чёрта ты называешь меня Кей-Кей? Меня это ужасно бесит.

— Знаю. Именно поэтому, — сказала Эвери, ухмыляясь.

— Ладно. Тогда придумаю и тебе дурацкое прозвище, — ответила я, а потом перевела взгляд на облака и прищурилась.

— Как насчёт Эверс?

— Мне ужасно нравится, — ответила Эвери.

— Да плевать. Оно глупое, и ты это знаешь, — огрызнулась я.

— А я буду Гэвви, — предложил Гэвин.

Мы рассмеялись. Наверное, это был самый тупой разговор в моей жизни. И именно это мне и было нужно, чтобы почувствовать себя лучше. Я так сильно смеялась, что не услышала, как мой телефон снова зазвонил. И не слышала его, когда мы втроем – Гэвви, Эверс и я, Кей-Кей, – пошли за пиццей. Лишь вернувшись, домой, я увидела кучу пропущенных звонков. От Марка. Он не оставил сообщений, и я была рада. Если бы он стал извиняться в сообщениях, я бы вышла из себя.

***

Я отвела глаза, когда мистер Коннели зашел в класс. Тут же повисла тишина. Казалось, ученики побаивались его, полагаю, из-за вчерашней маленькой демонстрации силы. На несколько часов, проведенных с Эвери и Гэвином, мне удалось забыть об этом, ведь они были самой милой и раздражающей парочкой из тех, что я когда-либо видела.

— Доброе утро, — сказал мистер Коннели всем в классе.

Кое-кто пробормотал «доброе утро» в ответ, но большинство промолчали. Абсолютный страх.

Мистер Коннели вздохнул и придвинул стул ближе к первому ряду. Ученики отпрянули, насколько было возможно. Мистер Коннели сел и окинул взглядом помещение.

— Я чёртов придурок, — начал он. — То есть, вчера вёл себя как придурок. И задолжал всем вам извинение за то, как вел себя с Кейденс, — он посмотрел на меня, и я замерла, — и особенно задолжал извинение тебе, Кейденс. Мне нравится думать, что я довольно-таки хороший, справедливый учитель, а вчера я не был ни тем, ни другим. Повёл себя с тобой несправедливо, злоупотребил своей властью, как учителя, чтобы унизить тебя, и был жесток.Все, казалось, задержали дыхание.

— Я никогда не поступлю так снова, — продолжил он, не отрывая от меня своего взгляда, а потом снова обратился ко всему классу, — и с вами себя так никогда не поведу. Не хочу, чтобы вы боялись моего урока. Я хочу, чтобы вы чувствовали, что можете подойти ко мне и попросить помощи.

А потом все разом выдохнули всё то, что сдерживали. Ученики расслабились, напряжение испарилось.

— Пожалуйста, прости меня, Кейденс, — попросил мистер Коннели, снова посмотрев на меня.

Я кивнула, хотя мне всё ещё было больно. Но я осталась впечатлена тем, что взрослому мужчине, учителю, хватило мужества признать свою вину перед целой группой учеников и попросить прощения. Может, показать свою уязвимость перед семнадцати-восемнадцати летними подростками, и было ужасной ошибкой, но что-то подсказывало мне, что они лишь сильнее будут уважать его.

***

Я стояла в дверном проеме, не могла и не хотела заходить внутрь. Он же со стыдом смотрел на меня.

— Прости меня, — произнес он мягко.

Тогда я зашла и закрыла дверь.

— Кейденс, мне жаль, что я так повёл себя с тобой. Это было отвратительно. Просто отвратительно.

— Прости меня, — сказала я.

Он удивленно посмотрел на меня.

— Во время телефонного разговора я вела себя, как манипулятор. Сказала всё это, чтобы разозлить тебя, все те слова о том, что ты больше не сможешь прикоснуться ко мне, о том, что нам не стоит быть вместе. Я ничего из этого не имела в виду. Хотела только причинить тебе боль.

Он смотрел на меня в замешательстве.

— Я не осознавала, насколько обидела тебя, — продолжила я, — по крайней мере, до вчерашнего урока.

Он скривился.

— Пожалуйста, не пытайся оправдать моё поведение, Кейденс. Оно было тошнотворным.

— Я и не оправдываю, — ответила я. — Но понимаю, из-за чего это произошло. Я была той еще сукой.

— Не называй себя так, — произнес Марк, а потом замолчал на какое-то время. — Я…я признаю, ты сводила меня с ума всё воскресенье. И чем дольше я не говорил с тобой, тем злее становился. Но мне стоило вести себя более зрело.

— Мне стоило вести себя более зрело.

— Кейденс, — возмутился Марк, — пожалуйста, перестань винить себя, ладно? Я был козлом, и мне жаль. Не жду, что ты простишь меня в ближайшее время, но надеюсь, что в будущем…

— Я прощаю тебя, — прервала его я.

Марк улыбнулся, но счастливым он не выглядел. Скорее грустным и разбитым.

— Не стоило мне идти на свидание с Тиффани.

— Я понимаю, почему ты пошёл, — ответила я. — И ты прав. Не можем мы выносить свои отношения на показ. Твоя мама захотела бы узнать, с кем ты встречаешься, — я опустила голову. — Хотела бы я, чтобы не было так сложно.

Марк подошёл ко мне и обхватил руками. Он приподнял меня над полом, укачивая, как ребёнка, и повёл меня к дивану. Он осторожно сел, прижимая меня к груди, и поцеловал в макушку.

— Не всегда будет так сложно, — ответил он, — тебе исполнится восемнадцать, ты окончишь школу. Я прекращу преподавать в Крествью. Перед нами откроется целый мир.

Я улыбнулась.

— Восемнадцать мне исполнится в следующую пятницу.

— Знаю.

— Ты помнишь?

— Кейденс, думаешь, я идиот? Конечно же, я знаю, когда у тебя день рождения, — сказал Марк.