Чтение онлайн

Ни одной разумной мысли в голове не осталось, меня вели голые инстинкты.

Ровно до того момента, когда огонь вдруг исчез.

Дракон, над которым я утратил контроль, взревел, захлопал крыльями, пугая людей внизу.

Понадобилось приложить усилия, чтобы успокоиться. С трудом заставляя дракона подчиниться моей воле, я поднялся выше, еще выше, в облака, и продолжил путь в ту сторону, откуда раньше исходил сигнал.

Когда я прибыл на место, то внизу, на земле, обнаружил небольшой город.

Но сигнала больше не было, пустота.

Я покружил над городом, скрываясь за облаками и старательно удерживая разъяренного дракона, который хотел разобрать здесь все по кирпичику, в узде.

В голове наконец прояснилось.

Что за, мать его, дерьмо?

Дракон чувствует истинную в момент первой встречи. Находясь с ней рядом.

Почему меня вдруг потянуло куда-то на юг, прочь из столицы во время разгора с сестрой?

А что значит вчерашняя вспышка голодного сумасшествия в тот момент, когда я дотронулся до руки Ивари?

Внутри полыхнула ярость, огонь, пробежавшийся всполохами по драконьей шкуре, обжег меня на короткий момент.

Кто-то вздумал дурить меня?

Из пасти вырвался злобный рык пополам с огнем.

Найду и убью.

Начну, пожалуй, с разговора с бывшей женушкой. Что-то мне подсказывало: она подложила мне свинью напоследок. Я думал, она использовала какой-то неудавшийся трюк, чтобы притвориться моей истинной. Но сейчас понял, что трюк был намного более хирым. Ничем другим я происходящее не смог объяснить.

Стоило убить Ивари на месте за то, что она сделала: едва не лишила жизни ребенка, моего племянника. Я догадывался, что ей плевать на всех, кроме себя самой, но не думал, что она дойдет до такого.

За такое стоило бы убить на месте.

Возможно, еще не поздно.

Но сначала я выясню, что она со мной сделала.

Вот только почему при мысли об Ивари, о нашем последнем разговоре, о ее взгляде, даже об изменившемся запахе, внутри что-то дернулось? И внутри меня-дракона, и внутри меня-человека. Голод, тоска... нежность?!

Какого. ослиного. хвоста?!

Убью.

Набрав высоту, я направился в сторону мыса Фроуворд. Ивари придется приложить усилия, чтобы после нашего разговора остаться в живых.

***

ИВАРИ ХАНТ (КОГДА-ТО ИВАРИ РЕННЕР)

После разговора с няней Урсулой меня потряхивало. Я даже сама себе не могла признаться в том, как меня задели ужас и отвращение в ее глазах, то, как она от меня отшатнулась.

Оказывается, я успела привыкнуть к теплоте и безоговорочной поддержке старушки. Пускай даже она была адресована не мне, а настоящей Ивари, но… тем не менее, было приятно ощущать ее.

Что ж.

Дети, ждущие меня в столовой, сталкивались с вещами и похуже. Мой долг их поддержать, а не наматывать сопли на кулак.

Это Ивари могла бы себе позволить грустить, а я — нет.

— Итак! — преувеличенно бодро произнесла я, входя в столовую. — Давайте завтракать.

Никто из детей не пошевелился, только девочка с совиными глазами радостно подпрыгнула при моем появлении. Свое нехитрое имущество, мешок фруктов и завернутый в бумагу кусок пирога, она все еще прижимала к себе.

Ладно, по крайней мере, они не сбежали пока. Уже хорошо, уже успех.

Я открыла бидон и с радостью обнаружила там парное, теплое еще молоко. Отлично! Да тут пару литров!

В холщовой сумке обнаружилось три хрустящих тоже теплых каравая, полголовки сыра и завернутое в бумагу сливочное масло. Пахло это все просто волшебно: вкусной свежей едой, домашней. Определенно, некоторые плюсы в этом мире были. Еда, например.

У меня совершенно неприлично заурчало в животе. Я не ела со вчерашнего обеда, да и ела ли Ивари до этого — тоже большой вопрос. Няня Урсула упоминала, что та следила за фигурой и “стала совсем бледненькая” из-за постоянных голодовок.

Тонкость талии меня волновала мало, а вот силы понадобятся. Шестеро детей-волчат, которые мне не доверяют! Огромный запущенный дом!

Нет уж, мне нужна еда, а не обморочная хрупкость.

— Хлеб, сыр, масло, молоко… — перечисляла я. — Кто-нибудь знает, где стаканы?

Я обвела взглядом детей.

Тишина.

Это уже начинало угнетать, но я напомнила себе о том, что должна быть терпеливой.

— Вы истинная дракона, — сказал мальчик, глядя на меня исподлобья.

Я вздохнула. Утаить шило в мешке не вышло. Отпираться бессмысленно, ложь они сразу почуют.

— Да.

Черноволосая девочка в черном платье фыркнула, скрестив руки. Она по-прежнему стояла, не думая садиться. Смотрела она на меня с ненавистью.

— Ты хочешь что-то сказать? — спросила я.

— Да, — вздернула она подбородок.

“Тише! Мелли!” — прошипела вторая девочка, бросая на нее испуганный взгляд.

— Говори, — предложила я спокойным голосом. Они должны знать, что, что бы они не сказали, я не буду бросаться на них с кулаками. Я на их стороне. Ну, пока не начнут курить, прячась за конюшней, и пробовать в городе самогон.

— Вот все и выяснилось, — надменно проговорила девочка, глядя на меня с видом победительницы. — Вы говорили, что мы семья и это наш дом. А сами сейчас уедете и выйдете замуж за дракона! — торжествующе сказала она. — Я ведь говорила, вы все врете! Вы все врете!

Дети смотрели на нее большими глазами. Кажется, они были согласны, но смелости высказаться не хватало. Какие же они... запуганные. Я вздохнула и села на стул, чтобы не возвышаться над Мелли (Мелиссой? кажется, так ее называли до этого) и чтобы наши с ней взгляды оказались на одном уровне.

— Мелисса, — назвала я ее по имени. Девочка вздрогнула, как от удара, голубые глаза удивленно расширились. Не привыкла? А придется. — Мелисса. Я никуда не поеду. Я — такая же, как вы. И это в самом деле мой дом. Я говорила правду.

— Вы истинная дракона, — язвительно заявила Мелисса. Вот уж не думала, что в таком возрасте дети способны язвить. — Это другое. Вы всегда выше всех. Вам не надо тут оставаться, у вас будет много денег! Все, что вы захотите! И даже гора халвы, если попросите!