Чтение онлайн

«Милая Марти!

Как твое «гувернантство»? Судя по твоему последнему письму, скучать тебе не приходится. Твоя Элвиан мне представляется этаким маленьким монстром. Избалованная девчонка, могу поклясться! Надеюсь, там с тобой хорошо обращаются? Из письма следует, что с этим вроде все в порядке. Кстати, что это с тобой случилось? Ты всегда раньше писала такие занимательные и забавные письма, а с тех пор как ты там поселилась, тебя словно косноязычие одолело. Это может значить, что тебе там или очень нравится, или наоборот. Так как же?

Шаль и гребень — это тебе от меня на Рождество. Надеюсь, тебе они понравятся, потому что я очень их долго выбирала. Они не слишком фривольны? А то, может, ты бы предпочла комплект шерстяного белья или какую-нибудь нравоучительную книгу? Уж очень слышна гувернантка в тоне твоих писем! Как бы то ни было, теплое белье ты и так получишь от тети Аделаиды.

Интересно, как ты будешь встречать Рождество — вместе с хозяевами или во главе стола для прислуги? Я уверена, что тебе предстоит первое. Они не могут не пригласить тебя — в конце концов это Рождество. Ты будешь ужинать вместе с ними, даже если это будет один из тех ужинов, когда кто-то из гостей в последний момент присылает сказать, что не придет, и за гувернанткой посылают, чтобы за столом не оказалось нечетное число гостей. Пусть даже так, но ты должна быть за праздничным столом! Представляю, как ты появишься в своей новой шали и с гребнем, и в тебя влюбится с первого взгляда какой-нибудь миллионер.

Если серьезно, Марти, то я подумала, что тебе не помешает оживить свой гардероб чем-нибудь по-настоящему нарядным. Поэтому я и дарю тебе свое зеленое платье. Не думай, что я просто избавляюсь от него, как от ненужного. Я его очень люблю и дарю тебе не потому, что оно мне надоело, а потому, что тебе оно идет больше, чем мне.

Напиши мне, пожалуйста, о том, как пройдет Рождество. И прошу тебя, милая сестрица, не отпугивай своих соседей по праздничному столу и возможных ухажеров ледяными взглядами и своими чересчур умными высказываниями. Будь мягкой и ласковой, и судьба принесет тебе любовь и удачу.

Счастливого Рождества, дорогая Марти, и напиши мне поскорей — я хочу знать все новости. Дети и Уильям шлют тебе поклон и наилучшие пожелания.

С любовью, твоя Филлида».

Я даже расчувствовалась, прочитав это письмо. Милая Филлида, значит, она часто думает обо мне. Шаль и гребень, присланные ею, действительно были очень красивы, хотя и не совсем уместны в моем скромном положении, ну а то, что она подарила мне одно из своих лучших платьев, и вовсе тронуло меня.

Я вздрогнула, услышав, как кто-то вскрикнул. Резко обернувшись, я увидела Элвиан у двери, ведущей в классную комнату.

— Мисс! — воскликнула она. — Это вы!

— Конечно, а кто ты думала?

Она не ответила, но я и так знала, за кого она приняла меня.

— Я никогда не видела вас такой, мисс, — сказала она.

— Ты просто никогда не видела меня в этой шали и с гребнем в волосах.

— Вы сейчас очень… красивая, мисс.

— Спасибо, Элвиан.

Она до сих пор не вполне пришла в себя, бедняжка. Я снова взглянула на себя в зеркало. Да, в этом наряде я действительно выглядела иначе, чем обычно, и немудрено, что воображение Элвиан сыграло с ней шутку, выдав меня за ее мать, — ведь я была того же роста, что и Элис, а окутывающая меня шаль скрывала разницу в наших фигурах, известную мне по ее амазонке.

Рано утром меня разбудили веселый смех и оживленный разговор слуг под моим окном. Я открыла глаза и подумала: «Рождество. Мое первое Рождество в Маунт Меллине».

«Может, оно же и последнее», — тут же сказала я себе, чтобы охладить свой мечтательный пыл. Ведь между этим и следующим Рождеством лежит целый год. Кто знает, что может произойти за это время?

Я уже встала, когда Дейзи принесла мне воду для умывания. Вопреки обыкновению, она не задержалась, чтобы поболтать, и сразу убежала, сказав мне только, что у нее «ужас сколько дел» и что мне тоже нужно поторопиться, иначе я пропущу христославов, которые должны прийти перед тем, как все отправятся в церковь.

Я быстро умылась, оделась и достала все заготовленные мною свертки с подарками. В этот момент в комнату вошла Элвиан. Она держала в руке вышитые носовые платки, которые я положила у ее кровати, пока она спала.

— Спасибо, мисс, — сказала она с необычной для нее застенчивой улыбкой. — Счастливого Рождества!

Я обняла ее и поцеловала, и, хотя ее явно смутила эта демонстрация чувств, она ответила на мой поцелуй.

Она протянула мне серебряную брошку в форме хлыста, так похожую на ту, что я купила для нее, что на мгновение мне показалось, она возвращает мне мой подарок.

— Я купила ее у мистера Пастерна, — сказала она. — Мне хотелось, чтобы у нас были очень похожие брошки, но все-таки чуточку разные, чтобы мы их не перепутали. Смотрите, на вашей выгравирован узор, а на моей его нет. Теперь, когда мы будем ездить верхом, мы обе будем надевать эти брошки.

Я была в восторге. Ведь после несчастного случая она еще ни разу не садилась на лошадь, и то, что она сейчас сказала, яснее ясного показывало, что она готова возобновить наши занятия.

— Ты не могла бы мне сделать лучшего подарка, чем этот, Элвиан, — сказала я.

Она была явно довольна моей реакцией, хотя в ответ с нарочитой небрежностью пробормотала: — Я рада, что вам понравилось, мисс — С этими словами она выбежала из моей комнаты.

Я была уверена, что день, так хорошо начинавшийся, должен быть поистине замечательным. Рождество есть Рождество.

Мои собственные подарки тоже имели успех. Глаза миссис Полгри заблестели при виде бутылки виски, а Джилли не могла налюбоваться на свой голубой шарф. Дейзи и Китти тоже были довольны своими шарфами, которые им обеим оказались к лицу.

Миссис Полгри вручила мне набор салфеток, прошептав чуть ли не игриво:

— Для вашего приданого, моя дорогая.

Я ответила в том же тоне, что немедленно начну собирать его, и мы обе весело рассмеялись. Она сказала, что пригласила бы меня на чай, чтобы попробовать виски, но времени, увы, не было.

— Подумать страшно, сколько сегодня дел! — сказала она.

Скоро прибыли христославы, и я услышала их пение, доносившееся снаружи, от главного входа в дом: