Чтение онлайн

– -

Говорил?

– -

караульный задумался.

– - Да сам вроде не говорил --

другие говорили

...

Тут и я призадумался. Дедка я этого знал только внешне, может быть

,

от силы перекинулся однажды парой фраз, не более того. Был он уже слабоват для

серьёзных

работ и поэтому н

ё

с в основном караульную службу, проблем которой я прямо не касался, за исключением разве что, вот как сейчас

,

случаев

серьёзных

прорывов. Причины помалкивать о сво

ё

м прошлом у старика,

наверное

, были. Многое из того, что было связано с институтами довоенного прошлого, у оставшихся в живых

часто

вызывало

, что называется

не

мотивированную

злобу

. Мне вообще казалось, что вс

ё

священство, к каким

бы

конфессиям оно

н

и

принадлежало

, погибло во время войны или было вырезано в самые первые год

–

два после окончание активных боевых действий.

Этому старикану, как видно, удалось хорошо замаскироваться

и уцелеть

. Хотя

всё равно

ведь раскусили

!

К

ак видно, спасло его то, что в принципе он заслуживал уважения, да и приня

тые внутри нашего клана нормы

толерантности

,

в целом

,

работали

:

не грызть друг друга, какое бы прошлое

кто не скрывал

.

А скрывать что-либо или просто опасаться за себя мог почти каждый.

– -

Он

жив?

– -

спросил я.

– -

Пока жив,

– -

ответил караульный.

– -

Но боюсь, долго не протянет. Раны уж больно

серьёзные

.

– -

Ладно, пойду навещу его,

– -

сказал я максимально равнодушным тоном, чтобы не выдать свою заинтересованность.

– -

Мутанта пока уберите в погреб н

омер шесть, он пустует, я потом

проведу подробный осмотр

"

.

Анасис на время оторвался от чтения случайно обнаруженной им тетради и слегка перевёл дух. Пальцы уже не дрожали, но тревога только усилилась. Кто же, кто же мог спрятать здесь эту старую тетрадь, содержащую крайне опасные для дела хранителей записи? А ведь тот, кто знаком с данными записями, при определённой осведомленности в истории Эллизора, легко может подобраться к самой главной тайне Закона. Это мог быть тот же Леонард -- ещё до своего заключения в тюрьму.

Хранитель отставил в сторону кувшин с вином и налил себе воды: в подобной ситуации надо стараться сохранять трезвую голову. Несколько раз тряхнув оной, Анасис попробовал сосредоточиться и вновь открыл тетрадь:

"

Старик Иван лежал в общем лазарете, в дальнем углу.

Меня предупредили, что хотя он

и в сознании, но вряд ли пережив

ё

т эт

у

ночь

. К тому же рассудок его может помрачаться.

Я молча присел возле его кровати. Почувствовав, что рядом кто

–

то есть, он открыл глаза и некоторое время молча смотрел на меня

,

видимо, не сразу узнав, кто приш

ё

л к нему. Он

,

действитель

но

,

был стар, а теперь

,

после смертельного ранения

,

его глаза горели лихорадочным блеском, но между тем в старческом его облике я

вдруг увидел