Чтение онлайн

Когда вернулся Мафусаил, новая Ева уже щебетала с наново проснувшимся Адамом. Не удалось отличнику отличиться сегодня ещё раз.

И Учитель во всеуслышанье посоветовал Мафусаилу хорошенько подумать над своей преисподней прежде, чем поселять туда ещё кого-нибудь.

Я рад. Хорошо заканчивается рабочая неделя. Завтра день отдыха, предложу дружбу Кибеле. Жалко нашу новенькую Лилит, да будет ей наука... И Мафусаила хоть чуть-чуть прижали, что само собой хорошо... И нос перестал болеть...

Вот только на душе всё ещё скребут кошки. Что-то будет? Ощущение какой-то фатальной незавершённости почему-то мучает меня...

Вот оно! Чувствовал же! Ёлки-палки! Главное, только сейчас спохватились: крылья-то, крылья! Мы же впопыхах забыли им крылья слепить!

– Подумаешь, крылья, - протянул Мехиаэль.
– Ещё много чего забыли.

– Чому я не сокил, чому не летаю, да?
– весело ухмыльнулся Мафусаил.
– Да брось переживать! Прекрасно обойдутся и без крыльев, не заметят даже.

Едва я открыл рот, он протестующе взмахнул рукой с выпяченным вверх указательным перстом: - Подожди, они ещё будут думать, что произошли от обезьяны. Это Ева-то!
– Мафусаил игриво взглянул на земную Еву: - По-вашему, она похожа на гориллу?

– Вообще-то, если честно, то что-то есть...
– призадумался я.
– Особенно без крыльев...

Я скептически оглядел Еву ещё раз.
– Ну, может, не на гориллу... Но на мартышку чуток смахивает...

– Сам ты мартышка, - немедленно парировал Мафусаил.
– Вернее, орангутанг.

Я вскочил, но он неожиданно примирительно спросил: - Ты считаешь, крылья их спасли бы?

Честное слово, я просто соображал, что бы ответить, такое умное... Но не успел придумать. Приняв моё молчание за нерешительность, отличник сделал неопределённый жест.
– Вот видишь... Пускай теперь так прыгают.

И опять ржёт, довольный.

2. Яблоко от яблони...

Отдыхаем вовсю. Кто как может. Адам носится за козами по лугам. А мы все - кто во что. Только Мафусаил сидит под смоковницей и усиленно обдумывает проект заселения чёрных дыр. Вокруг него на одной ножке прыгает Ева (земная, я имею в виду) и донимает наболевшими проблемами.

– Мафик, а Мафик, - тянет Ева.

– Ну чего тебе?
– нехотя отвечает Мафусаил.

– А почему Солнце жаркое, а Луна холодная?

– Это всё, что тебе хочется знать?
– ехидно уточняет Мафусаил.

– Нет, не всё.

– Составь список.

Ева, отмахнувшись от сего замечания, продолжает сыпать вопросами.

– Почему кошка ссорится с собакой? (Как же им не ссориться?)

– Почему девочки и мальчики? (Такая вот логика)

– Почему у вас крылья, а у нас нет? (Ага, тут же и не заметила!)

– Потому, - сразу на всё отвечает Мафусаил.

Ева оттопыривает ножку, становится в немыслимую позу и рассматривает того как бы снизу и сбоку одновременно. Даже Мафусаила этот ракурс заставил покраснеть.

– Слушай, - говорит он.
– Прикрылась бы хоть чем-нибудь. Работать же невозможно.

– Чем прикрыться?
– немедленно парирует Ева.
– И почему работать невозможно? Кстати, а почему это все отдыхают, а ты работаешь?

– Дура.
– вскипает Мафусаил.
– Возьми вон фиговый листок, оденься и отвяжись.

– А что лучше прикрыть?
– кокетливо размышляет вслух Ева, размахивая фиговым листком и попеременно прикладывая его то к лобику, то к бедру.
– Здесь? Или лучше здесь? А Адика тоже нужно прикрыть? Так там придётся ободрать целое дерево... Мафик, а Мафик!
– вдруг пронзительно вскрикивает Ева и ушедший было в себя Мафусаил вздрагивает.
– А почему у меня вот здесь топырится, а у тебя совсем наоборот? Ой, а что это у тебя тут, совсем уже такое огромное? Дай потрогать, - и хозяйским жестом тянет ручонку к заветному месту.

– Брысь!
– хлоп её по руке Мафусаил.
– Небось не на помойке нашёл.

– А если бы на помойке?
– допрашивает Ева.
– Тогда можно трогать? Кстати, а что это за такое прекрасное слово - и вдруг мечтательно-сладким голоском - помойка?

– Да уймёшься ты когда-нибудь!

– Подумаешь!
– обиженно протянула Ева.
– Жадина. Ну и трогай сам, раз жалко. Всё равно у Адика там гораздо больше.

– Знаю, сам одарил, - но я видел, как смешался Мафусаил. Называется, за что боролись.
– Слушай, у меня аврал, а ты мешаешь. Размышлять не даёшь.

– А что такое аврал?
– мгновенно отреагировала Ева и прибавила, чуть подумав: - Зачем и почему?

– Знаешь что, - ответил проказник.
– А не пошла бы ты...

– Куда?
– с радостной готовностью откликнулась Ева.

Мафусаила осенило. Я испугался, поняв это, но не знал, что делать, потому решил даже не выглядывать из-за своего камня. Лежал, как дурак перед экзаменом, не зная, что предпринять что.

– А вон туда... К той яблоне, - злорадно кивнул в сторону злосчастного деревца Мафусаил.
– Съешь яблочко и сразу всё узнаешь.

– Да?
– усомнилась Ева.
– А почему тогда все говорят, что если съем оттуда яблочко, то тут же и умру на месте?

– А ты уже испугалась?
– усмехнулся отличник. И быстренько подначил.
– Боишься!

Ну Ева, конечно, руки в боки: - И ничего я не боюсь!
– одним прыжком к дереву и обратно другим, а в руке яблоко.

Я окаменел от ужаса, да что же делать-то.

Ева держит яблоко, но пока не ест, размышляет.

– Боишься!
– опять протянул Мафусаил.

– Подумаешь!
– гордо отвечала Ева.
– Я вообще бесстрашная... Адик! Адик!
–

Стала звать Адама. Тот лёгок на помине, тут как тут.

– На, попробуй!
– и протянула мужу яблоко.

– Это что? С того самого дерева?
– удивился простодушный Адам.
– Жить надоело?

– Очень надо умирать, когда солнце светит!
– ответила Ева и что-то до боли знакомое послышалось мне в её словах. Да ведь то ребро Илья творил, не я вовсе... Или это было ещё ко всему прочему совсем не то, которое лишнее ребро?
– Не волнуйся, с другого дерева, напротив.
– успокоила супруга Ева.