Чтение онлайн

— Но, затем вы остались тут, в западне, правильно? Заполнила очередной пробел Венди.

— Он знал кто я такой. Знал, потому что мне было поручено стать президентом одной из его стран, но у Бога были другие планы. Когда мир перестроился — он сделал меня Мэром Дельты, полностью скрывая мою личность. Годфри говорил так, будто ненавидел себя за это. Его мотивация была понятна, как минимум, Квентину. Он, просто, не мог иначе. Будучи отрезанным от своего мира, он был обычным смертным, который не смог бы противостоять седьмой Светочи.

— Он заставил меня молчать и делать то, что он мне прикажет, хоть я и знал всё, за что мне, ужасно стыдно. Но я не могу поступить по-другому, ведь на кону была сама Светоч. Оправдывался Годфри, пока ко всем приходила ясность от его слов. Все понимали, что Велма могла, попросту — пострадать, чего, ни в коем случае нельзя было допустить. Годфрид был вынужден исполнять свою роль невольника у Бога.

— Анджелатриус продумал абсолютно всё, и сейчас его план идёт по нужному сценарию, но есть то, что наводит меня на сомнения. Выразился Годфри, оборачиваясь к Медиуму.

— Это ты, Квентин. Честно признался Король, на что Медиум опешил.

— Мне кажется, что именно Бог приложил руку к тому, чтобы ты был именно таким, каким тебя все знают. Возможно, он вложил в тебя то дерзкое подобие себя, которого у него не было — кто знает, но также, он вложил в тебя ту черту характера, которая делает тебя непредсказуемым. Годфри помолчал, заканчивая: — Твой дар помогает тебе мыслить так, как не может себе представить Бог. На самом деле, моё мнение — он не подозревает того, что ты хочешь убить его. Выразился Годфри, и все опешили, услышав это вновь от того, кто не должен был этого знать. От внезапного союзника, в лице самого сурового Мэра, который, всё это время, был двойным агентом, играя роль тирана. Из этого и понятные не состыковки в его поведении, касательно Циркачей и того же Приюта. Годфри, каждый день, рисковал своей головой, дабы обезопасить Велму. Теперь, Король видел настоящее желание убить Бога, в глазах у Квентина.

— Я горжусь тем, что вы научились контролировать свои судьбы сами и хотите попытаться остановить вторжение Реокталей, но вынужден тебе сказать, Квентин, что Анджелатриуса невозможно победить. Ты сам понимаешь, он оказался не совсем Богом, но является сильной Светочью. Прояснил Годфри, и Квентин покачал головой. С него спало бремя убийцы Бога, и он стал воспринимать всё по-другому.

— Но, так или иначе, он — не Бог, а значит его, всё-таки, можно убить, правильно?

— Квентин, даже если кто-то знал, каким образом его можно убить… Хотел было сказать Годфри, но Медиум перебил его: — Мы всё о нём знаем! И этого хватит, если вы все поможете. Мы переиграем Ублюдка! Неожиданно выпалил Квентин, чем поверг всех в шок. Велма посмотрела на Медиума, и тот, посмотревши на девушку в ответ, не отпуская её руки, добавил: — Я заставлю этого Шизика, с манией величия, заплатить за всё что он натворил. Годфри покачал головой, на что Медиум стал оперировать понятными фактами: — Ну же, Годфри, вы ведь не дадите Реокталям лишить Землю жизни! Никто из жителей Земли не виноват в проколе Бога, вы же понимаете это?

Понимал это даже Архангел, который, к удивлению всех, справился с новостями, и первым поддержал Квентина.

— Он прав. Мы должны помешать ему. Подал голос Михаил и Дез посмотрел на него так, будто Архангел не понимал, в какой масштаб это всё вырисовывается.

— Почему именно я сейчас рядом с вами? С долей обиды поинтересовался Дез, усаживаясь в кресло.

— Вы даже не представляете, как тяжело будет противостоять армии Реокталей и самому Анджелатриусу. Качал головой Годфри. Все молчали, обдумывая то, что только что услышали. На кону было многое, но задача казалась все более невыполнимой.

— Сделаем это. Внезапно высказалась Велма, на что удивились все.

— Ты точно уверена? Спросил Годфри, на что Велма посмотрела на Квентина. Да, их встреча была не случайна, но она не верила, что после всего их чувства — кем-то придуманные, и для неё, даже то что происходило вокруг, не было так важно, как понимание того, что Медиум думает также. И они оба это знали. Она готова была его поддержать, ведь как выяснилось ранее — они любят друг друга. И он хочет спасти её.

— А, хрен с вами, давайте уже уходить — так под свою музыку. Ударил себя ладонями по коленям Дез. Все посмотрели на Венди, которая уже ничего не решала. Король посмотрел на Квентина и кивнул ему, так же, как и стали кивать друг другу все.

— Надеюсь, ты понимаешь на что себя подписываешь, Квентин. Произнёс Годфри. Квентин осмотрел всех тех, кто его окружает, взглянув, следом, на комнату, в которой лежала Ева. Он не мог иначе. Он должен был отомстить. Отомстить за всех. Огонь в глазах усиливался, в то время как Годфри, молча, за этим смотрел. Пока что — всё идёт по сценарию.

— Сделаем это. Подытожил Квентин.

5.

Велма сидела, оперевшись подбородком в колени. Ей казалось, что мир вокруг кружится, от круговорота событий, о которых она только что узнала. Так много лжи и фальши. Не особо было понятно, за что было более обидно. Было много вопросов. Большинство — связанных с родителями, при чём, как с настоящими, так и нет.

Она смотрела на ребят, которые суетились, но ей казалось, будто они двигаются в эффекте замедленной съёмки. Столько всего давило на голову. Реоктали, Киллириа, Светочи, смерть Евы…

Всё это витало вокруг головы, на фоне шума, который создавались ребятами. Это было невыносимо. Тело рвало на куски от ощущения о том, что тебе лгали. Чувство марионетки накатывало всё сильнее, сжимая руки в кулаки. Виски громко пульсировали, а глаза закрывались. Велма, стала ощущать себя по-другому. Никак человек. Она, будто бы, стала чувствовать внутри себя тот самый зачаток, о котором говорил Король Годфри. Этот зачаток стал чем-то дискомфортным, тем, что мешает в груди, и не даёт подышать воздухом. Естественно, это была психосоматика, не более, но тем не менее — воздуха стало меньше. Вдруг, всё резко переменилось.

Открыв слегка закрытые глаза, Велма обнаружила на своей руке, которой она прикрыла лицо, руку Квентина, что дотронулся к ней. Придя в себя, Велма обнаружила его прямо перед собой. Он просто стоял напротив неё, с чашкой чего-то вкусного и дымящегося. Он смотрел на неё, теми же добрыми глазами, будто разговора, переворачивающего жизни, только что не было, и всё было по-прежнему. Она посмотрела по сторонам, затем на Медиума. Уж он, как никто, должен быть в центре этих разгорячённых дебат на тему того, как спасти мир, но он стоял перед ней, и, на данный момент, просто протягивал руку. Велма, не раздумывая, протянула руку Медиуму, и даже не поняла, как он потащил её за собой.

Внезапно, в нос ударил свежий, хоть и приевшийся, воздух. Велма тряхнула головой, оказавшись на веранде, около подвесного диванчика, точно такого же, как в доме Венди, на Бете.

Велма посмотрела на Квентина, который её сюда привёл. Он протянул ей чашку, которую она взяла двумя руками.

— Подумал, что тебе нужно проветрится. Пожал плечами Квентин, стоя перед ней, как неотёсанный орангутанг.

— Ты же должен быть с ними, Квентин. Потребовала Велма, на что Квентин покачал головой.

— Да пошли они! Ругнулся парень, добавляя: — Им нужно, как минимум, шесть с половиной минут на то, чтобы переругаться и поспорить за своё мнение. Затем, они остынут и только тогда можно поговорить с ними. Привёл факты Медиум, на что девушка улыбнулась. Зануда, как и всегда.

— Спасибо. Большое спасибо. Кивнула Велма, устраиваясь на диван.

— Вот ещё что… Стеснительно произнёс Квентин, доставая плед. Накрыв Велме плечи, он стал напротив неё, а Велма села на диванчик, скрестив ноги. Отхлебнув удивительного напитка, Велма почувствовала приятный вкус, чего то сладкого и столь вкусного, что прогоняло по телу приятную горячую волну.