Чтение онлайн

– Ты предлагаешь ничего не делать, и покорно ждать, пока сделают другие? – резко ответил Дункан.
– Я не стану торчать в столице в роли бесплатного пугала.

Она устало улыбнулась.

– Я предлагаю всего лишь проявлять осмотрительность и не рубить сплеча.

– Орден уже много лет ведёт свои подковёрные игры. Относится к нам, как к племенному скоту. – Дункан, кажется, начинал горячиться.
– Всё больше думает о деньгах и власти, и всё меньше – о своих прямых обязанностях, ради которых, вообще-то, существует. Тишина действительно причинила очень много горя… всем нам. Простой люд по деревням не получает даже малой доли защиты – а у нас нет способа заставить колдуний оторвать свой зад от насиженных мест в городах и поработать по-настоящему. Быть может, пора, наконец, поставить Орден на место.

– Хорошо. Уговорил. Но только половину оствингского войска. Если я увижу, что ситуация действительно требует срочных мер, получишь больше, - проронила Даяна и развернулась в сторону двери.

– Ну а я всегда за хорошую заварушку, - проворчал Финн, поднимаясь тоже. – Давно не разминал кулаки. С тех самых пор, когда мы вместе с тобой гоняли пиратов с мыса Одноглазой Кукушки.

– Вот и славно, - голос Дункана смягчился, обнимавшая меня рука слегка расслабились.

На протяжении всего разговора о Тишине я молчала – хотя именно меня, пожалуй, он касался больше всего. Упрёки Ордена в бездействии, пусть и не адресовались мне, почему-то очень задевали. Но мы с Дунканом решили, что никто в столице не должен знать, что я тоже колдунья – даже повелители Крыльев. Это для Дункана я – особенный человек. А они пред лицом возможного заговора со стороны Ордена ещё подумают, чего доброго, что я – вражеская лазутчица.

И всё же отпускать Даяну, на задав один мучащий меня вопрос, тоже не хотелось. Когда ещё выпадет шанс вот так поговорить без лишних ушей?

– Простите… а можно кое-что у вас спрошу?

Дункан бросил на меня быстрый взгляд, но промолчал. Доверяет.

Даяна замерла с очевидным желанием поскорее уйти, но дружелюбно мне улыбнулась.

– Да, милая!

– Если я слишком навязчива со своими вопросами или спрашиваю что-то секретное, можете не отвечать…

– Раз ты невеста Дункана, то зная его недоверчивость и придирчивость, уверена, что тебе вполне можно доверять. Так что спрашивай – что смогу, отвечу.

Я сглотнула.

– Хорошо. Спасибо. Ваша сова… она говорящая?

Казалось, мой вопрос её не на шутку удивил. Она ожидала чего-то другого.

– Что?.. Нет, конечно! Где же ты видела говорящих сов – в детских сказках? Мне просто нравятся эти птицы. Говорят, в древности их в каждой благородной семье держали, как домашних животных. На удачу – чтоб боги смилостивились.

Она провела рукой по мягким перьям своей птицы, и та раскинула крылья, захлопала ими.

– Но я вижу, тебя что-то беспокоит. Ты хотела спросить иное. Так спрашивай!

Глаза цвета моря на рассвете смотрели внимательно. Даяна терпеливо ждала, пока я решусь, и не уходила. Мне стало неудобно, и я решилась.

– Вы не знаете… восемь лет назад в Восходном крыле не появлялась колдунья Тишины по имени Верда?

Дункан предостерегающе сжал руку на моём плече. Да помню я, помню, что никому не должна выдавать свою тайну! Я и не выдаю. Если окажется, что Верду там не знают – смысла спрашивать, забирала ли она девочку, тоже не будет. Но вдруг всё же?..

– Сожалею, но я впервые слышу это имя. Могу спросить у своего летописца, когда вернусь, пусть заглянет в свитки.

– Нет, не надо, спасибо! – я покачала головой.

Хозяйки рождаются обычно в благородных семьях – так считает Орден. В семьях, где велика концентрация магии в крови. Если бы Верда приходила в Оствинг к кому-то из местных лордов, вряд ли о таком событии Даяна бы не знала. Насколько я поняла, она у власти в своём Крыле уже лет пятнадцать. Удивительная женщина!

Так что – или правда не знает, или нагло врёт. И в первом, и во втором случае дальнейшие расспросы ни к чему не приведут.

Хлопнула дверь, Даяна покинула наш маленький импровизированный военный совет.

– Ну, рассказывай теперь! – Финбар Фостергловер вдруг передумал уходить, прислонился к стене и пытливо уставился на Дункана.

– Ты о чём, старина?

– Как ты умудрился взять в невесты колдунью. Или думал, никто не заметит? Даяна вон тоже поняла сразу, но промолчала из деликатности. Ну я-то человек простой, привык говорить, что думаю. А на колдуний у меня нюх. Так чего ты ещё нам не сказал во всей этой истории?

Мы переглянулись. Я кивнула.

Очень скупо и без лишних подробностей, пропуская самые смущающие детали, Дункан обрисовал ему ситуацию. Особенно напирая на то, что я не имею к Ордену никакого отношения, и что мои знания и умения против Тишины могут очень помочь. Представил меня Сестрой Тишины, как мы когда-то условились.

Финбар слушал и кивал, хитрющим ярко-голубым взглядом посверкивая то на меня, то на Дункана.

– Ну даёте... На мою поддержку можешь рассчитывать, брат! Может, хоть тебе повезёт.

– Мне кажется, и вы чего-то не договариваете… о колдуньях, - заметила я.

– Дункан, твоя невеста определённо мне нравится! И не делай, не делай такое лицо, как будто хочешь оторвать мне… кхм-кхм… важные детали организма. Не в том смысле!

Он вдруг сделал мечтательное лицо.

– Я тоже когда-то любил колдунью.

Мне вдруг поплохело, такая безумная мысль неожиданно пришла в голову. Я принялась лихорадочно производить нехитрые подсчеты. Финбару на вид хорошо за сорок. По возрасту он мне годится в отцы. Лорд, который когда-то любил колдунью… Насколько результативно любил?!

– А… как давно это было?

– Да лет пятнадцать уж назад. А помню, как вчера.

Фух. Всего лишь пятнадцать лет. Не двадцать. Почему-то от этой мысли стало легче. Конечно, к Финбару Фостергловеру я сразу почувствовала симпатию. И человек он, вроде, неплохой. Но, судя по всему, если даже та колдунья и нагуляла от него ребёночка, ему до этого теперь и дела нету. Так что становится дочерью подобного легкомысленного папаши и знать, что ему плевать на твоё существование – как-то мало удовольствия.

Не заметив натянутости моего тона, рыжий повелитель Закатного крыла увлечённо вещал:

– Хороша была, чертовка! И спереди, и сзади… а глазищи! Я потом год на других баб глядеть толком не мог, всё она мерещилась. По ночам снилась, зараза.

– Не знал, что ты такой романтик, Фин, - усмехнулся Дункан.

Я только теперь оценила, как мне повезло – его-то признание на контрасте можно назвать верхом утончённости.

– Тьфу! – скривился Финбар. – Не напоминай. Сам себе противен, как вспомню, как тогда расклеился. Жениться на ней хотел! После дня знакомства! Идиот.