Чтение онлайн

— Привет.

— Привет, — ответил мне абонент.

— Я вернулась в Афрэллу. Ты сейчас где? На гастролях?

— Нет. В столице, — ответил Лео, и от холода в его голосе мог вымерзнуть ад.

— Давай встретимся. Ты занят сегодня?

— Не знаю… Зачем?

У меня защемило сердце. Реакция Лео была вполне оправдана и понятна. С момента моего отъезда из Афрэллы мы виделись всего несколько раз, а за последний год вообще не связывались. И теперь я объявилась и захотела встречи. На его месте я была бы в ярости.

— Лео, понимаю, ты злишься…

— Нет, не злюсь. Просто устал, Рейн. Устал волноваться за тебя. Думать: где ты, что с тобой. Ты не звонила мне год!

— Прости…

— Прости? Это всё, что ты мне можешь сказать? Прости? — начал заводиться певец. — Я уже не знал, жива ли ты вообще!

— Я не могла иначе. Поверь. Так было нужно.

— Кому нужно?!

— Приезжай ко мне и мы поговорим.

— Я пока занят, — он врал, я отчётливо это чувствовала. Он не был занят, он просто не хотел со мной видеться.

— Понятно. Я ближайшее время не собираюсь никуда уезжать. Приходи, когда захочешь, — тихо сказала я.

— Да. Хорошо. Как-нибудь. Пока, Рейн.

— Пока.

"Как-нибудь" — это фактически синоним никогда.

"Неужели это всё? Неужели он не захочет меня видеть? — подумала я. — Столько всего потерять в той проклятой богами стране… Смерти и мои нескончаемые ранения на службе у дона, история с Джефри почти двухгодичной давности и её последствия, изнасилование, потом Марк, а теперь ещё и брат, который практически отказался от меня. А что я приобрела? Навыки убийцы и деньги? Равноценен ли это обмен?" Тоска сжала моё сердце и вновь нахлынули воспоминания. "Я запрячу эту боль поглубже, в самый темный шкаф моей памяти, а когда придет время — достану её с дальней полки, стряхну пыль, переживу в полной мере и наслажусь отмщением", — повторила я вновь словно мантру, затем надела непромокаемый плащ, натянула на ноги свои любимые походные сапоги и вышла из квартиры. Мне нужен был свежий воздух, а может быть даже пробежка. Я никогда не бегала в минуты душевного раздрая, предпочитая бегу хороший спарринг или боксёрскую грушу. Но сейчас опытного спарринг-партнёра не предвиделось, а избивать посетителей фитнес-центров мне не хотелось. Поэтому, надев капюшон плаща на голову, я неспешной трусцой направилась к парку. Пробежала весь парк и расположенную рядом набережную и повернула обратно. Бег и свежий воздух разогнали мои тоскливые мысли и я, прибавив скорости, свернула на тенистую аллею, чтобы поупражняться в спринте. Пробежав две стометровки за три секунды каждую, уже приготовилась к третьему забегу, как услышала испуганный женский голос и мужской смех. Я напрягла свой слух.

— Пустите меня, пожалуйста. Вот возьмите мою сумочку, там деньги, телефон… — голос явно принадлежал молодой девушке.

— Отпустим, обязательно… Но чуть позже… — послышался мужской бас.

Недолго думая, я направилась к источнику звуков, который, как оказалось, находился в двухстах метрах от меня на другой тенистой тропинке. Мне потребовалось несколько секунд чтобы пробежать разделяющее нас расстояние и перепрыгнуть через кусты. На дорожке стояла невысокая худенькая девушка, зябко кутавшаяся в осеннее пальто, и четверо парней лет двадцати. В руках одного из них тускло блеснуло лезвие ножа. В их намерениях сомневаться не приходилось. Я хмыкнула и пошла к ним.

— Верните девушке её вещи и проваливайте! — сказала я, сверля глазами парня с ножом.

— Смотрите, ещё одна! Нам сегодня везёт! — произнес он, обращаясь к своим дружкам.

Они в ответ заржали, и вперёд вышел коренастый парень с рыжей шевелюрой.

— Девушки, вам мамы не говорили, что опасно разгуливать ночью по темному парку? — произнес он с издёвкой.

— Хм, что-то не припомню… Нет. Точно. Я же сирота. А тебе? — спросила я, нанося прямой удар кулаком рыжему в лицо и ломая ему нос. Тот взвыл от боли и схватился руками за травмированное место.

— Ах ты, сука! — замахнулся ножом его друг.

Я поймала руку с оружием и с силой завела ему за спину, ломая конечность. Затем отпустив её, ударила ладонями по ушам, надолго вырубив хулигана.

Двое других еще не успели открыть свои ножи, как я подпрыгнула и отправила их в нокаут одновременным ударом обеих ног по челюстям.

— Кажется, это твоё, — сказала я, поднимая сумку с земли и протягивая её стоявшей в немом оцепенении девушке.

— Они все?…

— Нет, — покачала я головой. — Они живы. И почти невредимы.

— Но как ты? Они же мужчины… И их четверо…

— Не слишком ли много вопросов для столь позднего вечера? Иди домой.

— Но…

— Иди, пока не приехала полиция. Мне совсем не хочется провести ночь в камере до выяснения обстоятельств, — я махнула рукой в сторону лежащих тел. Впрочем, рыжий парень попытался взять реванш, за что был вознагражден ещё одним ударом сапога в многострадальный нос, отправившим его в бессознательное состояние.

— А, ну да… И спасибо…

— Пожалуйста.

Девушка быстрым шагом направилась к выходу из парка. Я, отстав на двести метров, проводила её и, убедившись, что она благополучно села в такси, направилась к круглосуточному супермаркету, расположенному рядом с моим домом. Накупила целую тележку еды и вернулась в свою квартиру, наскоро приняла душ и занялась готовкой. Спать не хотелось и я решила забить едой свой пустой холодильник.

Через два часа, когда мясо было запечено в духовке, овощи потушены, рис сварен, а яичница из десяти яиц пожарена и съедена с целым батоном хлеба, меня наконец начало клонить в сон. Убрав всё в холодильник, я залезла под одеяло и растянулась на кровати. После полугода походной жизни, сна на земле в палатке, а иногда и под открытым небом или на жёстких и узких армейских койках, моя постель показалась мне слишком мягкой, слишком ровной, слишком широкой. И слишком удобной. Немного поёрзав, я расстелила одеяло на полу, и, завернувшись в него словно гусеница в кокон, заснула.

Следующие несколько дней были похожи один на другой словно близнецы. Я спала, готовила еду, ела и бегала по вечерам. От скуки накупила себе такую кипу книг, что в пору было открывать собственную библиотеку. Начала я с философии, затем перешла на психологию, а после — на биографии знаменитых полководцев, политиков и деятелей искусства. Берсерки способны не только быстро двигаться, но и быстро воспринимать информацию. Ведь когда ты движешься со скоростью в два, а то и в три раза выше обычной, мозг тоже должен обрабатывать увиденное в два или три раза быстрее. Поэтому прочтение нескольких книг за день стало обычным делом, можно даже сказать привычкой. Так что днём я читала, а по вечерам бегала по парку. Через пару недель такой рутины, мне захотелось удлинить свои прогулки и обегать за вечер не только парк, но и весь свой микрорайон. И во время очередной пробежки я наткнулась на двоих громил, грабящих пожилую женщину, громилы были вырублены, женщина благополучно доведена до дома. Через день после этого, местная шпана попыталась обчистить кассу находящегося по соседству магазинчика. Оформив и этим парням путевки в травматологию, я вернулась домой и села с чашкой чая в своё любимое кресло у окна. Отсюда мне открывался вид на половину ночного города. И несмотря на поздний час, он не спал. То и дело были слышны полицейские сирены, то тут, то там вспыхивали огни проблесковых маячков. Моей Родине было далеко по криминальности до Немести. Но и абсолютно спокойной и тихой страной её назвать было нельзя. А большой город — это всегда большой город. И преступности здесь было хоть отбавляй. Грабители, насильники, маньяки и просто шпана чувствовали себя очень вольготно. И, судя по новостям, с недавних пор в столицу начали стекаться террористы. За два месяца до моего приезда взорвали местное кафе. А за месяц был взрыв на одной из станций метро.

"Я полгода воевала на благо жителей чужой страны, убивала десятками и поднимала за собой на восстание сотнями, свергла одного правителя и посадила на трон другого. А сейчас, когда на улицах моей Родины творится чёрт знает что, когда не смолкают полицейские сирены и людям страшно ходить в одиночку по вечерам, что я делаю? Читаю книжки? Нет, сижу на попе ровно и не делаю ничего. Ну, да. Спасла троих. А сколько пострадали, пока я листала страницы?"

Я поставила кружку с остывшим чаем на столик рядом и прижала пальцы к вискам. Даже у берсерков может разболеться голова. Моя просто раскалывалась, словно по ней целую неделю били молотом как по наковальне.

"У меня столько сил, столько способностей, а я просто сижу здесь. С тех пор как приехала, не делаю ничего", — подумала я.

"Но ты же сама хотела взять перерыв, отдохнуть морально, пережить всё случившееся в тишине!" — ответил мне мой внутренний голос, почему-то используя интонации Гормаша.

"Уже отдохнула. Достаточно. Если так продолжится и дальше, то я попросту свихнусь. Вот уже сама с собой разговариваю".

"Это не сумасшествие. Это просто прием, к которому можно прибегать в трудные минуты. Такие, как сейчас. Когда ты переживаешь переломные моменты. Ты же читала психологию и должна это знать", — снова вмешался мой внутренний голос.