Чтение онлайн

История сомы особенно интересна, потому что она показывает, как человеческое воображение из чисто физического явления — действия алкоголя — может создать силу необычного, божественного характера, которая уже и сама в какой-то степени становится божеством. Сома — это алкогольный напиток, получаемый из сока растений. Вероятно, в то далекое время люди испытывали ощущения, знакомые каждому, кто пил алкоголь. После стакана вина или нескольких рюмок водки человека обуревает возбуждение, поведение его изменяется. Трус становится храбрым, робкий — отчаянным, грустный начинает петь веселые песенки. В одном из индийских гимнов мы читаем: «Напились мы сомы, стали бессмертными, вышли к свету, познали богов». Магическое воздействие сомы, так сильно изменяющей характер и самочувствие человека, очевидно. Поскольку сома создает у людей божественное настроение, то она — божественный напиток, дар богов. Следовательно, сома признавалась одним из наиболее сильно действующих магических средств, при помощи которых можно влиять на богов. Особенный любитель сомы — Индра. Сома добавляет Индре сил, насыщает его божественной мощью. Как мы уже знаем из приведенного выше гимна, когда Индру опьяняют «сома и песня», то никакая божественная сила не может противостоять его «непобедимой мощи». «Пьяный Индра— бог сильный, сокрушающий врага, но если бы ему человек — друг не дал сомы, если бы он обрек его на перманентную трезвость, то одновременно он обрек бы его на бессилие» [38] .

Другое мощное средство воздействия — слово, в ритуальной практике — гимн. Гимн в ведийской религии — не только выражение почестей, воздаваемых богу. Слово, особенно ритуальное слово, обладает мощью, превышающей мощь богов. Хвалебный гимн содержит в себе «брахман», магическую силу, подкрепляющую богов. Брахман в процессе дальнейшего развития индийской философии и религии превратился в Брахму, представление о существе, олицетворяющем некую «мировую душу», сумму всех непознанных сил, от которых зависят людские судьбы, впрочем, не только людские, но и судьбы богов. Брахма ни в ком не персонифицирован. Он — сила, разлитая повсюду: в природе, в человеке. Человек должен стремиться к единению с этой силой. Напомним, что в первоначальной ведийской религии «брахман» — это только вера в магическое воздействие «священного» слова. Особенно сильным, если так можно выразиться, зарядом «брахмана» обладает жрец, брамин, принадлежащий к Варне браминов, или брахманов. Поэтому и жертва, приносимая только таким жрецом, который умеет это совершать особым, ритуально предписанным способом, обладает полной силой воздействия на божество.

Как и в Египте, на развитие индийской религии огромное влияние имели жрецы. В Индии их влияние было еще сильнее, чему способствовало общественное устройство. Мы уже говорили о делении общества на варны. Варна браминов была главная, она претендовала на главенство даже над воинами-кшатриями и практически имела преимущество благодаря сосредоточению в своих руках монополии на посредничество между богом и людьми. Брамины обосновывали свое положение волей богов. Общественное расслоение, деление на касты, на господствующих и подданных — все это решено наверху, все создано богами. В период, когда ведийская религия превратилась под влиянием браминов из культа сил природы в идеологию, служащую прежде всего поддержанию общественного строя, родилась теория, которая провозгласила, что люди возникли из Брамы — этой всеобъемлющей силы. Из головы Брамы, из уст его возникли брамины, из его рук — раджи, воины, вся господствующая каста кшатриев, из его бедер — земледельцы, ремесленники (варна вайсеков), а из ног — самая низшая, презираемая, лишенная прав варна шудров.

Развитием Вед в период брахманизма (такое название закрепилось за более поздней индийской религией) являются дальнейшие «священные» книги — Брахманы, Араньяки. Они содержат точные, подробные, предельно усложненные ритуалы культовых действ. В тесной связи с этим культом, насыщенным магией, развивается абстрактная философия, содержащаяся в так называемых Упанишадах. Она делится на ряд мистических, абстрактных, типично индийских направлений и школ.

Учение о. человеческой вине и божеской каре, брахманская концепция, что человек не должен изменять условия жизни на земле (они определены свыше, и не случайно человек рождается в той или иной касте), но должен стремиться к соединению с всеобъемлющей сущностью Брамы и растворению в ней, — все это рождает веру в возможность возрождения. За хорошую жизнь, за добрые поступки (а что хорошо и что плохо, решали брамины) можно получить «аванс», возродиться на высшем уровне. Можно, таким образом, после смерти перейти в более высокую касту, можно обрести святость, основанную на отречении от этого мира, который иллюзорен и ничего не значит по сравнению с величием Брамы. Наоборот, за злые поступки человека постигает кара, он может возродиться в виде шудры и даже в виде змеи или крысы. Вера в перевоплощение (возрождение после смерти в разных новых формах) снова необычайно усиливает древний культ животных, следы которого мы обнаруживаем в Ведах (культ коров, змей). Никто не знает, не воплотилась ли в корову, которую он хотел зарезать на мясо, например, его родная бабушка.

Развитие общества и сопутствующее ему развитие культуры, а значит, и мышления, достаточно критического у более высокообразованных личностей, ведет к тому, что мириться с примитивностью сил, управляющих миром, становится все труднее. Начинаются поиски новых толкований, более соответствующих все усложняющимся общественным условиям. В классовом обществе быстро идет процесс обособления личности, индивидуальности, которая начинает рассматривать мир и управляющие им силы с собственной точки зрения. Религиозная философия Упанишадов явилась выражением и в то же время следствием такого развития мысли.

По-иному складывается ситуация среди эксплуатируемых масс. Там религия играет прежде всего роль утешительницы, успокаивающей страдания и смягчающей обиду на несправедливость богов. Там примитивизм религиозных представлений держится крепче и дольше. Главную роль играет прежде всего культ.

Жертва, принесенная богу, обязывает бога к ответной благодарности, к оказанию людям помощи, и это — главное.

В индийской религии происходят на протяжении веков существенные изменения. Слияние ведийских арийцев с местными жителями, у которых сформировались свои культы, такие же примитивные, но и такие же влиятельные, вело к компромиссам, к слиянию религиозных представлений. Отсюда преобразование богов.

Так, Диаус уступил место Праджапати, последний до этих пор умерщвлял себя и воскресал; в конце концов он сам себя оплодотворил и создал мир. Хранителя законов Варуну сменил новый бог, по имени Вишну, который позже принимает и функции Праджапати, становясь творцом мира и источником всего живущего. С этим богом мы встречаемся уже в Ригведе. Однако там Вишну еще не играет большой роли. Вишну более позднего периода совсем иной. Тогда отчетливо выступают усилия браминов упорядочить неисчислимое множество богов, соединить их в нечто монолитно целое. Вишну приписываются качества, впервые так четко сформулированные в этот период. Именно он воплощается в разных обличиях. Время от времени он «сходит на землю» и совершает там разнообразные дела. Не переставая быть богом, он воплощается преимущественно в разных людей, но иногда и в животных, например в кабана. Эти воплощения Вишну назывались аватарами. Наиболее важные аватары Вишну — это Рама и Кришна. Особенно любопытна фигура Кришны. Кришна (под именем Кришна — Гопала он был местным пастушеским божеством, охотно пользующимся дарами любви; выступал также как победоносный вождь племени в Махабхарате) — это божество, являющееся на землю, чтобы положить конец господству зла. В одном мифе он побеждает бога злых змей, оставив след своей ноги на голове змеи.

Кришну некоторые ученые считали прототипом Христа. Однако трудно согласиться с таким далеко зашедшим упрощением. Кроме общих целей на земле — бороться со злом — общего у Кришны и Христа слишком мало.

Рядом с Вишну появляется еще один новый, могучий бог — Шива. Воинственный и всегда немного подвыпивший, Индра утрачивает свое значение. В тень отодвигается также владыка ветров Рудра. Именно их место в какой-то степени занимает Шива. Поскольку имя его означает «милосердный», он олицетворяет силу, иногда помогающую людям, но чаще — уничтожающую, грозную своей мощью. Кроме того, это не только развитая, но и измененная фигура Рудры из Ригведы. Как и Вишну, Шива представляет собой попытку компромиссного объединения арийских богов с богами коренного населения Индии. Он тоже выступает в разнообразных обличиях. Шива — бог плодородия, его символ — мужской орган размножения. Он — покровитель актеров. В другом из своих воплощений он покровительствует аскетам, йогам, ищущим спасения в смерти и размышлениях. Смерть освобождает йогов от земной оболочки, мешающей полному слиянию с божеством. Еще в одном обличии «милосердный» сеет уничтожение и смерть. Все это свидетельствует о том, что Шива соединял в себе множество разных богов. Троица — Вишну, Шива и Брама (последний из духа, наполняющего вселенную, стал определенным, персонифицированным богом) — возглавляет сонм богов и в новой религии, известной под названием индуизма.

Всей этой сложной механикой божественных сил управляют брамины. Их могущество все растет. С одной стороны, в разработанной ими системе возможность помощи со стороны богов зависит от точнейшего выполнения обрядовых действ, предписываемых ритуалом, на который они сохраняют монополию. С другой же стороны, зависимость бога от приносимых ему жертв приводит к тому, что само существование бога зависит от брамина.

Это исключительное положение, которого варна браминов добилась в индийском обществе, вызывает, разумеется, определенную реакцию других общественных групп. Особенно внутри касты кшатриев, менее замкнутой в себе, чем браминская, растут претензии на господствующее положение, чему мешают брамины, полностью распоряжающиеся не только в сфере религии, но и в политических и в общественных делах. Среди кшатриев зреет протест против всевластия браминов. Этот протест находит поддержку и среди вайсеков.

Нарастает общественный конфликт. Выражением этого, с одной стороны, является развитие материалистической философии, отрицающей полностью существование богов, с другой стороны, — попытки религиозной реформы, долженствующей ослабить путы брахманизма, сдерживающие общественное развитие.

«Материалисты нападали на авторитет и на непогрешимость канонов в мышлении, религии и теологии.

Они критиковали Веды, институт жрецов и традиционные верования и провозглашали, что убеждения должны быть свободными и не должны зависеть от предположений или попросту от авторитета прошлого. Они восставали против всех форм волшебства и суеверий. Во многих отношениях общий дух их теории подобен современному материалистическому подходу; они хотели избавиться от оков и бремени прошлого, от рассуждений по вопросам, не поддающимся восприятию, от поклонения воображаемым богам.

Можно предположить существование лишь того, что поддается непосредственному восприятию; всякое другое умозаключение или предположение могут быть с равным успехом истинными или ложными. Стало быть, реально существуют лишь материя в ее различных формах и этот мир. Нет ни другого мира, ни рая, ни ада, ни души отдельно от тела. Разум, рассудок и все прочее возникли из основных элементов. Природные явления не согласуются с человеческими ценностями и безразличны к тому, что мы считаем хорошим или плохим.