Чтение онлайн

И явная слабость в организме.... Пробежал-то вроде всего ничего, а перед глазами все двоиться и в башке сплошной вакуум. Но кажется уже почти все.
– Добежал. Можно смело падать на руки встревоженным однополчанам.

– Да ведь откуда мне было знать что тут эти окажутся?
– Оправдывался я минут этак через десять, перед высоким начальством. (Реально высоким, учитывая что оно сидело на верблюде).
– Сколько тут стоим, а ни одного человека вокруг, а стоило мне только пойти травки поискать, - как они уже тут как тут. ...Еле убежал!

– Кто тебе разрешил из лагеря уходить?
– Грозно прикрикнул на меня Кииваасу, а стоящий сбоку и чуть за спиной Асииаак, уже приготовил хлыст, чтобы перетянуть меня им поперек спины по первому же приказу оуоо. Но я как бы невзначай поспешно поднял свою окровавленную руку, и заныл о заканчивающихся травках, без которых я никак не смогу поставить на ноги достойнейшего и благороднейшего оуоо Эуотоосика. Думаю получилось убедительно, потому как Кииваасу сообразив что я еще могу быть полезен, - приказа лупить меня, не отдал.

– Беги вперед, - вместо этого приказал он мне.
– Укажешь место где на тебя напали.

...Нет.
– Ну ни фига себе нравы?!
– Я раненный, прибежал упредить их об опасности, а до этого почти полдня ходил-бродил по степи собирая травки, а ко мне никакого снисхождения! А если я умру по дороге? А ведь туда-обратно, это добрых километров десять будет!

– Можно хоть рану-то перевязать нормально?
– Лишь хмуро спросил я у оуоо Кииваасу, покорно склонив голову.
– Я недолго, пока все соберутся.....

Он нетерпеливо махнул рукой, не удостаивая мой скулеж ответом, а сам начал отдавать приказы "шестерочнику" коренных, готовя карательный поход на моих обидчиков. Я же, сочтя что сей нетерпеливый жест означает разрешение заняться своими болячками, срочно побежал в расположение своей оикия, поближе к заветному хирургическому набору и складу, (увы изрядно опустевшему), медикаментов.

Тут меня встретило мое полуголое, беспортошное воинство. ...Надо же такому случиться что именно сегодня я объявил банный день, так что забритые нынче оказались абсолютно неготовыми к срочной битве, поскольку все их шмотки были развешаны на невысоких кустиках, что росли вдоль русла петляющей между холмов речки.

...Банные дни, я кстати начал вводить без всяких задних мыслей, почти сразу как получил повышение.

Не, реально.
– Куча мужиков, существующие без бабьего присмотра, - остро нуждаются в принудительно-карательной гигиене. Поскольку это только женщины, способны заметить грязь даже там где ее нету. А мы мужики, - грязь на своей одежде, умудряемся заметить, только когда она начинает с грохотом, пластами сваливаться с нее, под собственным весом.

Я бы правда не сказал, что в нашем случае грязь, немедленно становилась источником жутких эпидемий. Увы, - в первобытном мире, не говоря уж о походном существовании, - грязь это неизменный атрибут жизни. Так что у местных с младенчества вырабатывается такой иммунитет, что это микробы дохнут в присутствии человека, а не наоборот.

Но у меня был пунктик по поводу грязи. (Ох и избаловала же меня Тишка). Да и находиться круглые сутки в толпе вонючих мужиков, - не самое большое удовольствие в жизни. Потому, едва получив крупицу власти, я воспользовался ей в личных целях, позаботившись о здоровье подчиненных.

Возможно из этого ничего бы и не получилось, - ломать привычки не так просто. Но Эуотоосик про этот мой пунктик насчет чистоты, знал. Я поведал ему о нем, когда объяснял почему обязательно надо кипятить хирургические инструменты и мыть руки перед тем как начать мучить больного. Так что он поддержал мое стремление к регулярным банным дням, правда только среди забритых.
– Видать ему интересно было что из этого получится, - экспериментатор хренов.

Асииаак тоже, как ни странно отнесся к идее банных дней одобрительно. Вероятно мысль о том что даже мыться и стирать одежду, подчиненные будут ходить строем, - очень грела его душу старого служаки.

Несколько подчиненных правда возмущенно поквакали, но потом привыкли к тому, что примерно через каждые пять-семь дней, я заставляю их отстирывать, (или делать вид что отстирывают) одежду в ближайшем водоеме. Правда последние морозные деньки я вроде как поумерил свой пыл. Но вот сегодня с утра, мне почему-то пришла в голову подобная блажь. ...В конце концов, для нормального дикаря, поторчать парочку часов голышом при нуле градусов, - это не смертельно. Благо, в ближайшей роще можно наломать дровишек и погреться у пламени костра.

...В общем, - сегодня был банный день. И вся оикия забритых, кроме ее оикияоо Асииаака, который считал что ему западло возиться в воде вместе с подчиненными, и помощника оикияоо, утопавшего на поиски травок, разгуливала фактически голышом и босиком.

Кстати о "босиком".
– подхватил свою суму и побежал к реке, где старательно омыл свою рану от крови и внимательно осмотрел ее.... Да не такая уж она и глубокая как мне показалось с перепугу. ...А то что крови много натекло, - так это скорее всего из-за бега.
– Сердце стучит быстро, кровь несется по жилам как сумасшедшая, ну и через дырку в коже выливается, ясное дело сильнее. Тут по-хорошему, даже шить не надо. (Точно не надо. Зашивать раны самому себе, это то еще наслаждение, всю прелесть которого я, грубый мужлан, оценить не способен). Так что достаточно будет кой-каких мазей из арсенала Эуотоосика, и плотной повязки.

Бросился назад, указав глазами стоявшему рядом Таг*оксу на лежащую на берегу сумку. Быстренько обмазал рану вонючей мазью, нашего личного с Эуотоосиком изобретения, сочетающую как йодные водоросли так и горькую травку, а потом плотно перемотал.

Все!
– Я готов к дальнейшим подвигам, но слишком многого от меня не ждите.

...Пришлось по пути даже пару раз упасть и полежать на земле, чтобы многого от меня не ждали. ...В конце концов, аиотееки не тупицы какие-то вроде меня, - вполне бы могли просто проследить мой путь по следу, оставленному бегущим и капающим кровью человеком.
– Нафига было еще и меня тащить?

Ну да я дотащился. Дотащился и указал место, где встретил злобных супостатов, посмевших напасть на верного слугу родя Ясеня, (если конечно "ясеекээу", и впрямь означает ясень).

Тут я демонстративно сел, типа ножки меня не держат, и больше ни во что не вмешивался и не комментировал. ...А и чего тут комментировать?
– Итак все ясно.
– Вот это мои следы. Вон ихние. Я сидел на этом холмике, выкапывал корешки, а они вон оттель выскочили и попытались меня на этом холмике навечно и оставить. ...Может думали что после этого корешки расти лучше станут. Мы малость поизображали салочки на вершине холма, а потом я сумел вырваться из их окружения, схлопотав правда при этом рану на руке, и припустился бежать. ...Они малость побегали за мной, а потом отстали и сдернули назад. ...И было их, судя по следам, всего четыре человека.

Солнышко еще во всю светило, и до заката было не меньше часов пяти-шести, так что наш доблестный Кииваасу, принял решение преследовать супостатов. Для этого он взял с собой четверых оикия помоложе, а оставшимся двум велел следовать назад, присматривать за лагерем, (что-то мне подсказывает, что не столько за лагерем, сколько за тем чтобы оставшиеся под наблюдением всего лишь одного оикияоо забритые, не устроили себе пиршество из общих припасов. С них станется, с дикарей). ...Ну и меня тоже отправили вместе с этими двумя, поскольку видно было что толку от слабого забритого докторишки, в преследовании врагов, один черт будет немного.