Чтение онлайн

– Где вас носит? – Вова проворчал и отключил телефон.

Мы переглянулись как школьники, прогулявшие контрольную.

– Беспокоится.

– Ругаться будет.

– Надо домой возвращаться, – в голосе Панка не было воодушевления.

– Пошли что ли? Есть хочется.

Ночное волшебство города начало рассеиваться. Милиция остановила нас на Сенной, но у Панка был паспорт, хоть и подмокший, и нас отпустили. Перед тем, как отъехать, из машины послышался голос «говнарь с такой симпотной телкой…». Дальше я не расслышала.

– Ты не обиделся?

Панк о чем-то своем думал. И даже не расслышал моего вопроса.

Вот глупо-то как, ведь я не так давно сама его и Вову называла говнярями. И была уверена, что они и есть это слово.

– Этот Шурик – дерьмо порядочное, – вдруг сказал Панк, – Зря я его из подозреваемых вычеркнул. Он с твоим отцом знаком?

– Наверное. Шуриков папа родственник новой жены моего отца. Дальний. Я не помню. У меня память как у золотой рыбки, – повторила я приговорку Дэна.

– Да что ж ты такая беспамятная у меня, – Панк сгреб меня в охапку и подышал в ухо.

Не сильно – как ежи пыхтит. Горячим почти щекотным дыханием.

Прочий мир исчез.

– Мокро! – заверещала я, когда он неожиданно лизнул меня в нос.

И вот чего они хихикает, а? Смешно ему, ага! Вытерев нос об его рукав, я немного успокоилась.

К дому мы пришли, не держась за руки. И только в подворотне он крепко ухватил меня за палец. Так маленькие дети обычно делают.

Из Вовиной форточки сочился табачный дым. Как облако. Увидев нас, Вова демонстративно повернулся спиной и исчез в темноте комнаты.

– И как он живет в таком прокуренном помещении?

– У него противогаз есть.

Панк не врал, но на Вове я эту резиновую харю ни разу не видела.

Двор был беззвучен. Будто все разом умерли и были похоронены. И соседи и птицы. И даже телевизоры вместе с той музыкой, которая возникала ниоткуда. Безупречная тишина.

– Уже утро. Я посплю немного. Я вполглаза спать умею. Буду караулить тебя и песочного человека.

Это забавно, что он так сказал. Ведь для меня песочный человек был отчаянным кошмаром детства.

– Щас, одну минуточку, – я заглянула в контакт.

Прочитала сообщение от Дэна. Который требовал от меня детального отчета за все прошедшие без него дни.

Совет был один, слегка запоздалый – если что – иди к Вове.

– У меня все ОК, – надеюсь, что он поверит.

Посмотрела фотки. Дэн на фоне норвежских красот. Лавки антиквариата. Удивительно красивое столовое серебро. По утверждению Дэна – совсем недорогое. Особенно мне понравилась солонка с драконами. Они совсем на китайских не похожи. Интересно, а что он мне привезет в подарок? Он всегда мне что-то привозит!

– Придет страшный песочный человек и насрет тебе в глазки, – провыл Панк, склонившись надо мной и выключая ноут.

Сполоснувшись под прохладной водой, я добрела до кровати, упала на нее и тут же увидела начало первого сна. Сон был красивый, про большую океанскую глубоководную рыбу с печальными глазами. Рыба шевелила толстыми, будто силиконовыми губами, и торжественно пела:

– И еще. Оденьтесь свеже, и на выставке в Манеже К вам приблизится мужчина с чемоданом. Скажет он: – Не хотите ли черешни? – Вы ответите: – Конечно. – Он вам даст батон с взрывчаткой – принесете мне батон…

Рыба выпустила изо рта огромный разноцветный пузырь и вдруг азартно зашептала голосом Панка:

– Я видел! Своими глазами!

– Хорошо, что не чужими, – сонно пробормотала я, пытаясь укрыться простыней с головой.

В тот момент мне больше всего хотелось дослушать стихи про батон с черешней. И я замерла, рассматривая рыбу из сна. Очень не хотелось спугнуть ее.

Панк засунул голову под мое укрытие как в палатку и не унимался.

– Две маленькие девочки. Я их видел!

– Ты про призраков?

– Ага!

Рыба стала прозрачной и исчезла. Ну вот – теперь я никогда не узнаю продолжения странной истории.

– Спать ложись. Я их сто раз видела. Одна – с косичками в виде баранок, а вторая – с локонами. Но она не девочка, она – мальчик. Ты плохо их рассмотрел.

Голова Панка рядом с моим лицом. Мы оба как в палатке. За пределами которой совсем нет темноты. В таких обстоятельствах обычно целуются, но я поступила совсем иначе. Ну как было упускать такой удачный момент? Облизав удивленный нос Панка, я шустро завернулась в простыню как в кокон.

– Не стыдно, да? Не стыдно ей. Ну, я щас тебе устрою!

Защекотав мою голую пятку, довольный Панк вышел из комнаты. Он, наверное, на цыпочках шел – чтоб призраков не спугнуть. Вот глупый. Они никого не боятся. Я даже завидую им. Жить без страха – это дорогого стоит. Даже после смерти.

В голове сами собой мелькали обрывки воспоминаний. Вспомнилась стычка с Шуриком, потом – наш с ним давнишний разговор. Он тогда меня довел своими разговорами про «нужных» людей и про то, как они умеют жить.

– Что толку от твоей честности? Ты бы вот сама попробовала понравиться крутому чуваку. Не его деткам. Им понравится не сложно. Я знаю, что им требуется. А вот как стать нужным успешному челу – это вопрос. Знаешь, я что угодно сделаю, лишь бы подняться.

Еще у него словечко было любимое – «хапок». Мечта такая.

Явление четвертое.

По двору кругами бродил явный школьник, зажав в руках листовку с моим непристойным предложением, нерешительный и отважный одновременно. С каждым кругом накапливая адреналин. Когда количество адреналина превысило допустимые нормы, школьник принялся пинать водосточную трубу, пока не отломал ее напрочь. Перепалка с возмущенными жильцами привела его в более приятное расположение духа и двор снова опустел.

Модная хроника.

– В прошлой хронике мы говорили о гарнировках на юбках, перейдем теперь к корсажам. Это хорошо – сейчас я узнаю, как тетки делали такие узкие осиные талии. Итак – здесь царит еще большее разнообразие, представляющее широкое поле фантазии опытной мастерицы, так как кружева входят в состав гарнировок лифа, а рукава поддаются целой массе комбинаций: их делают разных и часто очень живых цветов, совершенно отличных от цвета самого платья, буфчатые с кружевными обшлагами, из бархата мов, коклико… дальше оторвано. Блин, я так и не узнаю последние модные тенденции сезона.