Чтение онлайн

— В семейных хрониках всякое встречалось. Скажем, наш прапрапрадед обладал тенью, которую прозвали Сирином. Голос её был столь сладок, что люди, заслышав его, замирали, забывая обо всём на свете. У прапрапрабабки, жившей чуть ранее, тень выпускала «туманы зловонные, в коих гас и огонь, и ветер, и сила иная». Там очень подробно описывалось, как эти туманы накрыли берег реки, сорвав переправу войска польского.

А я вот до героических деяний предков так и не добрался.

— Есть упоминания о тени, которая «разуму шептала злоязыко» или вот «очи застила ужасом кромешным»

Даже представлять себе не хочу.

Чуется, предки были людьми суровыми, закалёнными реальностью, а потому если даже для них ужас, то и не надо оно нам, знать, какой он там именно ужас.

— Да и в стычках с тварями иного мира всякое случалось. Громовы не даром границу стерегли. Это сейчас на Пустошах стало тише. А вот когда-то прорывы там случались постоянно, и такие, что не чета нынешним. Ты бы видел, каких тварей описывали, а порой и зарисовывали… — Тимоха осёкся, вдруг поняв, что я не видел и вряд ли получится увидеть.

И возможно, всё это наследие пропало безвозвратно.

— Мы вернёмся, — тихо произнёс я.

— Да. Но это будет другой дом.

Что тут ответишь.

— То есть среди теней встречаются и дарники?

— Можно и так сказать. Хмарь из числа тех, к кому и предки не советовали приближаться. Про неё было написано, что погибель лютая. И только-то.

Ну да.

Лютая.

— Савелий, ты же осознаёшь, что чем больше она будет набирать силу, тем сложнее тебе придётся? Даже если сейчас вы ладите, это не значит, что она не попытается сожрать тебя.

Верю.

Потому что лев львом и останется, как его не дрессируй.

— Тим, а какие варианты? Она теперь часть меня. и сам понимаешь… она без меня тоже не выживет.

— Да. Только это их не всегда останавливает.

Он понимал.

Вздохнул.

И сказал:

— Просто будь осторожней, ладно?

А я кивнул, соглашаясь, что буду. Куда я, собственно говоря, денусь?

Глава 15

Группой петербургских архитекторов разработан проект жилого дома, в квартирах которого будут отсутствовать совершенно кухни, знаменные одной центральной с лифтом для подачи кушаний во все квартиры в обусловленное время. Подобные дома уже получили распространение за границей и житье в них сходно до известной степени с житьем в пансионах. Вообще работа прислуги в этого типа домах (при водяном отоплении и проведенных всюду механических очистительных приборах) сводится почти к нулю. Первый подобный дом в Петербурге проектируется для лиц среднего достатка, а затем уже будут строиться дома для рабочих и мелких служащих.

«Вести»

И снова поворот.

Странно так, когда жизнь разделяется на две половины. В одной — революционеры, заговорщики, сумасшедшие учёные, пусть на первый взгляд наверняка выглядят нормальными. В другой — гимназия.

Уроки.

Преподаватели.

Класс, пусть поредевший, но шумный. И ощущение неправильности, как будто какая-то из этих частей — подделка. Только какая?

Та, в которой Мишка с Тимохой снова едут по адресу, чтобы окончательно завалить пещеры? И Татьяна изо всех сил старается выглядеть спокойной. Или та, в которой Потоцкий всерьёз рассказывает, где лучше ловить жаб. Зачем? Да тут есть варианты.

Их и надуть можно.

И бега устроить.

И подкинуть кому из преподавателей, ежели чего.

И вообще, жаба в хозяйстве зверь полезный, если вдуматься. А Орлов, которому это пересказываю зачем-то, загорается идеей жабьих бегов. Или скачек? Жабы-то скачут. И прожект рисует, в котором при гимназии и жабий ипподром, и конюшни.

Лягушни? Жабушни?

И в какой-то момент все хохочут, будто и забывая о том, что за забором иная жизнь.

А она есть. Течет себе своим чередом. И вновь же ощущение неправильности. Я ждал, что эта треклятая поездка что-то изменит, радикально, а она не изменила. Разве что город успокаивался. По тому миру ещё знаю, что люди ко всему привыкают. А тут и привыкать-то не к чему. Закрыто кладбище? Так оно давно уж закрыто. Теперь ещё и патруль приставили.

Наличие патруля, оно очень-то на людей успокоительно действует.

Молебны служатся?

Крестные хода идут?

Патриарх самолично люду является? Звон колокольный летит по городу? Это всё как-то очень быстро стало привычным, обыкновенным. И только там, в самых верхах, движение продолжалось. Причём я скорее понимал это, чем видел.

— Отец сказал, что на выходные я тут остаюсь, — заявил Шувалов и поёжился, сгорбился, обняв себя в попытке согреться.

Осень выдалась ранней.

Как и предсказывал Метелька, через пару дней после возвращения ударили морозы, и как-то так, что поутру стёкла затягивало сизоватой корочкой льда, а из щелей сквозило. И старое здание, которое и в августе не слишком-то нагревалось, впустило сквозняки. Днем ещё возвращалось солнце, но зыбкое, стылое, да и то через раз. Чаще дождило, а если дождь и не шёл, то воздух, набравшись воды, просто был вязким и мокрым.

Никогда не любил Питер.

И день ото дня эта нелюбовь, подкрепленная запахом плесени и холодом — местные одеяла не отличались толщиной — лишь крепла. Я, конечно, не трясся, как Шувалов, но исключительно силой воли.

— Что так? — Орлов снял куртку и накинул на плечи Димке. — Да сиди ты. Я ж огневик. Мне замёрзнуть не грозит. Это ты у нас нежный.

Шувалов отвечать не стал, как и отказываться.

— Уезжают. Герман в Москву собирается, с проверкой кладбищ. Оттуда запрос пришёл. А отец в составе инспекционной комиссии. Он в Лавру идёт. Матушка ещё госпиталями занимается, принято решение о строительстве новых…

— Знаю, — кивнул Демидов. — Мы тоже участвуем.

— Вы — это Демидовы? — я уточняю для понимания. И Яр кивает, поясняя:

— Один строим за свои, а ещё один — совместно с купечеством.

Вот он, к слову, тоже не мёрз.

— Всё равно будет мало, — Елизар подавил зевок. Зевал он скорее по привычке. За прошедшие пару недель Елизар успел оправиться, и даже худоба отступила, благо, кормили в школе отменно, а ещё и перед сном теперь прямо в комнаты стали приносить какао с булками. Не знаю, собственная это была инициатива гимназии или распоряжение свыше, но мы оценили. С какао осень местная становилась не такой и мерзкою. — Медицинский вопрос парой госпиталей не закрыть. Даже в одном городе.

Сказал и всё-таки зевнул, а Серега за ним.

Ну а мы не спорим.

Неохота. Да и прав. Пара госпиталей — это хорошо, но без нормальной системы здравоохранения, это как пробоину пальцем затыкать.

— А некромантов разве в Лавру пустят? — Метелька вот вытянул ноги и на макушку положил учебник по русской словесности. Явно надеясь, что мудрость вышняя сама перетечёт, под воздействием силы тяжести.

— Пустят, — откликнулся Шувалов. — Но рады не будут.

Я думаю.

Шувалов-старший не со светским визитом едет, а с инспекцией. Инспекциям же нигде и никто не радуется. В здравом уме если. Но тут, чую, прижали Синод крепко, если уж согласились на такое.