Чтение онлайн

Желудок предательски заурчал, вновь напоминая о себе.

Нет, осмотр остального дома подождет. На голодный желудок толку от работы не будет. Сначала нужно поесть, а уже потом продолжать инспекцию этого... наследства.

Я вернулась в торговый зал, подхватила свою дорожную сумку с табуретки и направилась к выходу. Где-то на рыночной площади или неподалеку наверняка есть бакалейная лавка. Куплю хлеба, сыра, может, колбасы. И мыла. Обязательно мыла, иначе в этой грязи просто не выжить.

Я заперла дверь на ключ и двинулась по Медной улице в сторону центра города…

Мелтаун в полдень был шумным и многолюдным. Улицы заполнились торговцами, ремесленниками, покупателями. Кто-то тащил мешки с мукой, кто-то вел за собой упирающуюся козу, женщины с корзинами на головах сновали туда-сюда, выкрикивая что-то друг другу. Пахло печеным хлебом, жареным мясом, навозом и медовыми пряниками.

Я шла, прижимая сумку к боку, стараясь не сталкиваться с прохожими. Несколько раз меня толкнули: один раз так сильно, что я едва удержала равновесие. Но никто не извинился, даже не оглянулся. Обычная городская жизнь.

Бакалейную лавку я нашла быстро, она располагалась на углу площади, рядом с харчевней, из которой доносился аппетитный запах жареного мяса и лука. Над дверью висела вывеска: «У Марты. Все для дома».

Я толкнула дверь и вошла внутрь.

Лавка оказалась просторной и на удивление чистой. Вдоль стен тянулись полки, заставленные товарами: мешки с крупами, связки колбас и сушеного мяса, круги сыра, бочонки с солеными огурцами и капустой. В углу стояла корзина с яйцами, рядом ящики с яблоками и морковью. Пахло укропом, копченостями и свежим хлебом.

За прилавком стояла полная женщина средних лет с круглым румяным лицом и копной рыжих волос, убранных под белый чепец. Она что-то записывала в толстую книгу, но когда я вошла, подняла голову и улыбнулась.

— Добрый день, милая! Что желаете?

— Добрый день, — я подошла ближе, разглядывая товары на прилавке. — Мне нужен хлеб, сыр... и колбасу, если есть.

— Конечно есть! — женщина отложила перо и принялась выкладывать передо мной товары. — Хлеб свежий, с утра только испекли. Сыр вот этот, с травами, очень вкусный, сама пробовала. А колбаса копченая или вяленая?

— Копченую, пожалуй.

Пока она отрезала ломоть сыра и отвешивала колбасу, я осмотрелась по сторонам. В углу лавки, у окна, сидел парень лет восемнадцати-двадцати, перебирая какие-то ящики. Худощавый, светловолосый, с веснушками, рассыпанными по носу и щекам. Он поднял голову, встретился со мной взглядом и улыбнулся так открыто и дружелюбно, что я невольно улыбнулась в ответ.

— Новая покупательница? — спросил он, поднимаясь с табуретки и подходя ближе. — Не видел вас раньше в Мелтауне. Путешественница?

— Что-то вроде того, — я пожала плечами, доставая из сумки кошелек.

— Тобиас, не приставай к людям, — женщина, видимо, его мать, укоризненно покачала головой. — Прости его, милая. Сын у меня любопытный, как сорока.

— Ничего страшного, — я усмехнулась. Парень казался безобидным, и честно говоря, мне тоже нужно было узнать побольше о местных. Новичкам всегда труднее, особенно если хочешь остаться незамеченной. — Я не путешественница. Вернее, была, но теперь остаюсь. Я новая хозяйка лавки пряностей на Медной улице.

Тобиас присвистнул, глаза его расширились.

— Лавки Аделии Корн? Та, что уже лет пять стоит закрытая?

— Она самая.

— Так вы... родственница старухи Аделии? — он наклонил голову набок, разглядывая меня с нескрываемым любопытством.

— Племянница, — я кивнула, решив придерживаться максимально простой легенды. Чем меньше подробностей, тем лучше. — Она завещала мне лавку. Я только сегодня приехала, начала приводить все в порядок.

— О боги, там наверняка адский бардак, — Тобиас сочувственно покачал головой. — Я видел, как эту лавку запирали после похорон Аделии. Пять лет никто даже окна не открывал. Там, должно быть, все заросло пылью и паутиной.

— Еще как, — я криво усмехнулась. — Пауки там обосновались размером с кулак. Чувствуют себя полноправными хозяевами.

Марта, хозяйка лавки, сочувственно цокнула языком.

— Бедняжка. Одной-то нелегко будет. Может, нанять кого на подмогу?

— Сначала посмотрю, — я пожала плечами. — Хочу оценить масштаб бедствия.

— Вам еще повезло, что дом на Медной улице, — вступил в разговор Тобиас, облокотившись на ящик. — Там тихо, народу немного. Соседи приличные.

— А кто там вообще живет? — я решила воспользоваться его словоохотливостью. Чем больше я буду знать об окружающих, тем лучше. — Я пока никого не видела.

— Ну, — Тобиас задумался, почесывая веснушчатый нос, — справа от вас, если стоять лицом к лавке, живет мастер Рольф. Сапожник, работает дома. Угрюмый такой, но не злой. Просто любит тишину. У него жена, Грета, и трое детей. Дети шумные, но безобидные.

Я кивнула, запоминая.

— А слева?

— Слева вдова Эльза. Пожилая женщина, торгует вышивкой. Очень набожная, ходит в храм каждый день. Любит сплетничать, так что осторожнее с ней, — Тобиас понизил голос до заговорщического шепота. — Она всех соседей знает, про каждого может рассказать что-нибудь интересненькое.

— Понятно, — я усмехнулась. Значит, от Эльзы нужно держаться подальше. Меньше контактов — меньше вопросов.

— Напротив вас, через дорогу, живет семья пекарей, — продолжал Тобиас, явно наслаждаясь ролью гида. — Отец, мать, два сына. Встают рано, пекут хлеб еще до рассвета. Добрые люди, всегда помогут, если нужно. Мать их, Ингрид, иногда приносит остатки хлеба вдове Эльзе.

— Хорошие соседи, — заметила я.

— Еще бы. На Медной улице вообще народ спокойный. Там даже городская стража редко ходит, потому что никаких проблем не бывает. Не то что на Рыночной или Кузнечной там каждую неделю драки или кражи.

Марта тем временем закончила упаковывать покупки и положила все в холщовый мешок.

— Вот, милая. Хлеб, сыр, колбаса. Что-нибудь еще?

Я задумалась.

— Мыло есть? И... может, свечи?

— Конечно. Мыло вот, хорошее, с золой и травами. Отлично отмывает. А свечи сальные подойдут? Или восковые хотите?

— Сальные, — восковые слишком дорогие, а экономить пока придется. Я не знала, сколько времени займет наладить торговлю пряностями, и деньги нужно было беречь.

Марта добавила в мешок кусок желтоватого мыла и связку свечей.