Чтение онлайн

Он сильно толкнулся, и я заплакала. Не смогла сдержаться. Я знала, что буду плакать. Знала, что будет больно. Боже, было чертовски больно! Девчонки, кто говорил, что это не так уж плохо? Ага, это полная брехня!

—…но ты не сделала ничего такого, — продолжил он, двигая бедрами вперёд и назад медленно, монотонно. — Ты позволила мне, и тогда я подумал, что всё может получиться.

Он прильнул ко мне и поцеловал мой лоб, нос, щёки, подбородок.

— Больно, — проскулила я, изо всех сил пытаясь не замечать пламя, горевшее у меня между ног. Я была в огне, а он и не старался его потушить. Он, наоборот, разжигал его, заставляя гореть сильнее и ярче. Я сгорю заживо.

— Вечно больно не будет, — ответил он.

Я покачала головой. Я ему не верила.

— Обещаю, Кейденс, — сказал Марк. И чем больше он двигался во мне, тем больше моё тело начинало его принимать. А чем больше моё тело начинало принимать его, тем лучше я себя чувствовала.

Я была удивлена появлению сексуальных ощущений. Думала, что в первый раз ничего такого не почувствую, что будет слишком больно для получения удовольствия. Но я наслаждалась, и что даже более удивительно, осознала, что мне нравится ощущение тугого растяжения, нравится быть зажатой под ним, и власть его толчков. Болезненное наслаждение.

Мне хотелось отдаться ему полностью, поэтому я расслабила напряженные мускулы. Он отметил резкую перемену в моём теле и удвоил усилия, толкаясь дальше и глубже, требуя словесного отклика. И он его получил. Я вскрикнула, и он накрыл мой рот своим. Это движение было жадным, как будто он хотел попробовать мои страдания.

Но потом он ослабил хватку, снова двигаясь во мне медленно и осторожно. И я не была уверена, что мне это нравится и могу ли попросить его снова ускориться. Я не была опытной любовницей. Не знала, чего хочу. Может всё должно происходить так. Сильнее, а потом слабее. Сильно, потом слабо.

Я поерзала под ним.

— Это совершенно ужасно для тебя? — спросил он.

— Нет, Марк. Почему ты так говоришь?

— Просто у меня такое чувство, что ты хочешь поскорее покончить с этим.

— Вовсе нет. Больше не больно. По крайней мере, уже не так больно, — ответила я.

— Мне не стоило быть с тобой таким жёстким сейчас. Хочешь, чтобы я остановился?

— Нет! — я покраснела и посмотрела вправо.

— Что такое, Кейденс?

— Не думаю, что могу просить. Наверное, если попрошу, ты будешь думать, что со мной что-то не так.

— Я бы никогда так не подумал. Ты можешь просить о чём угодно, — сказал Марк.

Какое-то время я молчала, а потом у меня вырвалось.

— Я больше не хочу, чтобы ты был осторожным!

— Что?

— Я хочу, чтобы ты был жёстким, как минуту назад, — я чувствовала себя чудачкой, кайфующей от боли.

Губы Марка сложились в усмешку. Знающую усмешку. Что знает он, чего не знаю я?

— И не заставляй меня говорить, почему, — продолжила я.

— Тебе и не нужно, — ответил он.

— О, так видимо ты знаешь, почему?

— Да.

— Тогда, может, мне объяснишь, ведь я не понимаю, что прямо сейчас происходит в моём чёртовом мозгу! Почему я хочу, чтобы ты был груб со мной? Что со мной не так?

— Расслабься, Кейденс, — произнес Марк. — Это естественно.

— Естественно? Для кого? Я не хочу, чтобы ты всю меня отшлёпал, Марк.

— Никто не собирается тебя шлёпать, — ответил он. Клянусь, я ощутила, как он увеличился во мне. Мои глаза расширились.

— Да ты хочешь меня отшлёпать, не так ли? — воскликнула я.

— Нет, Кейденс. Но если ты хочешь, чтобы я занимался с тобой любовью жёстко, то я буду, — сказал он.

Я кивнула.

А потом он снова толкнулся во мне, в этот раз не отрывая глаз от моего лица. Он смотрел на меня всё то время, что двигался во мне, пока не взорвался с напряженным вскриком.

Я была горда собой. Я его довела до этого. Это из-за меня он чувствовал себя так хорошо.

Он рухнул на меня, пытаясь удержать большую часть своего веса на локтях.

— О, Боже, — сказал он, ухмыляясь. — С тех пор, как мы всё прояснили, я долго не протянул, да?

— Обычно длится дольше? — спросила я.

Он снова рассмеялся.

— Ну, обычно женщинам нравится, чтобы это длилось так долго, насколько возможно…только не в том случае, когда секс действительно плох, наверное.

Я захихикала.

— Секс был плохой? — спросил он.

— Откуда мне знать, это же был мой первый раз?

Марк осторожно отстранился.

— Плохой ответ, Кейденс. Теперь у меня ощущение, что это было просто ужасно.

— Ужасно не было, клянусь. Мне понравилось, как минимум 25%.

Марк расхохотался.

— Говоришь математическими терминами, а? Пытаешься быть милой?

— Немножко, — ответила я.

— Не против, если я избавлюсь от этого? — спросил он, глядя вниз на презерватив, всё ещё обернутый вокруг его члена.

— А можно я сначала посмотрю?

— Нет.

— Но я хочу увидеть.

— Кейденс, нет.

— Но я никогда не видела спермы в презервативе.

— Ты и впрямь любопытная. И нет.

— Ты забавный, — заключила я, наблюдая за тем, как Марк идёт в ванну. Мне нравилась его задница. Не вру.

— Почему это? — крикнул он. Я услышала, смыв туалета.

— Думаю, ты ограждаешь меня от очевидных вещей, — ответила я.

Он прислонился к дверному проему, рассматривая меня.

— Ты права. И что же тут не так?

— Да ничего, наверное, — я перевернулась и заметила кровавый след на простыне.

— Вот дерьмо!

— Что?

— Я испачкала кровью твои простыни! — сказала я, поджимая под себя ноги.

— Кейденс, всё хорошо. Ничего страшного. Я знал, что это произойдёт. А ты разве нет?

— Да, но я забыла. Нам нужно было что-нибудь подложить.

— Зачем?

— Потому что пятна от крови не отстирываются!

— Ладно.

— Я испортила твои простыни!

— Вовсе нет.

Он подошел ко мне и сел. Я наблюдала, как он медленно и задумчиво провел рукой по кровавому пятну. Он повел ею взад-вперед, затем провел по контуру указательным пальцем.

— Ты вовсе не испортила мои простыни.

Я смущенно опустила голову. Что он делал? О чем думал? Почему ему нравилась кровь на простынях? Это вообще нормально?