Чтение онлайн

— А как же Земляне, Подонок?! Кричал Квентин, одаряя Анджелатриуса ударом, что отразился жаром в руке Квентина. Бог, казалось бы, не обращал внимания, стараясь обхватить Медиума крепче, пока его молнии искрили всё чаще.

— В этом и была суть Эдена! Я не мог спасти всех, физически! У меня не хватило бы времени, для того чтобы спасти их всех, и выполнять свою роль в нашей истории, вовремя внося коррективы. Я был важнее их, пойми! Я спас только тех, кто был достоин этого!

— Ублюдок! Прокричал Квентин, на что Бог, схватив Квентина крепче, произнёс: — Задержи дыхание, Квентин!

В момент, прогримел гром, а статуя раскололась в щепки, от возникшей голубой и очень яркой вспышки, что растворила Анджелатриуса и Квентина в воздухе, оставляя после себя лишь слабые отблески света. Они пропали, оставляя после себя пустой Рай, который был готов сгинуть почти полностью от башни, которая рухнула аккурат перед тем, как башня рухнула на землю, сотрясая всё вокруг до такой степени, с которой не сравнились бы два ядерных взрыва, возникших одновременно. За какие-то пару мгновений — Эден стал местом, в котором прошёл настоящий судный день. А Анджелатриус и Квентин, тем временем, трансгрессировали на Землю.

Буквально за минуту до того, как Велма заметила как две точки, что образовали двух цветные линии, снесли шанхайскую башню — её взгляд приковал Михаил, чьи крылья горели.

— О, Господи, Михаил! Воскликнула Велма, закрывая рукой губы.

— Я в порядке. Сквозь зубы ответил Михаил, взявшись одной рукой за остаток крыла. Дёрнув, Михаил со стоном оторвал от спины обгоревший до основания остаток крыла, на что Велма вскрикнула. Она сделала шаг вперёд, на что Михаил остановил её. — Не нужно! Крикнул он, срывая второе крыло. Как только Михаил упал на колени, стараясь утихомирить чувство боли и обиды, Велма и увидела как в небе появилось что-то.

Они появились также из ниоткуда, и Квентин, схватив Бога за голову, швырнул вперёд перед собой, предварительно раскрутив его, как тряпичную куклу. Золотистый свет держал его на воздухе и позволял, свободно, летать, впрочем как и самому Богу. Медиум полетел вслед за Богом, настигая его в момент, когда Анджелатриус приблизился к шанхайской башне. Схватив Бога, они взлетели вверх, то и дело кувыркаясь, снося своими телами огромные куски башни и накреняя её. Они перебрасывали друг друга, через каждые пять метров, нанося свои удары друг-другу, всё больше и глубже вбивая друг друга в башню, с каждым разом. Шанхайская башня покосилась, в момент, когда инициативу на себя перехватил Квентин и, схватив Анджелатриуса, он, что есть силы, вдавил его в башню, и они пробили её, унося её с собой. Так, Шанхайская башня начала рушится.

— Это наш знак! Прокричал Михаил, схватив Велму за руку. — Пора выполнить свою миссию!

— Это же Квентин! Мы должны помочь ему! Истерично кричала Велма, понимая с кем именно вступил в схватку её возлюбленный.

— Ему важно сейчас то, чтобы ты выполнила свою часть плана! Кричал Михаил, обхватив девушку огромными руками. — Будем молится, чтобы он справился…

Это было последним, что сказал Михали, оборвав крики Велмы и её попытки вырваться из рук Михаила, дабы бросится помогать Квентину. Михаил благословил Квентина и они с Велмой Трансгрессировали на Эден, оставляя войну за Землю, так же как и дуэль Квентина и Бога, без присмотра.

16.

Дезмонд летел вперёд, оставляя за собой лишь золотую полосу. Угольный Реокталь покорно ждал, пока его армия продвигалась вперёд, стараясь задавить численностью Землян. Всё началось так быстро, что Дезмонду даже не удалось посмотреть назад, дабы увидеть, остался ли кто живой. Всё это время он познал всего одного противника, с самого начала всей этой войны. Этот противник не уступал ему до самого падения шанхайской башни. Они сражались так долго и искусно, что ни один, ни другой, не могли найти слабое место противника. Тогда, в самом начале войны, Дез мчался к нему навстречу, пропуская почти всех Реокталей вперёд. Его скорость нарастала, вместе с золотистой оболочкой, вокруг него. Искрящие молнии, всё чаще, напрочь лишали Реокталей жизни. Дезмонд, как и многие другие, на этом поле битвы, проходит по своей нити судьбы, как гласила теория Бога. Его сила выросла до невероятных пределов.

Резко остановившись, Дез взлетел наверх, оставляя после себя небольшую яму, будто от взрыва. Золотая искра протянулась по туману вверх, оставляя золотой рубец на полотне тумана. Поднявшись в воздух, Дез махнул рукой, из которой брызнула молния.

Золотистый отблеск молнии ударил в землю, и образовалась вспышка. Вместо молнии, на земле появился огромный леший, что, вместо чёрного, как обычно, светился ярким золотым светом. Дез спикировал в его сторону, переходя в свободное падение. Леший, именуемый Дезом как Джулиус, кинулся в сторону Реокталя, подпрыгивая. Огромные деревянные руки схватили Деза, переплетаясь вокруг него корнями. Джулиус прыгнул достаточно высоко, для того чтобы сделать в воздухе оборот на 360 градусов, дабы раскрутить Деза посильнее. Раскрутив Дезмонда, Джулиус выстрелил хозяином, как пушечным ядром, и Дезмонд полетел в сторону Реокталя, разрезая золотом туман, в очередной раз. Сам Джулиус увеличился в размере в полтора раза, превосходя Реокталей на три-четыре метра. Его руки превратились в массивные ветки неизвестного дерева, с огромными шипами. Леший стал сметать руками Пришельцев, подобно подметая веником пол, а его тело, тем временем, пускало под землёй огромные золотистые корни, что убивали Реокталей, выбрасываясь из под Земли. Из огромной шевелюры между рогами Джулиуса, прямиком посаженной Дезмондом в виде татуировки, на самом основании лысого черепа был настоящий золотистый лес, от которого, подобно выстрелам, стали вылетать золотистые вороны, что пронзали тела Пришельцев.

Дезмонд, пролетая приличное расстояние, успел расставить руки, из которых в землю стали вонзаться молнии, на месте которых образовывались верные друзья Деза, что слетали из его тела, в виде татуировок, проводя по Дезу золотые полосы, окрашивая парня в один цвет. Татуировки перевоплощались в жизни, как уже упоминалось ранее — не в чёрный, а золотистый цвет, наделяя всех питомцев Деза необычайной силой. Дезмонд искрил невероятной силой, влетая в угольного Реокталя. При их столкновении раздался огромный золотой взрыв, который, вдалеке, в самом начале войны, увидела Венди. И с тех самых пор — девушка шла ему на помощь.

Невероятные создания, придуманные Дезмондом, кружили вокруг своего хозяина, разнося толпы Реокталей, и создавая пустой круг, вокруг своего хозяина, в котором был лишь двое существ. Самые невероятные существа двигались с такой скоростью, что образовывались настоящее золотое кольцо, что разрезало туман на кольца. Преодолевая очередной круг — каждое существо уничтожало наступающих Реокталей.

Дез метнулся влево, делая вид, что он нападает. Реокталь подставил ногу, закрываясь руками, и Дез, неожиданно, метнулся вправо, где Пришелец был, полностью, открыт. Каждый рывок сопровождался отблеском золотого света и молний, что калечили густую стену тумана, внутри обширного золотого круга. Выставив колено, угольный Реокталь отбил атаку Деза, второй ногой делая прыжок назад. Сгруппировавшись, Реокталь сделал кувырок в воздухе назад, приземляясь на ноги. Едва коснувшись земли, Реокталь метнулся на Деза, который, в свою очередь, подпрыгнул вверх на пару метров, стараясь упасть на спину летящего внизу противника. Пришелец не уступил, и успел отпрыгнуть от ныряющего вниз Деза. Ударная сила заставила парня войти в землю почти по пояс, и он почувствовал, как ледяные лапы Реокталя схватились за его ноги. Одним резким движением Дез оказался в парящем положении, пока угольный Реокталь раскручивал его за ноги, как младшего брата, набирая нешуточную скорость. Дез не стал долго думать и протянул к лицу Реокталя руку, на ладони которой загорелась набитая руна. Из знака полился настоящий золотой огонь, будто из пасти дракона, полностью скрыл голову и половину тела Реокталя. Как только руки Пришельца ослабли, Дез использовал вторую руку, из которой выстрелила маленькая птичка, что теперь казалась противотанковым патроном, которая впилась в ногу Пришельца, заставляя его пошатнутся. Дез толкнул Реокталя двумя ногами, освобождаясь и приходя на ноги, путём приземления на руки, затем на ноги.

Пришелец отошёл назад, пригибаясь от остатков огня Деза. Шлем и грудь Реокталя, слегка, оплавились, что придало ему ещё более устрашающий вид. Не давая Дезу ни секунды на отдых, Реокталь бросился на парня, применяя в ход большие и острие лезвия, что появились из его локтей. Дез, умело, подныривал под каждый удар, то и дело, создавая вокруг своей ладони нечто наподобие меча из магического материла, что исходило из его ладони. Они старались попасть друг в друга, вальсируя друг с другом в танце бойни. Дез не мог попасть в него, или одолеть в рукопашном бою. Его злость порождала все больше золотистого света внутри себя, постепенно скрывая им Деза целиком. Здесь, как и у Квентина, у Деза сыграла гордость за то, что он стал первым. Только в случае Деза — он стал тем, что сейчас сражался с самым сложным противником в своей жизни.

Каждый промах заставлял Деза злится всё сильней, добавляя себе больше силы. Но, её, всё равно, было недостаточно, чтобы задеть противника. Вокруг них разрастался всё больший хаос.

В какой-то момент, Реокталь напрыгнул на Деза, пробивая ему двумя ногами в грудь. Дез отлетел назад, приземляясь на спину. Мигом, на него напрыгнул Реокталь, которого Дез, сразу же, схватил ногами за голову, выламывая ноги противника своими руками. Схвативши Реокталя в захват, Дез перебросил его под себя, тем самым поднимаясь наверх. Как только Пришелец оказался на земле, его нога выскользнула из под руки Деза, и Пришелец пнул свободной ногой по колену Деза. Сорвавшись с места от удара, Дез полетел на Реокталя, который готовился встретить его своими лезвиями. Дез, на последнем мгновении, согнул руку в локте и выставил перед собой, на что мгновенная и небольшая молния образовала вокруг руки Деза большой золотой щит, на который упал Дез, дабы отбить лезвия, на которые он летел. Пришелец успел перекрутится на земле, дабы уйти от щита Деза. Поднявшись на ноги быстрее Деза, Реокталь прыгнул в сторону парня и успел уклонится от внезапной атаки огромного золотистого меча, который Дез держал рукой, что покрывались золотистыми доспехами, делая из Дезмонда знакомого нам рыцаря, только теперь он был облачён в цвет Дара Дезмонда.