Чтение онлайн

Но я не предвидела ничего плохого.

Вечером Джон проводил меня в ванную комнату, как всегда устроив из похода небольшую экскурсию. Из его слов я узнала, что ванная комната – одно из самых молодых помещений замка. Датирована 1868 годом. Стиль – модерн. Обогрев воды идет за счет котельной, расположенной в подвале замка. Конечно, есть еще общие душевые в северном крыле, но та часть сейчас закрыта.

– К тому же, Аниа, здесь намного приятнее, – подмигнул Джон, открывая дверь.

Я замерла на пороге. В огромной комнате, по рассказам Джона, бывшей раньше малой чайной, прямо посредине стояла шикарная чугунная ванна. В камине весело потрескивал огонь, а из окна открывался великолепный вид на замерзшее море и яркие звезды над ним.

Джон показал мне, что все краны работают, и оставил наедине с этим сокровищем. Я же готова была петь от восторга. В ванной комнате моей маленькой Питерской квартиры я не могла даже ноги вытянуть полностью. Везде, где я жила в Лондоне, предпочитали душевые кабины. Здесь же в моем распоряжении была такая красавица. Да еще я могла любоваться великолепным видом из окна, лежа в горячей воде.

Я наполнила ванну, скинула опостылевшую одежду и с наслаждением погрузилась в горячую воду.

По телу еще разливалось приятное тепло от выпитого вина, плюс усталость дня, горячая вода и огонь в камине… Я откинула голову, чтобы прикрыть глаза лишь на секунду, и провалилась в сон.

Мне снилось лучезарное лето. Зеленое поле, травы с пятнышками золотых цветов. Шум прибоя и запах соли в воздухе. Я стояла на пригорке, а вдалеке подо мной виднелся замок. С его огромными башнями и железными воротами. Где-то я слышала легенду, будто в давние времена он служил тюрьмой. Но это было в прошлом. Сейчас Кеннет Кастл был респектабельным местом. По крайней мере, мне так говорили. Что ж, здесь определенно стоило попытать счастья.

Слегка нервным движением я пригладила подол длинного платья и поправила шляпку. Хотя знала, что пройдет еще немало времени, прежде чем мне предстоит показаться перед лордом Кеннетом.

Конечно, следовало нанять экипаж. Приехать в замок, как подобает благовоспитанной девушке. Но на дворе было самое прекрасное лето, луга так и манили прогуляться, и если меня ждет отказ, то уверена, что способ моего прибытия в замок на это мало повлияет.

Я проснулась в ванной. Вода уже остыла. Огонь в камине догорал.

Господи, какой странный сон мне приснился! Наверняка, дурное влияние Джона и этих его бесконечных рассказов про то, как хорош замок летом, окруженный зелеными лугами и шумом моря.

Я встала из ванной. Завернулась в большое полотенце.

Вокруг стояла невероятная тишина. Я отвыкла от неё в сумбурном шумном Лондоне. Даже в прошлую ночь, проведенную в «Старом замке», я могла слышать шум дороги и расположенного рядом городка.

Но здесь…Тишина звенела.

Невольно вспомнились все те фильмы ужасов, что я смотрела, в которых из ванны вылезало нечто жуткое, потусторонее вот в такой же точно звенящей тишине.

Пытаясь отогнать глупые мысли, я поспешно оделась. Высушила волосы феном, найденным в одном из шкафов возле входа, и направилась к себе в комнату. Хорошо, что идти оказалось недалеко. Непривычно мрачная атмосфера замка дурно на меня влияла. По крайней мере, ночью, когда я оказалась совершенно одна. Как только Джон здесь живет?

Но я привыкну. Иного выбора просто нет.

Оказавшись в башне, я с удовольствием отметила, что здесь вовсе не так тихо, как в соседних помещениях: наверху, в своей комнате, Джон слушал музыку. Толстые стены искажали звук, но мне показалось что это «Nightwish».

Мысленно поблагодарив Джона за компанию, я легла спать.

Утром следующего дня я, наспех позавтракав обнаруженным-таки в холодильнике замка черничным йогуртом, занялась работой.

– Ну что, леди Джулия Кеннет, – улыбнулась я портрету, – начнем узнавать, что у вас есть под всем этим слоем «штукатурки».

Вчера при подготовке я отметила, что холст покрывают минимум три слоя лака. Краски, использованные на портрете, отличались от оттенков, которыми изобразили пейзаж, что приводило к выводу о том, что пейзаж обновляли позднее.

Это было нередким явлением. Так раньше часто поступали реставрирующие картину художники: оставляли свой след. В правом нижнем углу, где должна была стоять подпись автора, конечно же, ничего не было. Хотя это не оставляло мне надежды все-таки найти заветный автограф под слоем краски и лака. В целом картина выглядела плохо. Слишком много «заботливых» рук было приложено к ней в свое время. Я сделала заметку: спросить Джона, есть ли в замке упоминания о том, кто и когда реставрировал портрет леди Джулии до меня, и приступила к работе.

Время шло быстро и незаметно. Работа моя, описываемая многими как нудная и монотонная, всегда приносила мне необыкновенное удовлетворение и спокойствие. Снимая лак, счищая краску, я шаг за шагом словно приближалась к чему-то большому и важному. И это странным образом наполняло меня тихим восторгом. Впрочем…

«Ты просто не умеешь любить людей… Если бы ты могла любить, то всё было бы по-другому!»

Эти слова, брошенные в пылу ссоры, иногда всплывали в моей голове, отдаваясь острой болью в сердце. Вот и сейчас, стоило мне погрузиться в работу, как они обидно кольнули, выскользнув из подсознания. Но самое страшное, что, возможно, так оно и было на самом деле.

Так, в тихой и спокойной атмосфере работы, началась глава моей жизни под названием «Кеннет Кастл». А я и не заметила, как перевернула новую страницу.

Мы с леди Джулией прекрасно проводили время, я сантиметр за сантиметром освобождала её портрет от слоя старого лака. Дни начали сливаться в сплошную рутину.

И вторник, примерно через полторы недели после моего приезда в замок, ничем не отличался от предыдущих дней.

Был полдень. Я собиралась ненадолго оставить работу и сходить за чашкой кофе, как услышала шум автомобиля, въезжающего во двор замка.

С прошлой недели погода заметно улучшилась. Часть снега растаяла, и основная дорога до Кеннет Кастл снова стала проезжей. Джон, заходивший мельком пожелать мне доброго утра, обещал вечером отвезти меня в город, чтобы я могла забрать «Лапочку». Интересно, кто приехал в Кеннет Кастл сейчас? Пока дорога была покрыта снегом, у замка практически не было посетителей. Разве что старик Генри на своем снегоходе, почти по-отечески опекающий Джона и не дающий нам погибнуть от голода, привозил запасы продуктов. Но сейчас в замок вполне могли добраться и туристы.

Я подошла к окну, так удачно выходившему во двор, и посмотрела вниз. Там во всей своей серебряной красе стоял роскошный «Порше». Возле него разговаривали двое мужчин. Одним из них, конечно же, был Джон. Второй-незнакомец, он, казалось, сошел с иллюстрации журнала о современных английских денди. Идеально уложенные и, кажется, даже чуть напомаженные черные волосы. Пальто и небрежно накинутый сверху на плечи шерстяной шарф. Вся одежда была подчеркнуто дорогой, но не вычурной.

«Лорд Кеннет» – мелькнула догадка в моих мыслях.