Чтение онлайн

Акрин негромко рассмеялся:

– Даже после того, как мы с Характортом взяли неприступный до того Кертинар. Пока драконы не начали истреблять собственно людей, жители опасности не чувствуют.

Обратившись мыслями к драконам, Акрин снова невольно вспомнил разговор с Эштаром. Он уже успел переговорить с Характортом, и дракон удивил его больше, чем королевский дядя и все последние недели в целом.

Харакорт согласился. Он сказал, для него будет большой честью, если его потомки соединятся с древним народом этери. И Седьмой дом получит драконьи яйца, которыми сможет торговать.

– Тебя что-то волнует?

Акрин тряхнул головой. Похоже, это семейная черта Лантигеров: они все очень проницательны. Но он не собирался посвящать Алессу в свои мысли.

– Просто задумался.

Пора, наконец, Харакорту рассказать больше об истории драконов. Он старательно избегал этого, но Акрин знал, что не отступит, пока все не узнает. Не то чтобы он ожидал каких-то страшных тайн... скорее, просто не понимал, к чему такая секретность.

Череда поздравляющих королевские пары уже слилась в единое безликое пятно, но кое-что привлекло внимание Акрина. Он увидел, как в зал вошел Деррин, одетый не очень-то празднично и явно с дороги. А он-то гадал, куда делся пес Артеи.

Не останавливаясь, Деррин проследовал к королевской чете - или к Артее, которая стояла рядом. Он поклонился, привлекая внимание. А потом под всеобщий вздох достал из сумки и швырнул к ногам короля голову.

Голову Вэлриса Лантигера.

– 14 -

Застыв изваянием в сумерках, Харакорт слушал. Все звуки ночи принадлежали ему, каждой чешуйкой массивного тела он вбирал в себя неуловимые вибрации, наполнявшие сгущающуюся мглу. Шорохи драконов рядом, звуки вечернего замка, загорающиеся огни, запах высохших цветов с юга. И то, что было за гранью восприятия обычных людей. То, что можешь ощутить, только если знаешь, где искать

– Чувствуешь?
– прошептала Шайонара.

Закутанная в плащ, она сидела на земле, так близко к Харакорту, что почти касалась его чешуи. Подвижные рожки на его морде шевельнулись.

Да.

– Что это? Я ощущаю, но не могу понять.

Драконы. Другие драконы. Ты - этери, ты можешь их слышать. Ты понимаешь?

Шайонара хотела ответить, что ничего она не понимает, но вместо этого нахмурилась и прикусила губу. Она явно ощущала... что-то. Странное. Беспокоящее.

– Они недовольны! И хотят действовать.

Верно. Это те драконы, которым не нравится сотрудничество с людьми. Смерть Вэлриса их подстегнула.

Харакорт опустил чешуйчатую морду на землю, так что теперь его глаз оказался рядом с Шайонарой.

Ты понимаешь, что это означает, этери?

Она понимала. Внезапно действительно понимала.

– Войну.

Шагая по коридорам замка, Артея пыталась сосредоточиться на деле короля, но мысленно постоянно возвращалась к тому, что ждет ее в комнате. Акелон поручил ей торговлю с этери, обмен драконьих яиц на лошадей. В любое другое время это взволновало бы Артею. Но не теперь.

Теперь было кое-что поважнее.

Артея буквально влетела в полумрак своих покоев и плотно закрыла за собой дверь, как будто кто-то мог осмелиться войти к ней. Она разглядела Деррина не сразу: мужчина сидел в кресле, не шевелясь, и мутный сумеречный свет почти скрывал его.

– Нам надо поговорить.

Пытаясь не оказывать свою нервозность, Артея глубоко вздохнула и, одернув платье, прошелестела им к креслу.

– Где он?

Ответом ей была лишь тишина, не добавлявшая ни капли спокойствия.

– Где он?
– повторила Артея, и в голосе прорезался металл.

Похоже, Деррин его почувствовал. Он поднял голову и посмотрел в лицо Артеи, хотя она не могла рассмотреть его выражения.

– За городом, - хрипло сказал Деррин.
– Не хочет пересекать стены.

– И показываться Харакорту?

– И показываться Харакорту.

Артея почти упала в соседнее кресло, расплескав вокруг себя синий шелк платья. Она подперла подбородок рукой, задумчиво смотря на вырисовывающиеся контуры мебели.

– Ты сказала кому-нибудь?
– спросил Деррин.

Конечно же, он имел ввиду Акелона или Акрина.

– Нет, не сказала. Хотя мне кажется, они и сами подозревают.

Деррин снова замолчал. Он не шевелился и, кажется, почти не дышал, так что Артея совсем его не слышала, как будто находилась в покоях одна. Только смутное ощущение чьего-то присутствия. Едва уловимое.

– Он позволил мне убить.

– Кто?
– встрепенулась Артея.

– Сертивер. Он позволил мне убить Вэлриса.

Артея пожала плечами:

– Почему бы и нет? Особенно если он с самого начала хотел слиться с тобой. Ты сильнее.

Она почти чувствовала на себе его взгляд и продолжала.

– Ты ведь помнишь, как тяжело переживал слияние Кэртар. Да и самому Акрину пришлось не сладко.

– Я тоже ощущал усталость.

– Но не такую, чтобы несколько дней проваляться в постели.

Комнату снова опутала тишина. Деррин никогда не был слишком разговорчив, но теперь Артея как будто ощущала его давящие эмоции. Его смятение.

– Что тебя смущает?
– тихо спросила Артея.
– Даже если дракон не хочет показываться при дворе...

– Он хочет убивать.

Только теперь в голове Артеи наконец-то сложились все кусочки мозаики. Ну разумеется, Сертивер не просто не хотел появляться в Кертинаре. Он жаждал уничтожить людей, истребить драконов, которых устраивало положение вещей. Он жаждал войны. И теперь, после смерти Вэлриса, она стала реальной как никогда.

Артея искренне не понимала, как смерть одного человека может что-то значить. Но Харакорт волновался, Акрин говорил, что драконы могут воспринять это как прямой выпад на недовольных. И кое-что уже начинало происходить. Потянулись почтовые голуби из других Домов. И хотя Артея не знала, что в письмах, не сомневалась, что ничего хорошего. И это связано с драконами.

– Что теперь?

Голос Артеи звучал ровно и почти равнодушно. Она очень старалась, чтобы так оно и было. И скорее почувствовала, нежели увидела, как пожал плечами Деррин.

– Я не знаю. Связанные должны быть вместе. Но как я могу следовать за Сертивером? Только и противиться ему не смогу.

Артея отлично помнила, что связь с драконом разрушается только после смерти одного из связанных. И всю жизнь они будут чувствовать друг друга, ощущать... если связь крепка, то человек может и сам погибнуть вместе со смертью своего дракона. Именно так произошло, когда эти создания покинули земли Семи домов.