Чтение онлайн

Я каждый день сама ношу еду Рэндо. Он повеселел, посвежел, ничего так мужчинка, в теле! И каком теле! До сих пор вспоминаю его бесстыдное голое дефиле. Специально ведь разделся.

Сбегая к нему на «обед», я отдыхаю! Не думала, что настолько устала от кухни. Она тесная, убогая, жаркая и приспособленная под готовку, на такой кухне можно готовить для трёх-четырёх. А мы готовим на сотню, а то и две сотни. Даже Диз включился в работу.

Сидит наш киборг на стуле, ногой качает люльку с Томи, а сам перебирает грибы, или чистит овощи, чем-то напоминающие бататы, но не корнеплоды. Это такие странные кусты, растущие в пустыни, их корневая система настолько обширная, что медленно заполняет собой целую дюну сто-двести лет, а может и больше. Где есть это «дерево» там есть и вода — верный признак. Над почвой вырастают заросли без листвы, как спутанные волосы или верёвки и на них зреют эти сладковатые «клубни». Не мудрствуя, я использую их как на Земле картошку. Тут она основной после грибов ингредиент. Есть ещё зёрна какого-то злака, название так и не смогла выговорить: «ориё-бэра-чего-то там», картошка тоже как-то странно называется, но все её называют просто «еда».

Множество приправ, и моя фантазия позволяют разнообразить меню до немыслимых (по местным меркам) вариаций блюд. От похлёбок до блинов-драников, пирогов, и зажарок на быстром огне. Единственное чего тут не хватает, это яиц, очень жаль, с ними бы я делала ещё больше вариаций. Но вязкую основу научилась создавать из «крахмала», какой тут делают из корней, всё той же картошки.

Вот и сейчас мы пользуемся небольшой передышкой и дружно готовим таверну к вечернему наплыву гостей. Но до этого мне предстоит сбегать в Колизей, отнести обед Рэндо, с нетерпением жду, когда доварится похлёбка и пирог дойдёт в печке. А пока крошу овощи для следующей партии.

— Скоро начало турнира! Для Рэндо надо ещё что-то купить? Он спрашивал? — Диз напомнил мне о том, чего я боюсь до дрожи в руках. Чуть не порезалась после его слов.

— Нет, ничего не просил, наоборот, сказал, что для его задач тут всего достаточно, а потом заберёт нас с собой! Уж не знаю, куда он собрался.

— Дан не простой раб! Это или лорд, захваченный пиратами в плен. Или какой-то тайный агент, они часто так за убийцами охотятся.

— Убийцами? Тайный агент? А ну, да он что-то говорил об этом. Я даже не поняла, думаешь, у него есть план? — перехожу на шёпот, и мы с Дизом как заговорщики чтобы трое посетителей не услышали наши рассуждения.

— Госпожа, вы хоть знаете кто такие эти ринорийцы? — на людях Диз теперь говорит со мной на Вы, чтобы подчеркнуть мой статус свободной гражданки. Его голос снова стал обычным — явно хвастается нашим супер бойцом.

— Боже, Диз! Я вообще ничего не знаю, полный ноль, зиро, моя память — это пустошь. Понимаешь? Даже не представляю, как выглядит Ромус, и есть ли у меня там родные. Маркус отправлял запрос, но ответа не пришло, или он не успел мне сказать, или не захотел.

— Да, думал, что потерять ногу — беда. Но теперь вижу, уж лучше ногу, чем память!

Но вы справитесь! Порой кажется, что киборг у нас не я, а вы. С такой силой воли не каждый мужчина рождается.

— Не льсти! Я — мать! Ради сына женщина на всё готова!

Диз ухмыльнулся и покачал головой, «Ну да, конечно, знаем мы вас женщин» — примерное содержание его немого месседжа в мой адрес. Я же в ответ приподняла верхнюю губу, закатила глазки и покачала головой — передразнивая его немой стёб, моим: «Чья бы корова мычала, а мужикам с их достоинством — лучше вообще молчать»

Нашу немую перепалку заметила Эли и хмыкнула:

— Хватит шутить, так кто такие эти ринорийцы, а? Тоже не знаю! — облокотилась на стойку и приготовилась слушать «сказочку»

— Ринорийцы, Эли, они примерно, как ты. Но! Есть отличие, ваше животное начало рептилоидов выражается в облике и ядах. А они во всём люди, но их чувства, инстинкты, скорость, реакция — как у самых диких и хищных животных. Они по своим жизненным показателям превосходят всех в этой галактике. Поэтому на него и ставят все.

— Как оборотень? — смотрю на Диза с любопытством.

— В смысле превращается ли он в зверя, меняя облик, как некоторые рептилии?

Нет! Он человек. Но — зверь постоянно, охотник, — Диз закончил свою работу с грибами, подал корзину Эли и вышел на улицу, послушать последние сплетни. О чём-то переговорил с рабочими космопорта и быстро вернулся. Лицо очень озабоченное.

— Лу, нехорошие новости. Какой-то корабль из имперской столицы уже на орбите, но они только заправятся, и никто не спустится на Гиззу и никого не забирают. Там какая-то дипломатическая миссия.

— Это значит, нас не заберут? И не помогут? Признаться, я и не надеялась. Не расстраивайся. Я верю в Рэндо! И с другой стороны, на этом корабле могу улететь только я, а как же Эли? Ты? Я вас уже бросить не могу, и Рэндо! Пусть он кто угодно, но пока он мой боец. Нет! Решено. Я иду свами этот путь!

Эли подошла и обняла меня, вздохнула. Мне самой не хочется с ней расставаться А уж ей со мной и подавно. Такая же одинокая душа, как и я.

Молча собираю обед для Рэндо, быстро кормлю Тонио и оставляю на попечение самой мощной няньки — киборга.

— Я быстро! — крикнула с порога и побежала на свидание. Больше ко мне никто не решается приставать. И я уже знаю причину. Даже Жоди прислал парламентёра, с извинениями. Мои долги теперь принадлежат Рагзу. Для всех я уже наложница хозяина Колизея. А он со своей небольшой армией тут любого превратит в фарш, а уж жабу Жоди с огромным удовольствием. Если говорить Московским языком в стиле девяностых — Рагз меня крышует. И я от этого вроде как выигрываю, но боюсь, что эта «крыша» съедет и придавит меня.

0б этом я думала по дороге, и теперь дверь открыта, я вхожу к нему:

— Рэндо! Привет! Как ты? — улыбаюсь, как девочка.

— Ждал тебя, Любов! — моё имя он произнёс по-русски, но про мягкий знак забыл.

А меня, как током пробило, чуть не разрыдалась. Это имя напоминает о прошлой жизни, которую я так любила, что даже не пошла на операцию, дела у меня, видите ли, самый пик тур сезона.

Смахиваю слезу, улыбаюсь, теперь уже не так весело, вот к чему меня привела наивная вера, что всё само как-то рассосется. Само ничего не делается, всем надо заниматься.