Чтение онлайн

— Думаю, — он почесал бровь, смотря на меня со свойственной ему полуулыбкой, — вам бы гораздо больше понравилось, если бы я представился каким-нибудь будь местным банкиром или герцогом. А когда выяснилось, что такого тут нет, то меня бы забрали за решетку, а вас к вашему чудесному жениху. Вот тогда вы были бы в полной мере счастливы? Хотите, я могу его догнать и вернуть. И даже благословить ваш брак от имени королевского двора.

На лице Эдварда появилась веселая улыбка, а я сжала губы, понимая, что лучше сейчас промолчать.

Глава одиннадцатая. В которой хряк принимается на тайную службу.

После слов Эдварда о том, что он может благословить наш брак с Денори, я поняла, что мне лучше помолчать. Тем более пока брат короля не спешил возвращаться к вопросу о том, откуда я знаю Игната Васильевича.

— Что ж, раз незваные гости ушли, мне, пожалуй, тоже пора, — сказал он, собираясь уйти.

И не успела я искренне порадоваться тому, как все удачно сложилось, что Эдвард прогнал Денори и стражников, а ещё во всей этой суматохе совсем забыл о том, что я так и не рассказала ему, откуда знаю говорящего свина, все в один миг испортилось. А я ведь уже начала улыбаться и думать о том, как все хорошо получилось. Но не тут-то было.

Уже когда маг стоял в дверях, на лесницу выбежал запыхавшийся хряк:

— Ваше величество! Ваше величество! Я все слышал! Я знаю, кто Вы и мне есть что Вам сказать! — визжал он, спотыкаясь на ступенях.

Игнат Васильевич так спешил, что его копыто попало ровно в ту же самую дыру, что и моя нога. И, запнувшись в ней, он кубарём я вниз, заставив подняться вверх клуб пыли.

— Ваше величество!

Эдвард остановился и вместо того, чтобы уйти, ка к собирался, вернулся обратно. А я с грустью закусила губу. Все ведь шло так прекрасно. И надо был этому.. хряку все испортить.

— Ваше величество! — отдышавшись, продолжил свин.

Но маг поправил его:

— Мистер Эдвард.

— Да, да, — охотно закивал Игнат Васильевич, — конечно-конечно. Конспирация, понимаю. Я хотел сказать, во-первых, я очень рад нашему знакомству, — и свин разве что ножной не шаркнул. — И рах уж мне выпала возможность говорить с королевской сотой, то , как житель этого города, я имею некоторые предложения по его улучшению. Ведь он совершенно не к приспособлен для таких, как я. А мы говорящие звери, думающая прослойка, между прочим! Но нам угрожают! Нас притесняют!

— Кто? — на лице Эдвардапоказалось удивление, он был спокоен.

— Вот они! — хряк указал пятачком на детей, которые толпились на лестнице. — Они обещали меня съесть, если я не буду им помогать! Это самоуправство! Прошу, защитить своего верноподданного.

— Мы просто призвали его и наделили разумом, чтобы он нас защищал нас, пугая тех, кто сюда может залезть, — насупилась девочка. — А съесть мы его обещали, если он не будет помогать. И говорили это просто, чтобы напугать его, и он нас слушался.

— Напугать? — в голове Игната Васильевича послышалось обида. — Вы видите, как они ко мне относятся?! Я ведь не цепной пес, я разумный свин!

— Что ж, вы правы, — кивнул Эварард с самым серьезным видом.

И я удивилась его умению найти общий язык даже с самым рассерженным и глупым оппонентом.

— Вы очень разумный, и я нанимаю вас на тайную службу. Я буду платить вам жалованье, как и остальным сотрудникам. А в ваши обязанности будет входить охрана этого дома. И ещё мне надо, чтобы обо всем странном, что будет замечено тут же докладывалось мне. Так как я имею сведения, но только по секрету и между нами, — тон Эдварда стал тише, — что тут может объявиться шпион. Вы же теперь работаете тут под прикрытием домашнего хряка. Не выдавайте себя. А обо всех подозрительных личностях сразу сообщаете мне.

— Рад стараться, — отрапортовал свин и продолжил. — И я уже могу сообщить. Вот она, возможно, именно она и есть шпион, — он указал рылом на меня и я чуть не поперхнулась от такое наглости и дурости Игната Васильевича.

Вот же свинья, а? Мы оказались тут в одной лодке, и вместо того, чтобы держаться друг друга, этот хряк недоделанный пытается выслужиться за мой счет. Сейчас расскажет, что я из другого мира и все!

Глава двенадцатая. В которой удача, наконец, поворачивается лицом.

Вдруг с улицы раздалось конское ржание и женские визги. Эдвард, а следом и я с детьми выбежали на улицу.

Конь брата короля, тот самый, который чуть не затоптал меня, каким-то образом отвязался от ограды и теперь, вставая на дыбы и взрывая землю, грозился разнести всю улицу. Он бешено мотал головой, и, не разбирая дороги бегал что было сил то в одну сторону, а затем в другую, будто натыкаясь на невидимую стену.

— Тихо, мальчик, тихо, — Эдвард выставил рук вперед, стараясь подойти к животному.

Но выглядело это очень опасным, и я попыталась отговорить мужчину от этой затеи. Сама не поняла, когда успела оказаться рядом и вцепиться в рукав его рубахи:

— Не стоит этого делать. Он же вас и меня заодно сейчас точно затопчет.

— А Вы переживаете за меня? — на лице мага появилась улыбка.

— Я? Конечно. Вы ведь брат короля. Вы тут умрете, а меня обвинят во всем, — буркнула я, смотря, как Эдвард создает что-то вроде сети, которая потихоньку сужалась вокруг коня.

Не знаю, что это была за магия, но животное потихоньку стало успокаиваться, пока совсем не остановилась, тяжело дыша.

— Что ж, думаю, будет лучше, если я откланяюсь, — проговорил Эдвард, беря коня под уздцы. — Видимо, он не готов к городским прогулкам и может навредить себе и другим.

Эвдвард впервые был серьезен.

— Но как же наш разговор ? — растолкав стоявших на крыльце детей, сказал свин, выходя вперед. — Ведь я хотел сообщить вам, что вот она …

Но договорить Игнату Васильевичу Эдвард не дал:

— Мы вернемся к этому вопросу потом. Сейчас много свидетелей.

— Да-да, ваше.. мистер Эдвард, — тут же закивал Игнат Васильевич. — Ведь у нас с вами главное секретность. А тут собралась целая толпа бездельников, которым только повод дай. А ну! — Игнат Васильевич бодрой рысцой подбежал к стоящим прохожим, — давайте расходитесь! Тут вам не цирк. Пошли, пошли отсюда! Своих дел что ли нет?

Правда, слова горящего борова все игнорировали. Разве что маленькая девочка попыталась поймать его за хвост, отчего Игнат Васильевич взвизгнул и, сказав матери, что надо лучше следить за ребенком, удалился в дом.