Чтение онлайн

Геронтиум, глядя на своего собеседника, тоже решил ограничиться лимонадом и сухим печеньем.

– Я услышал только часть разговора, - продолжил Яков.
– Пока я разбирался с Тимуром, пока прокрался дальше в дом через подвал... В общем, эта ведьма втолковывала Ганне, что я ненастоящий правитель Эллизора. Что я - самозванец, который захватил власть неправедный путем, ложью и обманом, с помощью магии и преступлений! Представляешь?

Геронтий хмыкнул и вдруг начал язвить в ответ. Что на него в этом смысле нашло, он и сам не мог понять, ведь в отношении своего начальствующего друга это никогда ранее не было ему свойственно. Не говоря уже о том, что такого рода поведение вообще опасно, тогда как главный жандарм, пусть и был человеком желчным, осторожность ставил выше всего. А тут, вдруг, что-то случилось, переключилось не в ту степь, если можно так выразиться, да ещё в такой именно что степени, когда Геронтий с внутренним ужасом ощутил: он оговорит то, что недолжно и то, что не хочет, и ничего с этим не может поделать!

– Ну, мой великий друг, разве это неправда?
– сказал он.

– Перестань же ёрничать, шутник!
– удивился Яков, будучи всё ещё в запале от ранее происшедшего и не сразу обратил внимание на поведение главстража.
– Ты забываешься!

– Ладно-ладно... просто у меня сегодня настроение такое. Весёлое... Впервые за много лет чувствую себя гораздо лучше... Так, что еще сказала эта женщина?

– Гм... Женщина?! Да я её сожгу эту ведьму на медленном огне в чреве Скунса! Она недостойна называться женщиной!

– Ну, это всегда успеется. Повод мы найдём! Так что же она?..

– Под конец заявила Ганне, что скоро придёт настоящий правитель Эллизора, настоящий избавитель...

– Во как?!

– Да... и зовут его как-то так: Илиоз Освободитель!

– Илиоз?

– Да, так!

– Гм... Странно... Но это что-то напоминает...

– Вот-вот... подозрительно как-то звучит! Такое ощущение, что я где-то уже это слышал. Или читал. Только не могу вспомнить - где?

– Кстати, чуть не забыл!
– решил выложить дополнительную информацию Геронтий.
– Похоже, что твоя дочь раньше встречалась с этой ведьмой в книжной лавке Бальтазара.

– Ага, да, есть такой... У него раньше Роллан постоянно пасся, хотя я ему и запрещал. Отравил себе ум и воображение всеми этими "Светоносцами" и "Единорогами". Давно надо было уже ввести цензуру и всех этих единорогов запретить!

– Ну, раньше это было нам не выгодно. А сейчас...

– Пока тоже не стоит.

– Может тогда самого Бальтазара под замок?

– Нет, пока не надо. Лучше ты его обложи со всех сторон. Проследи все связи. А там посмотрим... Может, налог ему какой назначить, чтобы чувствовал, о нем не забыли...

Помолчали. Геронтиум по-прежнему с некоторым страхом ощущал, что его распирает какое-то странное и непривычное внутреннее веселие, в том числе - желание дерзить Великому посвящённому, уязвить его, посмесмеяться над ним. Нет, это было странно... С чего бы? Всегда главный жандарм относился к Великому магу с почтением, уважительно. Даже тогда, когда Яков ещё не был этим самым Великим да ещё и магом тогда не был, в древние те незапамятные времена. Но ведь и тогда в нём чувствовалось желание и готовность стать, сделаться таковым. Потенциал мага в нём явно ощущался и в молодые лета, вот что! Почему и все вокруг были склонны относиться к Якову уважительно, с опаской, потому как с такими людьми шутки плохи! А уж после пробуждения, за все годы строительства Гранд-Эллизора, какой Яков взял авторитет, никто не мог дерзнуть даже слегка иронизировать рядом с ним. И тут... что же с ним, с Геронтием, случилось? Или что-то случилось с самим Великим посвящённым?

Поймав себя на такого рода мыслях, Геронтий поперхнулся печеньем и закашлялся. Очень сильно подавился и сильно закашлялся, так что прибежал сам владелец ресторана и принялся аккуратно стучать главного жандарма по шее, против чего тот не возражал, поскольку ощутил довольно большой испуг от всего происходящего - от того, что он может прямо сейчас задохнуться крошками дурацкого печенья, попавшими в его дыхательные пути. А ещё с ужасом подумал, что это может быть ему законное наказание за непочтительное поведение в отношении Якова, Великого мага.

Тот и впрямь изучающее глядел со своего места из-за стола на кашляющего и хрипящего жандарма. Ещё недавно взволнованный и разгоряченный обнаруженной изменой, Великий посвящённый успокоился, и взгляд его сделался вновь непроницаемым и холодным как лёд. Наконец, он услышал, что именно и каким тоном говорил с ним его главный после покойного Тимура приближённый. И если Тимур явно предал его, то Геронтий только что и в самый неподобающий момент (раскрытия сущей крамолы!) прибегнул к вполне откровенной насмешке. Что бы это вообще могло означать? И на кого теперь, даже в мелочах, даже и в без того скромном быту, можно положиться?

Вновь и ещё более страшное, чем прежде, одиночество ощутил Великий Посвящённый за столиком небольшого ресторана на одной из улиц самого Гранд-Эллизора. Геронтиум, наконец, прокашлялся и уже что-то хотел сказать, как вдруг с улицы с немалым шумом и в явном подпитии ввалил какой-то здоровяк в форме гвардейской стражи и начал требовать самого крепкого северного эля, который в этом заведении никогда не подавали.

– Разберись с ним!
– коротко буркнул Великий посвящённый Геронтиуму и, поглубже натянув на глаза капюшон, вышел вон.

Он неспешно шёл по улицам Эллизора по направлению к Дворцу, кутаясь в плащ, хотя ещё был ранний вечер, светло, и почти по-летнему жарко. Но в душе у Якова крепчала зима. Внутри было так холодно, что хоть волком вой. Незаметно для себя он оказался возле изваяния Великого Скунса и довольно долго стоял перед ним, что-то бормоча себе под нос, так что даже привлёк внимание дежурного стража. Да, надо что-то делать. Нужны крайние меры. Но до времени последнего пробуждения нельзя эти меры применять. Правда, судя по всему, уже включился таймер и пробуждение скоро настанет, но до этого момента ещё может пройти несколько недель, а то и месяцев, тогда как хочется действовать прямо сейчас, незамедлительно! Именно так: не-за-медлительно! И тогда... тогда Великий посвящённый покажет всем своим врагам, что такое настоящая ярость, что такое настоящее отмщение! Прочь сомнения! Истинно, они, его враги да и вообще большинство окружающих людишек достойны великой кары! Все эти умники и книжные черви, типа того же Бальтазара! Они, по сути своей бездельники, мнят, что нечто знают и понимают, что им открыто некое ведения. Однако ж никогда сроду не в состоянии что либо осуществить всерьёз, прибегнуть к реальному труду, быть причастными настоящему поту и настоящей крови! Они лишь способны рассуждать о том, как хорошо бы вообще без пота и крови обойтись и насколько достойны порицания те, кто умеют свой пот и кровь (пусть не только свою, да) проливать!

Хватит, слишком долго он давал им возможность просто жить и даже благоденствовать, тогда как они вовсе недостойны этого! Сытая жизнь и спокойствие развращают! Всякая довольная свинья не имеет и толики верности, предаст в любой момент! Вон, тот же Геронтиум, как вдруг заговорил! Это из него просто вырвалось наружу - то, что он скрывал всё это время! Впрочем, Яков и раньше не обольщался: знал, что до конца на этого жандарма нельзя полагаться, а тут это стало ещё более очевидно. Но, вот, чтобы собственная дочь и верный Тимур так предали его, это он, Великий маг, не вполне ожидал! Не иначе как наслушались всех этих Бальтазаров? Надо же, он, Яков, дожил уже до преклонных лет, а всё еще имеет в душе толику наивности, так получается? Понадеялся, что определённая свобода, отсутствие жесткой цензуры в обществе не развратит само это общество? Нет, так не бывает... Но, вероятно, и хорошо, что это он, наконец, осознал, ведь по-настоящему велик может быть лишь тот, кто не питает никаких иллюзий! Совсем никаких! Стало быть, настало время ему и впрямь прийти в великую силу, наконец-то обрести её! Вот чего ему все эти годы и десятилетия не хватало: избавления от иллюзий!

Тут Великий посвящённый заметил, что охраняющий Скунса страж уже ходит вокруг кругами, прервал цепь наиважнейших мыслей, метнул на служащего строгий взгляд и неспешно отправился к себе в дворцовые покой, вполне довольный прошедший встречей с Геронтиумом, ведь, истинно, теперь он знал, как действовать дальше.

Геронтиум же прошедшей беседой с Великим посвящённым доволен не был. Выставив из ресторации подвыпившего стражника, он ещё долго сидел за пустым столиком, размышляя, что крайне напортачил и, похоже, окончательно потерял доверие Великого мага. Разумеется, это было крайне неприятно. Точнее говоря, это было крайне опасно для самого Геронтиума, и как надо действовать в этой ситуации главстраж пока не знал. Впрочем, он тоже был далеко не мальчик и кое-какой опыт по части того, как надо выпутываться даже, казалось бы, из самых безвыходных положений, тоже имел.