Чтение онлайн

Мятежных герцогов же ждет смерть именуемая у северных островитян крыльями Ангела. Уложат животом на пень. Кожу на спине аккуратно разрежут острым клинком, а затем палач подденет ребра крюком, выламывая их наружу в форме крыльев. После этого у еще живой жертвы извлекут легкие развешивая их на ребрах. И оставят умирать. А после их смерти зальют стеклом и выставят в имперском саду, в назидание другим буйным головам.

Статуи из искристого арантийского мрамора, хищные белые лилии, привезенные из сатрапства Сабахх, соловьи из Новой Амбросы, что владеют людской речью. И трое мятежников, залитых в стекло, чьи полные мук лица будут напоминанием о том, как Империя поступает с предателями.

К сожалению, Черным мундирам удалось пленить лишь двоих: еще не демона, но уже не человека, Алукарда Рокбелла и чумного алхимика, упыря, питающегося человеческим страхом Агастоса Вейса. Третий из мятежников — Роб Вейс, он же маньяк, прозванный Чучельником, был схвачен прямо на месте преступления. К его чести, надо признать: он не сопротивлялся, хотя мог.

Четвертый и самый старый, Каин Бредли, маг трех стихий ушел, забрав с собой дюжину его Псов. Королева-регент будет недовольна, придется объявить, что зачинщиков было трое, ведь Священная Империя Аркрум не может терпеть неудач. Его прокол замнут лизоблюды королевы Марии. Замнут, но не забудут.

Август наблюдал как горят лопасти ветряной мельницы, как ярится огонь, пожирая строение, как охают люди, услышав что мельники Херш оказались предателями. Как кричали бабы, узнав, что в горящей мельнице заперты не только предатели, но и их семьи. Все, от старика Сэма Херша, что построил мельницу, до грудничков младшего Билли Херша, что родились этой весной.

Толпа стенала и охала, но остановить черных Псов войны никто не пытался. Вот и хорошо, уже завтра утром весь город будет знать о семье бунтовщиков и предателей. После такого, даже буйные головы крепко подумают, прежде чем сеять крамолу.

— Пора заканчивать с этим делом, — распорядился Август Крайтон, после чего сел в черный паромобиль, под стать своей форме и душе.

Что-то решив для себя, тайный советник поднес флакон со сплином ко рту, несколько раз нажал на кнопку и механизм щедро прыснул розового дурмана на десна.

Покинуть усадьбу Дартшир у Хельги не получилось ни второго, ни третьего сентября. Сэр Август Крайтон снабдил целительницу тремя звеньями охраны из Черных мундиров. Только охранники были скорее надзирателями, не позволяя целительнице покидать усадьбу, аргументируя это прямым приказом начальника Тайной полиции.

Сам же Август Крайтон избегал встречи с целительницей и в усадьбе не появлялся. Однако его камердинер, эсквайр Оливер Хилл, лишившийся пальцев на предприятии Гелиота, каждый вечер приезжал, чтобы успокоить Хельгу и ее нервного оборотня. Попутно намекал, что титул баронессы, равно как и усадьба Дартшир могут стать ее, стоит только захотеть.

Но чем больше поверенный серого кардинала склонял ее к гражданству Аркрума, тем больше Хельга убеждалась, титул и поместье-это драгоценный поводок, золотая клетка, чтобы навсегда «привязать» целительницу к империи. А учитывая надвигающуюся войну со Скив, это было бы предательство друзей и любимого.

Храбр все прекрасно понимал, но не отговаривал, позволяя ей самостоятельно принять решение. Всё-таки баронский титул — это земельный надел с несколькими сотнями деревень и дюжиной городов, это почет и уважение, и пропуск в императорский дворец. А что может дать ей он? Деревянный сруб в лесной чащобе, грибы да ягоды летом и тёплую печь зимой? От того Храбр все больше отстранялся от Хельги, уходил в приусадебный сад, где часами кормил уток в пруду.

Оставаться заложницей империи Хельге не хотелось. Она понимала, что силой пробиться сквозь кордон черных мундиров, это форменное самоубийство: она слишком хорошо помнила на что способен II Легион. Однако, ничего не делать было глупо, и потому с первого дня заключения целительница готовила побег.

Гелиот за эти три дня так и не объявился. Хотя его можно понять, на его глазах Чучельник зарезал дочь. Наверняка он скорбел. Хотя мог бы и ответить целительнице на дюжину телефонограм. Не хотелось исчезнуть вот так, не попрощавшись с тем, кого она считала другом.

Вечер четвертого сентября был ничем не примечательным и не отличался от прошлых трех. Храбр был так же хмур и задумчив. Сегодня, как и в предыдущие дни, он готовился лечь в пустующей комнате Максимилиана. Но именно на сегодняшний день был запланирован их побег. Дурное настроение оборотня было своего рода лакмусовой бумажкой, показывающей, что всё в порядке, и беспокоиться о очередном заскоке своенравной целительницы не стоит. Предупредить оборотня Хельга хотела, но не могла дабы сохранить конспирацию.

Сэр Оливер Хилл был не только высокородным и заносчивым сквайром. Август Крайтон держал его при себе совсем за другие качества, а именно: острый ум, наблюдательность и внимание к деталям. Гелиот однажды обмолвился, что никогда не открывает чертежи при этом человеке — удивительная память Оливера позволяла даже без нужного образования воспроизвести однажды увиденный рисунок, он чертеж ил схему с поразительной точностью.

Ночь опустилась на поместье. Газовые фонари распространяли тусклый желтый свет на мощеную камнем тропинку внутреннего двора усадьбы. Второй Легион, элита имперской армии сейчас выполнял функцию бодигардов, и это злило капитана Норрингтона. В городе было неспокойно, мятеж зревший, словно чирий, несколько месяцев, был вскрыт, в самый последний момент, а потому — вышло грубо. Люд волновался, всё чаще совершались преступления, был введен комендантский час.

Сейчас люди Крайтона были как никогда нужны в Раудвилле, но были вынуждены охранять какую-то смазливую девчонку, надо полагать одну из любовниц Августа.

Крытый чёрный дилижанс подъехал к кованым воротам усадьбы. На облучке сидел старый седой мужчина и джентльмен с солдатской выправкой, усами и совершенно лысый.

— Стойте! — повелевающе произнес Норрингтон. Он Черный мундир, а значит имеет индульгенцию от самого императора.

— Осади, вояка, — лысый поднял руки демонстрируя безоружность, однако в его речи и не пахло раболепием. — Сквайр Чарльз Армстронг прибыл в Дартшир. Визитерские бумаги надо полагать уже у вас.

Норингтон ни слова ни говоря выхватил шпагу, на его пальцах заплясали молнии. Кэп, что управлял телегой, забыв обо всем, плашмя плюхнулся в дорожную пыль и на четвереньках поспешил убраться от имперского боевого мага. Не вышло. Лиловая молния обожгла сетчатку глаз и поразила престарелого возничего, который и ещё несколько секунд дёргался в посмертных конвульсиях. Лысый же остался сидеть на облучке.

— Это был простой возничий. Сэр Август Крайтон непременно узнает об этом. Проверьте документы офицер.

— В книге дворянских родов нет фамилии Армстронг, — сквозь зубы процедил капитан Нельсон, на его пальцах заискрил разряд громовой магии.

— Я не собираюсь с вами препираться, капитан. Проверьте бумаги что вы получили при смене караула. Не тратьте ни моё, ни ваше время, — лысый джентльмен играл желваками, выдавая нервозность, однако гнул свою линию.

Короткая фраза подчиненному, и менее чем через пять минут капитан Черных мундиров одним глазом разглядывал бумагу с печатью, росписью личной печатью начальника тайной канцелярии. Он даже поскреб сургуч ногтём, не подделка ли. К сожалению документ настоящий и ему придётся пропустить этого сквайра Чарльза Армстронга, хотя с большим удовольствием поджарил бы и его.