Чтение онлайн

– Карелия, - произнесла она.
– Что ж, это и впрямь красивое название, не стану спорить, хоть я и уверена, муж мой, что там у тебя была какая-то женщина. Как ее звали?

– Тайра, - ответил он и снова чмокнул ее в кончик носа.
– Если, конечно, мне не изменяет память. Ведь их было так много.

Чесса сжала руку в кулак и с наигранной яростью ударила его в живот. Он ухмыльнулся:

– Ну как, ты еще не забеременела? Она нахмурилась:

– Я столько раз объявляла себя беременной, и вот теперь, когда я и вправду этого хочу, у меня ничего не выходит. Как ты думаешь, Клив, может, я бесплодна?

– Нет, дорогая, я думаю, что твой муж просто недостаточно усерден. А может, все дело в том, что ты чересчур тревожишься по этому поводу и твои опасения передаются моему семени, вот оно и отказывается оплодотворить тебя.

– Да, верно, в последнее время ты слишком много работаешь на этой стройке и всегда возвращаешься домой очень усталый.

Клив схватил ее за шею и легонько сдавил. Потом крепко поцеловал в недовольно сжатые губы. Он пристально посмотрел ей в лицо, заглянул в прекрасные зеленые глаза, такие же зеленые, как те мшистые камни у водопада, которые он ей показывал.

– Мой отец что-нибудь говорил тебе? Он никак тебе не досаждал?

– Нет. Но всякий раз, когда он видит меня, он пялится на мой живот.

– Чесса, это правда?
– раздался детский голосок. Клив и Чесса опустили глаза и увидели Кири, которая хмуро смотрела на отца и мачеху. В руках у нее было недогрызанное яблоко. Чуть поодаль трое ребятишек, вечно ходящих за ней хвостом, спорили из-за кожаного мячика.

– О чем это ты, золотце?
– спросила Чесса.
– Что правда?

– Я слышала, как Атол сказал своему брату, что у тебя будет ребеночек от моего отца.

– Чистая правда, - глазом не моргнув, ответствовал Клив.

– А потом он сказал, что ты говоришь не правду и что ребеночек у Чессы будет не от тебя, а от Варрика. Я сказала ему, что он ошибается, а он надо мной посмеялся. Атол противный. Он мне не нравится.
– Кири на мгновение уставила глаза в землю, свирепо сдвинув брови.
– По-моему, он полоумный.

– Да, Кири, ты права. У него не в порядке с головой, - твердо сказала Чесса.
– Так что держись-ка ты от него подальше. Он трус и любит делать гадости.

Но Кири не последовала этому совету. По счастью, Чесса подоспела как раз вовремя. Она увидела Атола, который с издевкой смотрел на девочку с высоты своего роста, услышала, как Кири крикнула:

– Ты все наврал мне, Атол. Чесса родит ребеночка не от Варрика, а от моего отца, вот!

– Ты маленькая дура, - зло прошипел Атол.
– Ты ничего не понимаешь. Убирайся отсюда, поняла?

– Никуда я не уйду, пока ты не признаешься, что все наврал!

Атол обругал ее грубым словом, она лягнула его в голень, и тогда он нагнулся, схватил ее и начал трясти, словно нашкодившую собачонку.

– Ах ты, мерзкое отродье!
– заорал он, брызжа слюной ей в лицо.
– Мерзкое, проклятое отродье! В тебе его кровь, и ты не имеешь права жить здесь и присваивать то, что принадлежит мне!

Чесса не представляла, что у него на уме, но лицо его было искажено такой бешеной яростью, что она ужаснулась. Он полностью утратил самообладание и, похоже, мог сделать все что угодно.

– Отпусти девочку, Атол, - тихо сказала она.

– Ты!
– злобно прохрипел Атол и снова тряхнул Кири. Та сжала свою маленькую ручку в кулак и изо всей силы стукнула его по носу. Атол взвыл и швырнул ее на землю.

В следующее мгновение Чесса вихрем налетела на него, пронзительно выкрикивая все бранные слова, которым она выучилась в Дублине от воинов своего отца. Он занес было кулак, чтобы отпихнуть ее, и тут она что было сил ударила его коленом в пах. Когда он согнулся вдвое, вопя от боли, она лягнула его в голень и он, не удержавшись на ногах, шлепнулся на землю. Но Чессе этого было мало. Она пнула его в ребра, потом еще раз с силой ударила его каблуком в голень, и услышала, как хрустнула кость. Однако это ее не остановило. Тяжело дыша, она продолжала исступленно наносить удары.

– Чесса, перестань!

Она попыталась вырваться из рук Клива и снова наброситься на Атола, который сжался в комок под градом ее пинков, однако Клив все же сумел оттащить ее.

Чесса резко повернулась к мужу и, задыхаясь от ярости, крикнула:

– Он схватил Кири и стал ее трясти! А потом швырнул ее на землю. Швырнул ее, Клив( - С Кири все в порядке, Чесса. Я научил ее, как перекатываться через плечо при падении. Перестань же, Чесса, оставь его. Смотри, с Кири ничего не случилось.

– Отец, погляди, я не ушиблась, не то что Атол. Красный туман, застилавший глаза Чессы, рассеялся, когда она услышала удовлетворение, прозвучавшее в тонком голоске Кири. Она набрала в легкие побольше воздуха и медленно выдохнула.

– Ума не приложу, почему я не вытащила нож и не всадила в его черное сердце, - сказала она, тряхнув головой. Потом посмотрела на съежившегося в страхе Атола, занесла ногу для очередного пинка, однако не ударила.

– Нет, - сказала она.
– Думаю, с него хватит.

– Моя нога, - простонал Атол. Он с трудом сел, схватился за голень и начал раскачиваться из стороны в сторону, не переставая скулить.
– Моя нога! Ты ее сломала!

– Да, сломала, - согласилась Чесса.
– Я слышала, как хрустнула кость. Посиди спокойно, и я тебе помогу.

Услышав это предложение, Атол завопил во все горло и попытался отползти прочь.

– Сиди смирно, ты, трусливый задира.

– Не бойся, Атол, теперь она уже не станет тебя убивать, - сказал Клив. Делай, что она велит, иначе мне придется огреть тебя камнем по голове, чтобы ты не трепыхался, пока она будет заниматься твоим переломом.

– Что тут стряслось?
– спросил подошедший Игмал, вытирая руки о кожаный передник.
– Вижу, ты, Атол, забыл о моем предупреждении, а? Вот и получил. Тебе еще повезло, что она тебя не убила.

Атол застонал:

– Игмал, я тебе приказываю: не подпускай ее ко мне, не позволяй ей касаться меня!

– Попридержи свой глупый язык, Атол. Она тебя не убьет.

– Мой отец...

Клив наклонился и, не говоря ни слова, хрястнул Атола кулаком в челюсть. Тот, оглушенный, упал навзничь.