Чтение онлайн

Глава седьмая. Безвыходное положение или в шаге от беды

— Игнат Васильевич? — я узнала голос бывшего начальника. — К..к..как вы? И... тут?

— Яковлева? Это ты? — в его голосе слышалось не меньше удивления.

— Я, — кивнула я, осознавая, что понимаю в этом мире все меньше и меньше.

— Яковлева! Вытащи меня отсюда!!! Они меня мучили!!! Они заставляли меня охранять их, а иначе грозились съесть!!!

И хряк ринулся ко мне, но Эдвард создал что-то вроде сети или непроницаемой стены. И свин со всего размаха впечатался в нее.

— Вы знакомы? — голос мага стал серьезным и я почувствовала в нем скрытую угрозу.

Хотя чему тут было удивляться. И впрямь ситуация была, мягко говоря, странная. Сначала я, случайно встреченная на улице девица, прошу прогнать Эдварда из дома собаку. Потом собака оказывается монстром. Затем монстр оказывается говорящим свином, с которым, в итоге я оказываюсь знакома…

От всего этого в глазах потемнело, и я покачнулась, чувствуя, как в голове все крутится и вертится, превращаясь в водоворот каких-то смазанных картинок.

А после мир погрузился в темноту.

Последней моей мыслью было то, что сознание я все-таки теряю не от всех произошедших событий, а оттого, что два дня уже толком ничего не ела. Сначала аппетита не было после случившегося с Денори. Потому что я прекрасно помнила его гадкие пальцы на себе и , казалось, стоит мне взять в рот хоть кусочек еды, как меня вырвет. А потом… потом и вовсе было не до еды .

Пришла в себя я уже лежащей на кровати. На стене висели тусклые светильники, которые освещали комнату: красивые и когда-то дорогие обои сейчас выглядели не очень. Местами они выгорели, местами отошли от стены , а кое-где и вовсе были погрызены то ли мышами, то ли изъедены временем. Красивая лепнина на потолке тоже кое-где уже не имела своего прежнего величия, а шторы, некогда богатая парча, от времени стала пыльной и кое-где проеденной молью.

— Мистер Эдвард, ей уже лучше! — раздался рядом тонкий детский голосок.

И я села на кровати, с удивлением оглядываясь и видя уже знакомого мне мага, хряка Игната Васильевича и троих детей: двух мальчиков и девочку.

Мальчишки были, судя по всему ровесниками, и им было около десять лет. Оба темноволосые, но у одного из них нос был картошкой, и лицо было покрыто веснушками. Второй же мальчик, в отличие от первого, имел темные, а не светлые глаза, а волосы на его голове чуть вились. Он был худее и немного выше.

Девочке же на вид было лет шесть, не больше. Светлые длинные волосы были собраны в две растрепанные косы, а зеленые глаза с интересом наблюдали за мной и Эдвардом. И наблюдала не только она одна. Мальчишки тоже не пытались скрыть своего интереса. Хотя было видно, что богатый аристократ вызывает у детей куда больше интереса, чем мокрая, грязная и растрепанная я.

— Вижу вам лучше, — голос мага, в отличие от его последних слов, которые я помнила, перед тем как потерять сознание, стал мягче.

— Да, спасибо, — я кивнула, отмечая про себя его цепкий и изучающий взгляд.

— Я рассказал ему, что мы познакомились с тобой тут на улице, — вступил в разговор мой бывший начальник, оказавшийся каким-то образом в этом мире в облике свина.

— Да, — соглашаясь с услышанным, кивнул головой Эдвард. — Но мне бы очень хотелось услышать историю вашего знакомства ещё и от вас, — и он пристально посмотрел на меня.

А я сглотнула вставший в горле ком, потому как понятия не имела, что ему успел рассказать Игнат Васильевич.

Глава восьмая. Знакомство с Молли, Артуром и Марком

Вот уж странная девица. Да и ситуация в целом сама по себе не менее странная … Сначала эта девица бросилась мне под лошадь. Потом попросила выгнать из дома бродячую собаку. А в итоге в доме оказался говорящий свин и дети. Да и дом скорее просто носил такое название. Вряд ли в нем можно было жить. Хотя, когда девушка потеряла сознание и сверху высыпала троица детворы, которые и проводили меня с моей незнакомкой на руках на второй этаж, дом стал выглядеть более ухоженно и уютно.

Пока девушка лежала без сознания, дети рассказали мне, откуда они тут взялись, и что девицу эту не знают и видят в первый раз.

Оказалось, что сами они живут тут около двух лет. И прячутся от стражников, чтобы те не отправили их в детский дом. Потому что в свое время эта троица сбежала оттуда из-за того, что их там били и обижали.

— Уж лучше тут одним, — шмыгнула носом девочка, подтверждая слова своих друзей. — Вот, у меня до сих пор на руке шрам остался. Это Люсинда, повариха, плеснула мне на руку кипятка, когда я не успела убрать со стола всю посуду, — пожаловалась она.

— Всю посуду? — я нахмурился.

Потому что в сиротских домах этим должны были заниматься никак не воспитанники. Детей, конечно, должны были обучать и приучать к порядку. Но все это должно было делаться в виде уроков и игр. И я, конечно, предполагал, что жизнь в приютах для сирот далеко не сахар, но что и так брошенных детей будут обижать взрослые… Это было неприемлемо!

— Да, — ответил за девочку, которую, как потом оказалось, звали Молли, самый старший из ребят — Марк. — Мы дежурили. То убирали посуду, то мыли ее. А ещё должны были убираться, следить за садом, готовит еду ещё делать кучу всего.

— Ну, труд — это хорошо. Вас приучали к порядку, — я все же попытался показать детям, что все было не так плохо и даже в самом неприятном есть что-то хорошее.

К тому же дети, насколько я знал, иногда могут обижаться на вполне нужные и хорошие вещи.

— Так мы и не против были, — в этот раз ответил Артур. — Просто если Люсинде что-то не нравилось, она нас или била, или закрывала в темной комнате, или морила голодом.

— А пожаловаться на нее? — спросил я, понимая, что дети вряд ли врут.

Да и шрам на руке у Молли был явно от ожога.

— Нет, кто бы нам поверил, — хмыкнул Марк. — Она ведь с главой стражи вечно чаи пила и подарки ему давала. А мы сироты. На нас всем плевать.

— Понятно, — я кивнул, думая, что надо как-нибудь посетить эту самую Люсинду. — А ваш защитник, зверь невиданный, откуда — я усмехнулся, глядя на хряка, копошащегося в углу.

— А, — протянула Молли, подходя ко мне и усаживаясь на колени. — Это же Игнат Сильевич, — она произнесла имя, созвучное с тем, которое перед тем как потерять сознание назвала девушка. — Мы его встретили на улице. А после наделили магией. Только это никому! — она посмотрела на меня и дождалась, пока я пообещаю никому не говорить о том, что все трое детей являются магами.