Чтение онлайн

"Делать нечего. Придётся прыгать, — подумала я, оценивая расстояние между зданиями. — Многовато для обычного смертного, но возможно для берсерка, если забраться на пару этажей повыше. Главное — не переломать ноги при приземлении", — и с этими мыслями я поднялась на восьмой этаж. На моё счастье, никто из жильцов не решил в это время выйти на улицу прогуляться или просто покурить. На площадке никого не было. Закинув сумку со снаряжением за спину и тщательно зафиксировав её, я открыла окно, поднялась на один пролёт вверх и, сбежав по ступенькам, выпрыгнула из окна. Мои расчёты оказались верны. Я приземлилась обеими ногами на крышу и тут же перекатилась, смягчая падение. Поднявшись, быстро осмотрелась. Никого. Добежала до вентиляционного короба, сняла с него крышку и заглянула вниз. Темно и узко. Пожалуй, узко даже для меня. Прикрепив верёвку одним концом к железке, торчащей из короба, я с силой дернула. Держит. Тогда я пристегнула второй конец к своему поясу, поправила мечи и, спрятав сумку в груде старого рубероида, валявшегося рядом, начала спуск в шахту. Мне пришлось до предела свести плечи, чтобы поместиться. Несмотря на неудобства спуск был недолгий. Спустя несколько секунд мой шлем коснулся оцинковки. Я, зависнув вниз головой, посветила фонариком и тут же обнаружила вентиляционную решётку. Открутив своим мультитулом все крепления, осторожно сняла её и высунула голову наружу. В подвале, как и ожидалось, было тихо, темно и пусто. Не без труда я вылезла из тесной шахты, стараясь не наделать лишнего шума, и подошла к двери, ведущей на первый этаж. Закрыто. Пожав плечами, я достала отмычки и через несколько секунд тихо проскользнула через неё. И тут же нос к носу столкнулась с одним из террористов. Тот уже собрался заорать, но жёсткий удар ребром ладони по горлу сломал ему трахею. Мужчина открыл рот в бесплодной попытке вдохнуть воздух и начал оседать на пол, задыхаясь. Я подхватила его подмышки и затащила в подвал. Оставив там уже мёртвое тело, снова вышла на первый этаж и направилась к лестнице.

"Танцпол расположен дальше по коридору, и это самое большое помещение в клубе, скорее всего заложников держат там". И словно в подтверждение моим мыслям с другого конца холла раздалась грубая мужская брань и женский испуганный вскрик.

"Комнаты администрации и охраны на третьем этаже. Значит и мониторы для видеонаблюдения тоже там", — я молнией метнулась вверх по лестнице.

Ни на лестнице, ни в коридоре третьего этажа мне ни встретилось ни души. Понимая, что меня видно на камерах, я, войдя в транс, на максимальной скорости открывала и осматривала все комнаты на своем пути. Пусто. Пусто. Пусто. И тут моя интуиция берсерка взревела, словно пожарная сигнализация. Открылась очередная дверь. В комнате, уставленной мониторами, находилось четверо. Трое из них уже поворачивали свои автоматы в мою сторону, а четвёртый тянулся к своей рации. Очевидно они засекли моё приближение. Но благодаря моей скорости не успели должным образом среагировать. Того, что пытался поднять тревогу по рации, я сняла первым, метнув ему нож в правый глаз. Длинное лезвие пронзило глазное яблоко и вонзилось в мозг. Три других ножа тоже нашли свои цели, прежде чем террористы успели открыть огонь. Я убрала трупы со своей дороги и уставилась на мониторы. Моё предположение оказалось верным. Всех заложников держали на первом этаже. У стен танцпола стояло по два бойца. Ещё трое ходило среди пленников. Итого одиннадцать человек. Ни у одного из террористов не было видно пояса смертника. Конечно, они могли заминировать здание, чтобы при необходимости взорвать его с пульта. Запомнив расположение остальных солдат в других помещениях, я вырубила камеры и вышла из комнаты. Прошла третий и второй этажи, устранив и обыскав всех боевиков. Пульта ни у кого не было. Осталось самое сложное. Обезвредить одиннадцать бойцов так, чтобы не пострадал ни один гражданский. Спустившись по лестнице, я подошла ко входу в танцзал и поочередно передернула затворы на двух пистолетах, которые сняла с трупов. Глубоко вздохнув, ударом ноги открыла двери и прыгнула в помещение. Террористы в удивлении начали оборачиваться на шум, а я ещё в прыжке открыла огонь с двух рук, снимая сначала тех бойцов, что стояли ближе к дверям, а затем, сводя руки, и остальных. Один выстрел — один труп. Один за другим. С такой скоростью, с какой способен выпускать пули автоматический пистолет. У меня не было права ни на промах, ни на промедление. Когда подошвы моих сапог коснулись пола, все боевики были мертвы. У каждого из одиннадцати посредине лба красовался кровавый третий глаз — пулевое отверстие. Окинув взглядом танцзал и убедившись, что никто из гражданских не пострадал, я опустила руки с пистолетами.

— На выход по одному! Медленно! — мне не хотелось, что бы на радостях люди устроили давку и затоптали кого-нибудь.

Но никто не двинулся с места. Все смотрели глазами затравленных зверьков. Не было ни криков, ни визгов.

"Они боятся меня больше, чем террористов", — догадалась я.

— Вы свободны. А сейчас медленно с поднятыми руками выходите из здания, чтобы военные не открыли по вам огонь.

Кажется, до некоторых начало доходить и несколько человек вскочили с пола, помогая подняться другим. Вереница усталых и напуганных людей потянулась к выходу. Я вытащила обоймы и бросила их в урну, стоявшую в углу зала, а пушки положила рядом с одним из трупов. Бывшие заложники открыли двери и с поднятыми рукам начали выходить на улицу.

— Не стрелять! Это гражданские! — раздалось снаружи.

Я догнала пострадавших и пошла среди них. Когда мы вышли из клуба, к нам тут же бросились медики. Мне удалось прошмыгнуть мимо них и, обойдя одну из машин скорой помощи, которых тут было штук десять, если не больше, зайти за ленточное ограждение и смешаться с толпой. Протиснувшись сквозь кольцо зевак, я свернула на проулок, в котором припарковала свой байк. Моя сумка так и осталась лежать на крыше. Но в тот момент забрать её не представлялось возможным.

"Через пару минут здание будет напичкано спецназом как праздничный кекс цукатами", — пронеслась у меня мысль и, махнув рукой на сумку, я завела мотоцикл и через тридцать минут уже стояла под горячими струями душа в своей ванной, а ещё через десять лежала под одеялом. "Я сдала свою вахту. На эту ночь".

Следующие две недели прошли как обычно. Ночью я патрулировала город, а днём читала и отсыпалась. Через несколько дней после теракта мне удалось подняться на крышу "Агата", но, как и ожидалось, моей сумки там уже не было. Очевидно спецслужбы нашли её. Я всегда была слишком осторожна, чтобы оставлять свои отпечатки и ДНК на снаряжении, поэтому, махнув рукой на пропажу, и думать про неё забыла. Пока одним ранним субботним утром не раздался звонок в дверь. Я как раз отсыпалась после своего патрулирования. Ночь выдалась особенно жаркой: два разбойных нападения на частные магазинчики, две попытки грабежа на улице и одна попытка изнасилования. К тому же один из незадачливых грабителей порезался о свой же тесак и залил мою куртку кровью. По возвращению домой мне пришлось потратить почти полтора часа, в попытках отстирать свою экипировку. Так что открывать дверь я пошла с весьма заспанным видом и в не самом доброжелательном расположении духа. На пороге стояли трое. Два молодых амбала под два метра роста и мужик лет за сорок чуть ниже их с военной выправкой.

— Вы Рейн Равана? — спросил мужик.

— Ну? — подняла я бровь.

— Полковник Штайн. А это капитан Зейн и лейтенант Дрейк, — кивнул военный на своих мордоворотов.

— Ну? — повторила я, предчувствуя неприятности.

— Мы можем войти?

— Вы да, а капитан с лейтенантом пусть здесь постоят.

Я не была напугана их габаритами. Отнюдь. Просто не хотелось, чтобы в ходе заварушки, если до неё дойдёт дело, эти двое своими тушами разнесли мне пентхаус.

— Что ж, хорошо, — ответил полковник.

Я отошла в сторону, пропуская его в квартиру, и резко захлопнула дверь прямо перед носом качков. От громкого звука Штайн еле заметно вздрогнул.

"Нервничает. Это хорошо".

— Так что же вас привело ко мне полковник? — спросила я уже в слух.

— О, это очень интересный вопрос и щекотливый…

— А нельзя ли перейти сразу к делу? Знаете ли, спать очень хочется.

Я немного лукавила. Моему организму требовалось не более трёх часов сна в день. А при необходимости можно было не спать сутки напролет. Но за несколько недель пребывания в Афрэлле и ночных бдений, у меня сложился некоторый режим, даже привычка: спать ранним утром после возвращения с улиц.

— Не выспались? Тяжёлая ночь? — усмехнулся Штайн. — Собственно, как раз об этом и пойдёт речь, — и он замолчал, глядя на меня.

Я скрестила руки на груди и спокойно посмотрела в его глаза. Льдистые, пронзительные и холодные. Нет, мне определенно не понравился его взгляд. Он смотрел на меня словно охотник на добычу, которая вот-вот попадется в его силки. Моя интуиция просто вопила, что этот мужик был не просто военным. Он был из спецслужб. И сам факт, что он стоял передо мной, не сулил ничего хорошего.

"Может вырубить его, тех двоих и дать дёру? Куда-нибудь на край света, — подумала я. — А дальше что? Всю жизнь прятаться? Хотя нет, не всю. Несколько десятилетий. У берсерков же жизнь долгая".

— Просто выслушайте меня, прежде чем сделать как-нибудь глупость, — быстро проговорил Штайн, видимо, прочитав что-то в моих глазах.

— Я вас уже с порога слушаю. Только вот вы ничего определенного так и не сказали.

— Мы знаем, что вы Ночной Байкер, — выпалил полковник.

— Кто это мы?

— Я представляю отдел специального назначения при президенте.

— Оооо… И что за отдел? — я решила не отпираться, а расспросить военного поподробнее. Уйти в отказ всегда успеется.

— Это секретная информация… Мы также знаем, что это вы участвовали в освобождении заложников из "Агата", — продолжил мой собеседник.

— Интересно, на каком основании вы сделали это предположение…

— Это вовсе не предположение. Мы нашли ваше снаряжение и по нему вышли на вас. Это было непросто. Вы достаточно осторожны и не оставили на нем ни отпечатков, ни ДНК. Но, видите ли, тот арбалет… Он весьма необычен… Вес, размер… Видно, что сделан на заказ и мастером, а не куплен в интернете. А таких мастеров на нашей планете раз-два и обчёлся. И они оказываются весьма сговорчивыми при определённых обстоятельствах.

— Ясно… — проворчала я.

Моя карта была бита. Отвертеться от этого не удастся. Оставалось выяснить насколько много им известно. Знали ли они про мою работу на дона и участие в военных событиях Немести. Сердце билось как сумасшедшее, руки вспотели. Я прилагала поистине титанические усилия, чтобы не выдать своего волнения.

— Так же мы знаем, что именно вы причастны к свержению президента Немести. У нас есть видео штурма одной из её баз.

"Твою ж мать!!!" — я кинула быстрый взгляд на дверь.