Чтение онлайн

— Обещай! Слово дай!

— Даю слово! Скорее же!

Никита поддался и схоронился в лесу. Есислава кинулась в избу. Вскочила в свою комнату и повязала на глаза платок.

Владимир близко. Он тут. И он наверняка чует Никитку…

Еся сбежала вниз и врезалась в крепкую грудь.

— Куда ты так торопишься, душа моя? — ласково спросил Владимир, будто и не было у них разлада.

— Так… — Еся не могла найтись с ответом. Сердце в груди гулко стучало. Он всё поймет. Всё узнает и тогда Никитка сгинет. Нет! Нельзя! Никиту ранить не позволит! Защитит его. А вдруг Владимир пощадит? Припугнет и будет? И всё же лучше судьбу не испытывать. Как и сказала старуха, как и она сама видела, болотник может быть жесток. — Прогуляться я хочу. А что? Запрешь меня?

— Прогуляться?

— Не хочу с тобой в четырех стенах сидеть, — она задрала нос.

— Вот как… — Есе показалась, что она услышала в его голосе тоску. — Значит, вот что ты решила.

Ее кольнула болезненная догадка… Понял. Владимир всё понял. Есислава испугалась. Живот больно укололо, но она осталась стоять задрав нос, чувствуя, как намокает ее спина.

— Иди, — он отступил. — Иди, Есислава. Гуляй сколько сердце просит, душа моя.

Еся замерла. Она чуяла, что Владимир всё знает, но он… Он ее отпускает?

Есислава медленно пошагала к двери, не веря своим ушам. Всё в ней насторожилось. Но совсем не потому, что она сбегала, а потому что Владимир отпускал ее. Он просто давал ей уйти… А как же… Как же все те предупреждения? Все те опасения? Как же… Разве ему не пристало рассвирепеть?

Над болотами не поднималась буря. Воздух не наполнялся гневом. Владимир был спокоен, но печален.

Есислава выскочила на крыльцо. Она обернулась, но встретила только тьму. И в этой тьме чувствовала Владимира. Чувствовала, его взгляд.

— Не спеши, Еся. Будь осторожнее, — услышала она голос где-то в своей голове.

Есислава побежала по мосту на берег.

Начался дождь. Капли звонко застучали по дереву.

Что-то не так. Сердце рвалось обратно в избу. Но она ведь решила! Владимир уже ищет новую невесту. Он погубит ее… Погубит… Но… Почему она в этом так уверена? Разве ж он был с ней плох? Но старуха… Старуха!

“Душа моя… Душа моя…” — звучал полный горечи голос Владимира в голове.

“Беги, Еся… Беги!” — требовала старуха.

Есислава ступила на сырую землю, и тут же рука сжалась вокруг запястья. Ее одежда насквозь промокла. Стало холодно, неприятно. От самой себя неприятно.

— Пойдем! Скорее! — скомандовал Никита.

Еся замерла. Она вдруг не смогла пойти за ним. Не смогла сделать и шага. Это неправильно. Она приняла неправильное решение.

“Сердцем смотри!” — в стуке капель о мост послышалось повеление Казимира.

— Еся! Чего ты медлишь?! Попадемся! — настаивал Никита.

Сердце рвалось обратно. В избу, к Владимиру. Разлад там али как, она хотела быть его женой. Прояснить все недомолвки, достучаться до него, забраться в его душу и украсть ее. Есислава совершенно точно хотела быть с Владимиром. На болотах, на воле… Где угодно, но с ним.

Еся высвободила руку.

— Прости Никита… — она по прежнему чувствовала взгляд Владимира. Полный скорби и печали взгляд. Он отпускал ее. С болью, с тоской, но отпускал. Вот, что своим сердцем видела Еся.

Владимир словно стоял на крыльце. Но разве Никита не должен был его видеть? Не должен был удивиться?

Как же всё… не так… Неправильно! Нельзя ей уходить. Нельзя.

— Я болотника люблю. Всей душой. А ты иди… — Есислава улыбнулась.

Она поняла, что хочет сделать…

Еся развернулась и побежала по мосту. И пока ноги шлепали по лужам, она стягивала платок с глаз, чувствуя Владимира… В спину кричал Никита. Звал ее. Умолял. Но Есислава решила остаться. Вот теперь решила правильно.

Владимир точно стоял на крыльце. Она, наконец, увидит его.

— Еся, — выдохнул он, как только Есислава, зажмурившись, оказалась рядом.

— Я верю тебе, Владимир, — запыхавшись произнесла она, широко и искренне улыбнувшись. — Казимир сказал сердцем смотреть. И мое сердце верит тебе. Я верю.

Еся распахнула глаза.

— Что ты наделала?! — испуганно прокричал Владмир. А она жадно смотрела на него. Глазами. Смотрела на человека.

— Красив, — она не переставала улыбаться, а по щекам потекли слезы. Отчаянные слезы радостной печали, тоскливого счастья. Пусть утопит. Пусть. Но пусть знает, что она верила ему до последнего своего вздоха.

У Владимира были русые волосы и короткая борода. Длинный нос и шрам на лбу. Он хмурился, а потому на нем собрались морщины. Его зеленые глаза сияли испугом, отчаянием, но все равно были так красивы… А губы… Тонкие губы, которые она целовала. Не оторваться… Ему на вид было лет тридцать. Не молод. Но статен.

Еся уже не слышала, что он говорил, чего требовал. Она только смотрела и жадно запоминала всё. Вот, кого так любило ее сердце. Никакое Владимир не чудище. Красавец, каких еще поискать. И светел лицом. А ей-то всё казалось, что он мрачен.

Есислава чувствовала на своих щеках горячие слезы, но она была рада. Она увидела его. Увидела!

Еся встала на носочки и коснулась губ.

— Еся, — Владимир отстранился. И в его глазах застыли слезы. — Что же ты сделала, душа моя?..

Вдруг его лицо стало расплываться, усыхать… Он вмиг из крепкого мужчины обратился сморщенным уродливым стариком, вместо бороды и волос — зеленые скользкие водоросли, ясные глаза запали, потускнели, а сухие руки крепко обхватили Есю и потащили к краю моста.

Болотник кинулся в болота.

— Еся! Нет! — отчаянный вопль Никиты — последнее, что донеслось до уха.

Вот и всё… Вот и всё! Утопит! Этого она хотела? Этого? Стоил ли один взгляд на него ее жизни?

Разум неистово протестовал. Кричал вырываться. И звучал он голосом старухи.

Но Еся в чудище всё еще ощущала Владимира. Она верила. Она будет верить ему до самого конца. До самого последнего мига.

Есислава не стала вырываться. Она обхватила шею Владимира руками и крепко вжалась в него. Грудь сдавило, болотная вода обожгла внутренности. А болотник всё тянул ее ко дну. Но дна было не видать.

Есислава чувствовала, как болота наполняются его отчаянной болью и печалью. Он не хотел убивать ее. Не хотел. Но отчего-то не мог остановиться.

И Еся не задавалась никакими вопросами. Пусть так. Пусть всё так.

Она верит Владимиру. Просто слепо верит…Он должен знать, должен понять так же, как и Еся понимала, чувствовала, что губит Владимир ее не по своей воле. А потому не злилась и даже прощала.

В порыве вдохнуть Есислава открыла рот, но воздуха не было.

Тьма сгущалась, становилась плотнее. Подкрадывалась.