Хозяин оков VII
Шрифт:
Ругань и подзатыльники не помогали. Я имел дело с настоящими сорванцами, отщепенцами, малолетними бандитами. Да, несколько детишек повиновались, Шиелла даже уговаривала остальных попробовать мой спектакль. Лейна с Филайлой тоже помогали. Но в целом ситуация так и не выправилась. Поганцы игнорировали мои указы, саботировали репетиции, путали реплики. Относились к истории словно к мусору, не вкладывали эмоции в выступления.
От детей больших чудес я и не ждал. Они чаще всего переигрывали. Но этого в большинстве случаев хватало для простой уличной постановки. Однако теперь они недоигрывали и кривлялись. Демонстрировали свое презрение истории и мне лично. Мелкие засранцы!
Поговорил с Элджином, и тот сделал попытку договориться с ребятней, но это особо не помогло. Мрадишу объявили бойкот. Слишком я был мягок с ними, что ли. Не наказывал, хорошо кормил и давал сладости. Не ценит народ доброе отношение. Наглели не по дням, а по часам.
Вечером мы встали на ночь на перевале. До Альенте добраться не успели. Дорога выдалась непростой. Ветер бил по лицу и даже снег один раз хлестал по щекам, когда мы взобрались на высокую точку. Здесь же нашли приличное укрытие — широкую неглубокую пещеру, где и решили переждать ночь.
Потрескивал костер, снаружи завывал колючий ветер, стояла почти полная темень. Ни Кайи, ни Штарда на небесах не показалось. Фазы луны в этом мире явно отличались от привычных мне. Совершенно хаотичное движение спутников, которое невозможно предсказать. Я бы мог подумать о том, какие планетные особенности могли к такому привести — например, пресловутая задача трех тел, когда объекты влияли друг на друга и двигались непредсказуемо. Но я в космической механик не был силен, зато был ленив. Так что оставлю эту загадку для магов-ученых Тардиса. Не все ж проблемы решать благородным перерожденцам!
— Кажется, там бродит детеныш горного варана, — заметила зоркая Лиетарис и потянулась к клинку. — Думает, что сможет здесь чем-то поживиться.
— О, свежее мяско! — облизнулась Ниуру.
— У варанов невкусное мясо, — скривилась Амарантэ.
— Это если дикие. У нас варанов разводили. Вполне мягкое и сочное, — поведала Филайла.
— Это всего лишь детеныш, — возразила сердобольная Лейна. — Прогоним его, и все. Незачем охотится за малышами! Наставник!
— Припасы у нас пока есть, нехай шастает, — махнул я рукой. — Готовы к репетициям?
— Да не будем мы репетировать этот отстой про дурацкие кольца. Какой вообще маг из такого маленького украшения может столь мощный артефакт сделать? Полный бред! Персонажи — идиоты. История тупая! — принялся разносить меня Глистод, не выбирая выражений.
Моя благородная лысина побагровела. За последние дни я и так наслушался разного от мелких гаденышей. И в этот момент мое терпение лопнуло окончательно. Настала пора проучить поганцев!
— Слышь ты, критик доморощенный. Тебе еще сто лет расти до того, чтобы понять все величие истории! И лет двести, чтобы хотя бы приблизиться к совершенству Хорана Мрадиша! Лия, есть у нас веревка?!
— Да.
— Тащи сюда!
Я схватил Глистода за ухо и повел наружу.
— Ай-ай-ай, пусти! Пусти, кому сказал!
Пацан даже вытащил нечто наподобие заточки и попытался меня пырнуть. Я вывернул его руку и дал смачную затрещину.
— Господин, пожалейте Глистода, он не хотел! — щебетала Шиелла, защищая своего.
— Господин, простите его! — побежал следом за нами и Элджин.
— Боги простят, а я пока обычный смертный, — проговорил я хмуро.
В груди клокотала первобытная ярость. Паршивец выбрал не то время, чтобы устраивать со мной словесную дуэль и пытаться зарезать.
— Свяжи ему руки, — скомандовал я Лиетарис.
— Надеюсь, мастер знает, что делает.
— Несомненно. Можешь не переживать на его счет. Он выживет. Наверное…
— Стойте! Вы че делаете?! — воскликнула жертва, но меня уже было не остановить.
Глистоду связали руки, затем я привязал веревку к его ногам, перекинул канат через ветку ближайшего корявого дерева и с силой дернул. Пацана поволокло наверх. Он заверещал, повиснув головой вниз. Мальчуган отчаянно ругался, обзывая меня разными словами. Я даже узнал несколько новых выражений.
Конец троса я привязал к коряге. Глистод слегка покачивался на холодном ветру и извивался, пытаясь освободиться. Однако дотянуться до веревки не мог. Руки у него оставались связанными.
— Замечательно. Повиси здесь и подумай над своим поведением! Уходим! — скомандовал я.
Шиелла с Элджиным и Лейной помедлили, так что пришло окрикнуть их и пригрозить, что они могут повиснуть рядом.
Отряд ушел дальше ко входу в пещеру, оставив Глистода в одиночестве развиваться на дереве кверху ногами.
Мы издали следили за парнем некоторое время, и, наконец, показался наш любопытный гость. Горный варан был действительно мелким. Размером с земного взрослого варана, наверное. Обычный детеныш, не представляющий серьезной угрозы обученному воину даже без дара. Иззубренная толстая серая шкура выглядела прочной. Она отлично маскировала зверя на фоне скал.
Варан осторожно подошел к висящей жертве, принюхиваясь. Поняв, что опасности рядом нет, он сделал попытку встать на задние лапы и дотянуться до лакомой добычи. Глистод заверещал пуще прежнего и качнулся в сторону.
Высоту я выбрал крайне удачно. Варан не мог дотянуться до пацана, но был очень близок. Глистоду приходилось несладко. Он трепыхался словно бабочка, попавшаяся в паутину пред лицом хищника.
— Ох, надо поскорее снять мальчика! — заголосила Эббот.
— Не достает. Бедный варан, — заметила Ниуру.
— Думаешь, это поможет его образумить? — уточнила Лия.
— Не люблю бить детей. Предпочитаю решать конфликты без рукоприкладства!
Глава 20
— Наставник, остановитесь! Вы снова дали волю недобрым чувствам! — пропищала Лейна, намекая на мою Тьму, скорее всего.
— Брось. Я себя полностью контролирую. Просто бывают такие ситуации, ученица, когда проблему можно решить только с помощью жестокого урока. Или ты хочешь, чтобы детишки сдали нас первому встречному патрулю стражи?
— Нет, но… разве нет другого способа?
— Считай это главным правилом волшебника. Не переживай, все с ним будет в порядке, — шепнул я мелкой, чтобы остальные не услышали, затем повысил голос. — Кто будет возникать — отправится на веревку рядом с Глистодом! То же мне имечко.