Чтение онлайн

– Это флейта... Подарок одного друга...
– и добавил не очень понятное: - Надеюсь, она нам здесь не понадобится...

Роллан хотел было спросить, что именно это означает, но почему-то не решился. Слабый свет свечи трепетал на лице Оззи, и выглядело это лицо очень суровым. Роллан даже подумал, что его спутник напоминает ему одного из тех героев, о которых он так любил читать в древних героических сказаниях.

– Если не найдём воды, то долго не продержимся, - заметил Оззи.

– Сыро... вода должна где-то быть, - сказал Роллан.
– Вообще Ловерок славится своими источниками и ручьями.

– Странно... Раньше я ничего не слышал про Ловерок, - задумчиво произнёс Оззи.
– Известно было, что за долиной Фарран лежат дикие северные земли, но такого названия как... Ловерок, никто в Эллизоре не употреблял.

– А сколько лет ты провёл у таллайцев?

– Десять... да, десять... За это время так не могло всё измениться. Тут что-то не то...

– Мой отец... а он всё же Великий посвящённый... говорит, что скоро наступит время Великого торжества, когда все тайны раскроются...

– Какие тайны?

– Тайна времени в том числе. Он говорил, что много-много лет назад произошла какая-то катастрофа из-за чего границы между Эллизором и другими странами перестали быть проходимыми. И это как-то связано со временем.

– Со временем? А сколько именно лет назад случилась та катастрофа?

– Точно не знаю. Но не десять лет назад. Может быть, сто. А может быть и больше ста лет. Никто точно не знает.

Даже при слабом свете свечи Роллан заметил, как исказилось лицо его спутника.

– Этого не может быть!
– словно бы простонал Оззи.
– Не могло пройти столько лет! Если это так, то все уже умерли! Все!

Возникла довольно продолжительная пауза. Свеча догорала и Роллан был вынужден зажечь новую.

– Почему же тогда я жив?
– услышал Роллан и понял, что вопрос адресован вовсе не ему. Да он и не знал, что на него ответить.

Потому они довольно долго стояли возле очередного разветвления подземной штольни, решая, куда именно повернуть.

– Ладно, идём туда, откуда сильней сквозит, - решил Оззи, присматриваясь к пляшущему пламени одной из последних свечей.

Затем они шли неопределённо долго, так что Роллан потерял счёт времени, а Оззи явно начал терять силы куда быстрей своего более юного спутника. К тому же он стал сильней хромать, хотя лёгкая хромота была заметна и ранее. В какой-то момент штольня, которой они следовали, резко сузилась, и Роллан даже испугался, что сейчас впереди обнаружится тупик. Однако вместо тупика они оказались в более просторном коридоре. Этот проход имел правильную четырехугольную форму и, по всей видимости, был сложен из каких-то явно искусственного происхождения плит, и тут же по стенам потянулись жилы и сплетения большого количества проводов и кабелей.

Оззи в задумчивости потрогал одну из таких жил:

– Не исключено, что мы в районе Маггрейда, - заметил он.
– Только в Маггрейде в былые времена могло быть столько электричества и проводов к нему.

– Надо найти выход на поверхность!
– воскликнул Роллан.

У него вновь окрепла надежда, что они выпутаются из этой опасной истории. Он всё еще воспринимал всё происходящее, как настоящее приключение, а не авантюру, которая легко может стоить им обоим жизни. Что делать, как известно юность, порой, до самого конца не верит, что та же война есть война, на которой убивают всех подряд, невзирая на возраст, а те или иные опасные обстоятельства, стихии, даже если нет войны, также могут нести смерть для любого из представителей человеческого рода.

– Наверное, надо, - усмехнулся в ответ Оззи.
– Но разве ты никогда не слышал про Маггрейд и что с ним произошло?

– В сказаниях говорится, что некий Великий маг построил там Башню мира, но что-то не рассчитал и она рухнула. При её падении погиб весь Маггрейд.

Оззи кивнул:

– Ну, что-то вроде того... Только эта башня не просто рухнула, она взорвалась вместе с атомным реактором. После этого взрыва и началось то Великое разделение, о котором ты и говоришь.

– Да об этом я тоже читал... И второе светило в небе появилось тогда же?

– Да, точно. До падения Маггрейда этой дуги не было!

– Да, дела... А ведь это была эпоха настоящих героев!
– не удержался Роллан от вздоха.
– Как я мечтал в детстве попасть в то время! А что такое атомный реактор?

Оззи только хмыкнул, достал из кармана одну из последних свечей и зажег ее от огарка догорающей.

– Делать нечего, попробуем найти ход наверх, - сказал он.
– Хотя неизвестно, что нас там ждёт...

Спустя несколько минут они обнаружили в одном из боковых ответвлений-тупиков железную винтовую лестницу, которая была крепкой на вид и даже ржавчина её почему-то не коснулась.

– Я пойду первый!
– выдохнул Оззи.

Роллан попытался возразить, потому как вид у его спутника был и вовсе не очень: кожа на лице сделалась какого-то неживого серого цвета, а каждое движение, которое приходилось совершать при подъёме, Оззи осуществлял словно бы в задумчивости, замедленно. При этом он почему-то выпростал из-под рубашки и плаща флейту на кожаном ремешке и теперь сжимал её левой рукой, хотя это и явно мешало ему подниматься быстрей. Выглядело это довольно странно и смущало Роллана, но он так и не нашелся, что можно на всё это сказать или возразить. В конце концов они поднимались наверх, а Роллану так осточертели все эти подземелья, что любая открытая земная поверхность, какие бы опасности она не скрывала, казалось куда более желанной.

Однако Роллан вскоре убедился, как обманулся он в своих ожиданиях. Винтовая лестница и впрямь привела их наверх. Вероятно, ранее здесь был какой-то склад или ангар, но по причине былого катаклизма все было разрушено и теперь представляло собой разрозненную груду торчащих в разные стороны обломков каркаса довольно большого помещения. Под одним из этих лежащих под углом к поверхности земли обломков и скрывался ведущий вниз проход вместе с винтовой лестницей. По всей видимости была ночь, но пространственно-временная дуга исправно цвела и здесь, освящая любую ночь и делая её "белой" или, иначе говоря, "светлой".

Довольно долго они сидели на одном из мелких обломков, даже не потрудившись смести с него пыль, и старались прийти в себя, перевести дух. Воздух был куда как посвежей, чем внизу, под землёй. Правда, не ощущалось почти никаких запахов. Ни влагой не тянуло, ни зеленью, не было слышно пения птиц, даже легкое дуновения ветра их не касалось. К тому же стояла тишина, которую очень легко можно было назвать мертвой. Роллан обратил внимание, что Оззи стало получше: по крайней мере цвет лица перестал быть таким землистым, как несколько ранее, теперь он был просто бледным.