Чтение онлайн

Пока мы вполне успешно проходили по туннелям под городом и не спешили выходить на улицы. Наверху мы снова станем горсткой вооруженных бойцов, так что лучше как можно больше ослабить защитников города здесь, в туннелях.

В какой-то момент я отдал командование Илье и вместе с Леной, Ирой, Володей и Артемом свернул в неприметный туннель, как мы и договаривались накануне. На нем стоял знак Румянцевых, о нем Кирилл предупредил в письме — что нужно идти именно по этому туннелю и свернуть в проход, отмеченный их знаком.

Всю дорогу я и мои спутники почти не использовали магию, только огнестрельное оружие. Потому что у нас отдельная миссия, где и потребуются силы.

Я первым свернул в туннель, готовый к нападению. Но его не случилось. Нет, бойцы во главе с магом тут сидели, но только до некоторого времени — их всех уложили до нас. А на ближайшем перекрестке мы встретили Кирилла и его людей. Это они уничтожили отряд засады.

Мы обменялись рукопожатиями в полутемном туннеле. Солдаты Румянцевых, молчаливые и мрачные, убирали с дороги тела.

— Привет. С куполом проблемы, да? — уточнил я.

— Да. Голицын знает про монстров и поставил серьезную охрану возле каждого якоря. Наши люди разбили два, но к еще двум пока не могут пробиться, — недовольно ответил Кирилл. — Тем более там люди не князя, а графа Денисова, они оказались неожиданно хорошо обучены.

— Ты о чем? — удивился Артем.

— О том, что они словно всю жизнь готовились к уличным боям. Там такая баррикада, что я не знаю, как к ней подобраться.

Как интересно. Но я-то как раз знаю, как себя вести в уличных схватках. Только сказать об этом не могу. Снова придется говорить, что на ходу придумал.

— Его люди оба якоря охраняют? — уточнил я.

— Только один. Второй под контролем людей графа Суворова.

— Тогда веди к тому, кто ближе, — сказал я и уже в пути удивился одному моменту. — Так ты говорил, что якорей десять и снять надо четыре. С двумя вы справились. Если тут такие проблемы, почему вы в них уперлись, а не пошли к другим шести?

— А вокруг них уже магическая защита в довесок к солдатам.

— Пробить еще сложнее, понятно. На чьей стороне Суворов? — уточнил я. — И Денисов.

— Денисов на своей собственной стороне. Вообще он стал странным, — заметил Кирилл. — Словно другим человеком.

Опаньки! Это звучит знакомо, насторожился я.

— Давно?

— Чуть больше года назад. В какой-то момент он даже попытался сместить Голицына. Так отряд Михаила и оказался в Пустоши — это Денисов его подставил. Но ничего не получилось и он затаился. Только в лес стал ходить чаще. И очень быстро с рубина разгорелся до оникса. Но сейчас его люди яростно защищают четыре якоря из оставшихся восьми.

— Интересно. Так а что Суворов? — напомнил я.

— А вот он как был нейтральным вместе с Ланской и Зотовой, так и остался.

Точно! Я совсем забыл про женщин. В тот единственный раз, когда я видел весь совет в сборе во время собственного изгнания, было пятеро мужчин и две женщины, восьмым с ними рядом стоял секретарь. И до сих пор графини никак не проявляли себя.

— И что значит нейтралитет этих троих? — уточнил я. А сам сожалел, что не расспросил Ирину до того, да хотя бы на марше. Слишком сосредоточился на Голицыне.

— Что они усиленно ни во что не вмешиваются. Занимаются своими делами, возят караваны, в союзы не вступают, — ответила вместо Кирилла Ирина.

— Точно ничего на троих не замышляют? — уточнил я.

Остальные шли молча и мотали на ус.

— Что отец им не нравится, они не скрывают. Но так же все знают, что сил скинуть его, у них нет. Потому что часть их баронов кормится с рук отца.

— Верность прям цветет и пахнет в нашем родимом городе, — пробормотал я озадаченно. — Так всегда было?

— Нет, только в последние годы, — ответил Кирилл.

— Да, с тех пор, как отец узнал о неверности матери, — добавила Ирина. — Он тогда почему-то решил, что твой отец метит на его место, потому и залез в ее постель. Но там все совсем не так было — я знаю маму.

Если честно, меня сейчас не сильно интересовали отношения княгини с моим местным погибшим отцом. Я понял главное — людей Суворова убедить можно. А вот с Денисовым… хмм… да, думаю, подойдут те же аргументы. Если что, найду новые в процессе переговоров. Сейчас мне казалось, что поговорить проще и быстрее, чем драться.

— Я понял. Мы сейчас к кому идем? — спросил я.

— К людям Денисова. Самого его там нет, насколько я понял, только его барон, Минаев, — предупредил Кирилл.

— Понятно. Он тоже изменился?

— Он нет.

— Хорошо. Прорываться придется с боем?

— Нет. Наши солдаты контролируют подступы к якорю. Так что драться придется только с Минаевым и его людьми.

— Надеюсь, что не придется, — ответил я.

— В смысле? Что ты собрался делать? — озадаченно спросил Кирилл.

— Следовать примеру моего великого тезки, жечь глаголом, — улыбнулся я.

— В смысле? Так просто? Так против огня у них…

Он непонимающе замолчал, когда Лена рассмеялась. Вот уж кто меня понимает. Даже Артем и Володя улыбнулись. Ирина смотрела и ждала пояснений, словно я задумал какую-то иезуитскую каверзу.

— «Глаголом жечь сердца людей», Кирилл, — процитировал я с улыбкой.

— Наш лидер хочет сказать, Кирюша, что попробует их убедить сдаться без боя, — тоже поняла меня Ира и пояснила нашему недогадливому союзнику и другу.

— А. Так бы и сказал. Не думал, что ты знаком с Пушкиным, — смутился он.

— Конечно, я с ним не знаком — он умер пятьсот лет назад. А вот с его творчеством да, — продолжил я подшучивать. На самом деле тренировался перед словесной дуэлью. Если они будут слушать, а не начнут сразу стрелять.

— И когда успел?

— Долгими зимними вечерами, когда не ночевал в снегу.

Тем временем мы подошли к двери, где вместо номера значилась литера «В», и вышли на поверхность. Сразу стало холодно. А я снова вспомнил, что такое город зимой — слякоть, сквозняки и кучи серого снега у краев дорог и дорожек.