Чтение онлайн

— Ну да! — с досадой воскликнул Поттер. — Он собирается объявить во всеуслышание, что предложит мою кандидатуру Визенгамоту! После такого не отказываются. Это все равно что послать всех к черту или открыто заявить, что я струсил.

— Гарри, тебя никто не гонит в министерский кабинет прямо с завтрашнего дня. Пока ты расследуешь заговор, пока Кингсли передаст дела, пока Визенгамот соберется и все обсудит, пройдет полтора–два месяца. И потом, разве тебе самому не интересно?

— С такими вещами не шутят.

— Да ладно! Вспомни Фаджа!

Поттер фыркнул.

— Верно, клоунов хватало. — Он помолчал. — Ну хорошо, пока оставим это. Какие планы на сегодня?

— Лично я собираюсь в Азкабан, за сквибами. Добрые люди, которым надоело плясать под дудку невыразимцев, выдадут их нам сегодня после трех, и мы, наконец, узнаем все недостающие детали. А еще мне интересно, кого Отдел Тайн готовил на пост премьер–министра. Очень надеюсь, что это маггл, а не колдун.

— Значит, сквибы все-таки были в тюрьме… Но зачем они их там держали? Почему не убили, как анимага?

— Не знаю. Возможно, потому, что они все-таки не Пожиратели Смерти и не хотели напрасных жертв. В любом случае, у нас есть живые свидетели плана невыразимцев, и скоро мы все узнаем. Если хочешь, можешь махнуть со мной на маяк.

Поттер не ответил, глядя куда-то вниз. Потом поднял глаза и спросил:

— Как ты думаешь, я ее взял?

Я сразу понял, что он имеет в виду.

— Думаю, ты хотел ее взять; по крайней мере, какое-то время был к этому готов. Но в конечном итоге — нет, не взял.

— Всё-то ты знаешь, — задумчиво проговорил он. — Это было как искушение, и я действительно чуть не взял чертову палочку. А что если и здесь так? Что если есть вещи, которые я просто не позволяю себе хотеть, а не действительно не хочу?

— Гарри, не рефлексируй. Ты заглядываешь слишком глубоко и перестаешь видеть целое. У тебя есть отличная возможность набрать команду верных, честных людей. Мы отделим зерна от плевел, и ты будешь знать, на кого можно рассчитывать, а на кого нельзя. Такой шанс выпадает только раз, и он выпал тебе. Грех им не воспользоваться.

— Дурацкая логика, — буркнул Поттер. — И я всегда знаю, на кого могу рассчитывать, даже без твоей легилименции и особых методов. На свою семью и друзей.

Он встал, подошел к двери, но на выходе обернулся.

— Значит так. В половине четвертого встречаемся у портала. Журналистов на этот раз собираешь ты.

— Слушаюсь, босс, — шутливо кивнул я, и Поттер, усмехнувшись, вышел из кабинета.

Ограду для Чу я сделал в тот самый день, когда он притащил добытую в деревне рыбину и положил ее на крыльцо нам в подарок. Рыбу я приготовил, поделившись со зверем, который честно донес ее до дома, не откусив ни кусочка, однако теперь походы в деревню отменялись — не хватало, чтобы местные рыбаки начали выяснять, что это за странное животное ворует у них улов. Чу доставал мне до колен и смахивал на небольшую рысь. Вряд ли осторожного кота можно было легко выследить, но поощрять такое поведение я не собирался. Хочет охотиться — пусть охотится на мышей и птиц в окрестностях дома. Целый день я бродил по холмам, накладывая заклятье, не позволявшее выйти за его границы. В результате у меня получилась неровная окружность, начинавшаяся от берега, обходившая дом за холмами и возвращавшаяся обратно к морю. Чу быстро заподозрил неладное, и я видел, как он следит за мной из-за высокой травы, внимательно наблюдая за моими действиями, а затем, когда я уходил к следующей точке, приближался к месту, где я только что стоял, и внимательно его обнюхивал.

Наши отношения серьезно изменились во время первого же моего визита к Мэй, еще в начале всей той шумихи, что развернулась после нашей с Поттером операции против невыразимцев. Ее отголоски были слышны даже сейчас, спустя полгода, когда следствие завершилось, и в сентябре должны были начаться первые судебные процессы.

Приехав тогда в Дахур, я нашел Чу, который по привычке решил поточить когти о мою ногу, и без лишнего промедления подвесил кота в воздух. В бессильной ярости он орал, отчаянно перебирая лапами. Стоявшая за моей спиной Мэй скептически заметила:

— Не поздновато ли ты решил его воспитывать?

— Лучше поздно, чем никогда, — ответил я, глядя на возмущенного Чу. — Не знаю, почему я раньше этого не делал? Очень бодрит.

Чу шипел, пытаясь зацепить меня когтем. Мэй фыркнула.

— Потому что ты считаешь ниже своего достоинства связываться с теми, кто не умеет говорить.

Я опустил Чу на пол, тот немедленно бросился ко мне и тут же вновь оказался в воздухе, оглашая дом зловещим ревом.

— Ладно, отпусти его, — сказала Мэй. — Надеюсь, ты приехал сюда не только для того, чтобы над ним издеваться? Оставь его в покое и давай поговорим.

Мне больше не пришлось воспитывать кота: он без труда понял, что я имел в виду, и перестал нападать на меня, даже если Кана не было рядом. Летний переезд на север Шотландии, новая обстановка и возможность охотиться позволили мне окончательно завоевать его благосклонность.

— Хочешь сказать, он вампир? — спросила Мэй, выслушав мою историю о костяной палочке и ее магическом влиянии.

— Нет, он человек, но часть его магических способностей унаследована от вампира. По крайней мере, так я понял.

— То есть это что-то вроде проклятия?

— Или дара.

Мэй подняла брови, но ничего не ответила.

— Я хочу забрать его к себе, — произнес я после недолгого молчания.

— К себе? — На секунду она утратила спокойствие, которое проявляла до сих пор, слушая о палочке так, будто я рассказывал ей какую-то волшебную легенду.

— Не прямо сейчас, конечно. Но если на Кана влияет вампирская сущность, сидящая в этой кости, его нельзя продолжать воспитывать так, словно он чем-то болен. Он здоров. Просто он другой.

— Да, ты никогда не верил в его болезнь, — негромко сказала Мэй. — И до сих пор я считала, что ты просто не хочешь признавать очевидное.

— Он похож на саванта, но у него нет отставания в развитии. Его интеллект в полном порядке. А что касается эмоций и реакции на людей — сейчас это получило свое объяснение. Смешение человеческой и вампирской магии не могло пройти бесследно. Я видел чертову палочку всего раз в жизни, но за прошедший месяц мне приснилось уже два сна с этой тварью. Представь, если у него с ним прямая связь! Конечно, он будет шарахаться от людей, как и любой вампир.

— Ему не снятся кошмары. Он всегда спал замечательно.

— Для него это не кошмары. Это часть его сознания. Кана нельзя продолжать воспитывать по–старому, иначе он себя не реализует.

— А живя с тобой, он себя реализует?

— Мэй, я не пытаюсь вас разлучить. Переезжай вместе с ним в Шотландию, там замечательный климат…

— Даже не заговаривай об этом! — Она покачала головой. — Я никуда отсюда не уеду. И, разумеется, я не имела в виду то, что ты сказал. Мой вопрос буквальный — что ты можешь для него сделать, чтобы он себя реализовал?