Чтение онлайн

Глядя на ее рожки, на блеснувшие красным глаза, на пляшущее вокруг нее пламя, я сглотнула.

Боже, помоги мне.

Впрочем, до сих пор она не сожгла даже Долорес… может, не так уж все и плохо. Вообще-то очень хорошо! Здоровый несмотря ни на что ребенок!

(И все-таки захотелось иметь при себе распятье.)

— Страшно? — тут же уловила мое настроение Мелисса. Она с жадностью подалась вперед. — А я говорила, что вы здесь и дня не продержитесь!

— Меня тоже иногда боятся, — пожала я плечами, вспоминая няню Урсулу.

Голос звучал ровно. Я даже собой загордилась.

— И меня боятся! — обрадовался светловолосый крохотный мальчик и воинственно вскочил из-за стола, потрясая куском хлеба.

Пришлось напомнить ему, что еда — это не игрушки, а заодно и спросить его имя — Дерек.

В памяти тут же что-то царапнулось: аристократическое имя.

Выходит, этот малыш из знатной семьи?

Но где его родители? Где вообще родители их всех?

Стараясь выведать у детей как можно больше (Мелисса упрямо молчала, Берт и Бетти отвечали односложно, пряча глаза), я незаметно присматривалась к тому, как они себя ведут.

Большинство ело аккуратно: осторожно брали ломоть хлеба, намазывали на него масло, тянулись к стакану молока и сыру. Малыши, конечно, были менее ловкими — возраст! Мелкая моторика пока не сформировалась до конца.

И все-таки для детей они действовали довольно уверенно.

Внутри зашевелились нехорошие предчувствия, но я до поры до времени от них отмахнулась.

Проблемы были у девочки с желтыми совиными глазами: та запихивала в себя еду огромными кусками, почти не жуя и разбрасывая повсюду крошки, так что мне пришлось попросить ее действовать полегче.

— Никто не заберет, — успокоила я, положив руку ей на плечо. — Это твоя еда.

Она уставилась на меня круглыми блеснувшими золотом глазами и несмело улыбнулась.

Я подмигнула, надеясь, что кое-какие мостики удалось заложить.

В этот момент Берт, потянувшись за молоком, локтем столкнул с края стола свой бутерброд. Упал он маслом вниз, естественно.

— Простите! — выпалил он. — Простите-простите, я сейчас!

Он поднял хлеб, попытался сунуть его в рот, я вскочила.

Окей, в прошлой жизни я не была слишком уж щепетильной и руководствовалась правилом трех секунд: если ты поднял еду с пола раньше, чем прошло три секунды, ее можно есть.

Но в чистоте-то полов у себя дома я была уверена!

А тут… сомневаюсь, что Долорес хоть раз удосужилась их помыть. Это ж какой заразы можно нацеплять?

Бутерброд, на масло которого налип уже приличный комок пыли, уже почти оказался во рту Берта, когда я вскочила и, потянувшись к нему, выпалила:

— Стоп!

Мелисса от испуга уронила пустой стакан. В тишине звон разбитого стекла показался оглушительным. Мелисса вжала голову в плечи.

— Нет! — вскрикнул Берт и закрылся руками, ожидая от меня удара.

Я замерла. Что?..

Сердце колотилось. В столовой повисла тишина, никто не двигался.

От накатившего вдруг отчаянья я даже не знала, что сказать. Вот я глупая! Видела же, как Долорес таскала за ухо кроху Дерека, как торговец пытался на улице ударить девочку с совиными глазами.

Несложно догадаться, что окрик и резкое движение напугают Берта. И, похоже, не только его.

Я обвела взглядом детей и медленно села.

— Все хорошо, — ровно сказала я. — Просто не нужно есть с пола, ты можешь заболеть. Возьми другой. Мелисса, ты тоже — возьми другой стакан. Осклоки я потом уберу.

Сказав это, я натолкнулась на удивленный и не по-детски подозрительный взгляд Мелиссы.

Хотелось заплакать от жалости и несправедливости, но я не могла позволить себе такой слабости. Мне нужно было быть уверенной, излучать доброту и спокойствие— ради детей. Мои слезы их только напугают.

После завтрака, ненадолго оставив детей, я решила исследовать особняк, заодно и вернуть мысли в полезное русло.

Как я и думала, находился особняк в плачевном состоянии: обшарпанные стены, пыль на полах, старая мебель, а то и вовсе пустые комнаты — похоже, отсюда вынесли все, что было хоть немного ценным.

На кухне, в небольшом когда-то аккуратном помещении позади столовой, обнаружилась плита — работала она за счет огня, который нужно было развести внутри, а дым выходил сквозь трубу.

Конструкция довольно простая, легко разберемся.

А вот где брать воду? Кран есть, но он не работает. Кажется, снаружи я видела колодец.

Рядом с плитой обнаружилась поленница с дровами — уже неплохо на первое время! В углу я нашла мешок с кашей вперемешку с шелухой, а еще — обнаружила заначку Долорес.

Да здесь целый вяленый окорок притаился в шкафчике!

Вот это джек-пот! И пахнет так вкусно.

— Вам нельзя это брать, — испуганно произнесла подкравшаяся ко мне Бетти. — Это леди Долорес! Она вернется и…

— Она не вернется. — Я присела напротив девочки. — А мы сегодня отлично пообедаем.

— Но нам нельзя такое есть! — округлила она глаза.

— Вам запретил врач? Целитель? — насторожилась я.

— Нет, но…

— Значит, можно. Устроим праздник.

Я подмигнула и встала. Нужно будет проследить, чтобы ели понемногу, иначе животы заболят с непривычки.

Чуть позже, спускаясь со второго этажа, я услышала, как Мелисса отчитывала Бетти, стоя за лестницей, так что я их не видела:

— Ты не должна ей доверять! Не подходи к ней!

— Но леди Иви, кажется, хорошая. И Лили она понравилась…

Раздалось гиканье — похоже, Лили была рядом. Она вообще не отходила от доброй Бетти, которая, похоже, заменяла крохе маму.

— И что? Знаешь, что может быть у нее на уме? Почему это она такая добренькая? Что ей от нас надо? Вот подберется поближе — и все!

— Что — все? — опешила Бетти.

— Скормит тебя волкам! Или ящерицам! Или разберет на органы — помнишь, Долорес рассказывала, что делают с такими, как мы, если они плохо себя ведут?