Чтение онлайн

Для многих людей вокзал это просто зона отдыха, где можно переждать минут пятнадцать, ну может парочку часов, до прибытия твоего поезда. Для меня вокзал стал целым миром, открывшимся за годы бесконечных путешествий по стране. Места с собственной «экосистемой», работающими здесь людьми. Я за версту мог определить хорошо ли работают чиновники в том или ином городе, лишь взглянув на вокзал, который для многих городов стал краеугольным камнем, вокруг которого возводился город.

Здесь в Торьевске, раскинувшемся в низовье степей, вокзал был потрясающим. Красивые, хорошо сохранившиеся и оштукатуренные колоны, крашеные стены и аккуратно подведенные декоративные башенки с прорезанными окнами в форме бойниц. Настоящий замок в стиле защитных сооружений семнадцатого века. Всю эту красоту дополняли многочисленные ларьки и магазинчики, кофейни и забегаловки, которые не были воткнуты в самое сердце вокзала, а находились в специальном огромном зале, не бросаясь в глаза пассажирам и путникам, не искажая приятный глазу образ старинного сооружения.

На площади около вокзала, вблизи высокой мраморной статуи стояли многочисленные лавочки, принимающие женщин с детьми или ожидающих с сумками или баулами старушек. Красивые высаженные сады, пышные каштаны, аккуратные мусорные баки, да еще и сразу несколько нарядов милиции, охранявших общественный порядок. Нет, я с абсолютной уверенностью мог заключить, что этот вокзал мне нравится куда как больше, чем большинство посещаемых мной ранее. Здесь, не смотря на разгар дня и толпы людей, ощущалось некое душевное спокойствие, словно ты попал в милое твоему сердцу с раннего детства место.

– Долго ты еще с ключами возиться будешь? Мое терпение далеко не железное, особенно сегодня. – Тихо каркнул с высокой железной тумбы Себастьян.

Проходящие мимо люди недоуменно оглядывались, явно не понимая, кто это говорит. Я шикнул на ворона и, наконец, найдя в кармане нужный ключ, вставил его в замочную скважину. Замок щелкнул, открывая квадратную дверцу под номером «36». Привокзальное хранилище, куда можно сдать свои вещи и до прибытия поезда, отдохнуть, например, пройдясь по близлежащим городским улицам или перекусить в кафе, не таща с собой многочисленные сумки и чемоданы. Собственно говоря, так я и сделал, закинув внутрь тяжелую черную сумку и пару поясных мешочков. Защелкнув дверцу и поправив лямку рюкзака на плече, я направился к выходу.

– Эй, мужик.! – Остановил на выходе меня охранник. – Птица твоя?

– Моя. – Подтвердил я.

– В следующий раз купи ей намордник. Новые правила перевозок: зверье без намордника не пускаем. – Заявил он.

– Это ведь ворон, какой намордник? – Не понял я.

– Колпачок на клюв, значит, ему надень. Обратно без намордника не пущу.

Уже выйдя с вокзала, Себастьян приземлился мне на плечо, горячо зашипев в ухо.

– Я ему в жо… этот колпачок запихаю! – Яростно вещал он.

– Спокойнее, друг мой пернатый, охранник просто делает свою работу.

– Он получает от этого настоящее наслаждение. Ты ведь сам видел морду его лица. – Возразила птица.

– Никто не мешает человеку получать удовольствие от своей работы, особенно если он не нарушает при этом правила. – Парировал я. – Забудь, просто запрыгнешь в вагон, минуя вокзальный досмотр. Делов-то?

Ворон явно был не доволен таким поворотом событий, косясь черной бусинкой своего глаза в сторону постепенно удаляющегося вокзала.

– Мы в Торьевске надолго? – Наконец, нарушил молчание он.

– Мы здесь по работе.

– Я-то откуда знал. Ты после того, как прочитал сообщение на телефоне, впал в некую прострацию и, засунув в уши наушники, просидел так половину пути, слова мне не сказав.

– Прости. – Шутливо вскинул руки я. – Исправляю ситуацию. Мы здесь по просьбе одного из колдунов семьи Селезневых. Подробности я и сам не знаю, но дело вроде как серьезное, уже есть несколько погибших, подозревают тварей изнанки.

– В смысле подозревают? – Не понял ворон. – Они не провели ритуалы и не установили наличие колебаний? Как можно только подозревать в таком деле?

– Я и сам не знаю. – Вздохнул я. – Как доберемся до их резиденции, все вопросы нам прояснят.

Самое удивительное, я даже не кривил душой. Прочитанное мной сообщение от одного из колдунов семьи Селезневых ясности не прибавило. Я даже немного растерялся, не совсем понимая, как носители дара сами не смогли разобраться в происходящем. С одной стороны, если бы они встретили тварь, превосходящую по уровню опасности их возможности, это еще понятно, но так… что здесь у них происходит, если они отправляют такие туманные послания в столицу?

А ведь Селезневы - это в целом не самая маленькая семья, в которой, по моим сведеньям, как минимум пять носителей дара и несколько десятков отроков. Собственно, Торьевск - достаточно крупный город, с населением больше ста тысяч человек. Более того, в городе проживают сразу четыре колдовских семьи, разделившие территорию города и прилегающие окрестности между собой. Три семьи были относительно небольшие, я даже не помнил их название. Сами Селезневы являются крупнейшими из этой четверки, не только взявшие под контроль центр города и самые его лакомые районы, но и обладали весьма немалым богатством.

Не малую роль в их состоянии и известности семьи далеко за пределами региона сыграл ни кто иной, как глава семьи Григорий Селезнев. Колдуном он был, мягко скажем, посредственным, говорят даже едва смог переступить низшую черту посвящения. И прославился он, разумеется, не своими колдовскими способностями, а песнями. Его хит «Ведьмочка-колдунья» звучал чуть ли не в каждом доме колдовских семей. Причем, как в России, так и за рубежом. Сам глава семьи в городе почти не появлялся, пропадая в бесконечных турне по всему миру, записывая бесчисленные альбомы со слащавыми, слезными песенками, которые, тем не менее, становились, к моему глубочайшему удивлению, международными хитами.

Семьей же, как и всеми делами в городе, заведовал некий Артём Селезнев, временно исполняющий обязанности главы семьи. Именно с ним вскоре мне и предстояло встретиться в родовом поместье семьи, куда меня пригласили, стоило мне только отправить сообщение о своем согласии прибыть в город.

– Мерзкий городишко. – Каркнул ворон. – Сам глянь не улицы, а помойка: машины на тротуарах, около домов уличные торговцы, сплошная вонь кала и мочи из подворотен.

– Я вот подобного и близко не заметил. Чудесный городишко. А ты, мой пернатый друг, попросту злишься, из-за того, что пропустил битву тех двух колдунов.

– Вот лгать-то зачем? – Тут же взмахнул крыльями в возмущении ворон. – Меня и близко это не задело. Но… одним глазком глянуть на битву двух чародеев иностранных школ было бы весьма интересно и познавательно.

– Ааа, вспомнил. Вчера, перед поездом я отказался купить тебе пачку солёных крекеров. – Хлопнул себя по лбу я.

– Я гордая птица и из-за жалких крекеров… - Начал было ворон.

– Ты наглый, старый и вредный манипулятор. Обидчивый пернатый пройдоха, способный устроить скандал из-за отсутствия твоего любимого вафельного печенья на праздничном столе. Или ты думаешь, я забыл разнос, устроенный тобой повару на мой двенадцатый день рождения? Смирись, друг, денег у меня оставалось на один билет на автобус до вокзала. А искать банкомат в той глуши можно было вечность.