Чтение онлайн

— Ты как-то похорошел, не то, что тогда, после дембеля. Новая стрижка? — спросила она, и одной этой фразой и возвысила его, и принизила, и дала понять, что заинтересовалась.

Семен, казалось, обалдел от такого внимания к своей персоне. Он глуповато и счастливо смотрел на нее, не в силах сказать ничего умного.

— Да пойдемте, же! Там все начинается! — воскликнула Катя и, схватив меня и Настю под локти, потащила в зал. Семен как намагниченный устремился за нами.

Мы зашли в зал и стали сквозь гудящую толпу пробираться к сцене, где готовилась к выступлению какая-то группа, а посередине стоял Макс с микрофоном и приветствовал публику.

— Ведьмы и ведьмаки, и прочие вурдалаки, вы готовы? — исступленно орал он, — Я не слышу! Тут есть кто-нибудь? Я не вижу! Поднимите мне веки!

Публика отвечала ему свистом и нестройным, но мощным хором: «Давай уже! Жарь!»

— Да начнется шабаш!!! Встречайте наших друзей из Тюмени — группа «Bloody maid»! — провозгласил он, вернул микрофон на стойку и скрылся за кулисами.

Публика заорала и захлопала. Парни на сцене начали играть первую песню, лихо крутя головами и размахивая длиннющими густыми хайрами не хуже чем у Насти. Это были известные блэкушники, одни из Катиных любимцев, верные продолжатели дела «Cradle of Filth». Я этот стиль не очень-то жаловала. Визжащий вокал, вампирские образы и песни про кровь и сатану казались мне нелепыми и комичными в своей одиозности. То ли дело дум-метал с его насыщенным глубоким звучанием, пробирающим до мозга костей. Да и образы самих дум-металлистов мне были как-то более приятны, простые черные одежды, минимум аксессуаров, никакого инфернального грима и жуткого пирсинга. Я смотрела на парней затянутых в цепи и кожу и ждала выхода «Монстров», прислушиваясь к своим ощущениям.

Зачем я пришла сюда? Слушать музыку? Тусить среди толпы неформалов или увидеть их, Макса и Д.? Обоих? Или кого-то одного. Нет, я же запретила себе думать об этом. Буду лучше просто веселиться, как Катька. Лишние мысли — лишние переживания.

Несколько раз за время концерта мы выходили покурить, один раз дошли до закутка, оборудованного под бар, где Семен угостил нас коктейлями.

— А откуда ты знаешь «Монстров»? — спросила Катя, когда мы встали с напитками возле высокого круглого буфетного столика.

— О, это страшная история, — протянул Сема.

— Расскажи нам, — потребовала Настя, стукая маленьким кулачком по столешнице.

— Да, схлестнулись с одним из них в «Саббате», потом пили вместе, вот и познакомились, — сказал Семен.

— Как это «схлестнулись»? — переспросила Катя.

— Подрались, — пояснил он.

— А из-за чего? — не отставала Настя.

— Из-за бабы, — ответил Сема, — все беды от баб!

— Погоди, — догадалась Настя, — а это случайно не тогда было, когда ты свой дембель гулял?

— Тогда и было! Точно! — подтвердил Семен, — Я же с вами и познакомился тогда, вспомнил сейчас только!

Он растерянно смотрел то на меня, то на Настю, и у него был вид, как у человека только что вышедшего из комы.

— Ну, а что за баба-то была? — снова нетерпеливо спросила Настя.

— Мэри, — ответил Сема и сделал большой глоток пива из жестяной банки.

Мы с девочками пооткрывали рты. Значит, драка в тот памятный вечер все-таки была, и теперь мы приблизились к человеку, который знал ее подробности и был участником.

— А кто с кем дрался? — спросила я.

— Ну, что вы вспомнили, что было сто лет назад. Как говорят, кто старое помянет, тому глаз вон, — недовольно сказал Сема, — подрался, помирился. Никого не убил и хорошо.

Говоря «никого не убил», он как-то нехорошо поморщился. Заметив, что он резко посерьезнел и поскучнел, Настя решила спаси ситуацию.

— А тебе, правда, так больше идет, чем совсем ёжик! — сказала она, протянула руку и погладила его по волосам.

Он посмотрел на нее с одобрением и благодарностью, а еще с восхищением. И я поняла, что парень увяз. Сто раз я наблюдала это, начиная еще со школы. Наверняка и Катя замечала в институте, как какой-нибудь парень говорит с Настей и вдруг, сам того не ожидая в определенный момент влюбляется. Я научилась чувствовать этот момент с точностью до доли секунды, так четко, что хотелось щелкнуть пальцами. И уловив взгляд Семена, я тут же посмотрела на Катю. Она тоже все поняла. Новый симпатичный парень всегда ее.

Эти слова стоило написать на плакате и повесить над Настиным окном.

В этот момент к нам, откуда ни возьмись, подлетел Макс. Он властно и в то же время нежно прижал меня к себе и жарко прошептал на ухо: «Я сейчас объявляю «МэМэ» и уезжаю в «Диггер», хочешь сбежать со мной?»

Я почувствовала, как по коже предательски побежали мурашки. Лучше бы он просто вонзил в мое сердце острое лезвие ножа, даруя быстрое и безболезненное избавление от всех переживаний.

Я посмотрела в его глаза, он торопился, но ждал ответа.

— Я не могу, не сегодня… — промямлила я.

— Ну, если передумаешь, можешь прислать сообщение на пейджер, — ответил он, — легко запомнить — 002, абонент «Мегамышь». Бесплатно с любого таксофона.

— Мегамышь… — заворожено повторили мы хором с Катей.

Макс кивнул, чмокнул меня в щеку, затем пожал руку Семену, махнул девчонкам и исчез так же неожиданно, как появился.

— Куда он умчал? Я не поняла! — воскликнула Настя.

— «Монстры» на сцене, пойдемте, — ответила я.

Они как всегда были потрясающи. Даже не смотря на то, что Илья играл сидя на стуле, он все равно оставался верен своему мрачному демоническому образу. Завесил лицо волосами и отрешенно перебирал струны. Стас в своей черной рубахе и неизменных кожаных штанах напоминал ангела смерти. Димон яростно крутил в руках барабанные палочки и выдавал виртуозные пассажи, сидя за своей «кухней».

И конечно, Д. выглядел на сцене как бог. Высокий, стройный в черных джинсах и с голым торсом.<3> Он пел, ходил с гитарой по сцене. Его волосы то и дело взлетали, когда он наклонял и резко вскидывал голову в такт музыке. Они играли песню группы «Katatonia», с коротким названием «12». Песня ввергла меня в настоящий транс. Я смотрела и слушала Д., и, кажется, даже забыла, на каком свете нахожусь. От его глубокого мрачного гроулинга[1] и слов: «…she died so beautiful…», моя душа была готова отделиться от тела и лететь в вечность со скоростью ветра.

«Я люблю его! Я выйду за него замуж!» Я поняла это так же ясно, как то, что меня зовут Ника. Это необъяснимое чувство, настоящее видение или прозрение или еще не знаю что.

Но именно в этот момент мне стало ясно, ради чего, а точнее ради кого я пришла на этот концерт. И это был не Желтков. И это было удивительно, ведь всего несколько минут назад, когда он был рядом, мое сердце рвалось к нему!

Мне захотелось затрясти головой, чтобы выгнать оттуда все мучительные, провокационные и противоречивые мысли. Что я и сделала, ведь я все-таки была на метал — концерте, где можно и нужно сходить с ума.

После выступления парни ушли обратно к себе в гримерку. Началась рок-дискотека. За пульт встали две незнакомые девы в пышных платьях и шляпах-цилиндрах, пришедшие на смену сбежавшему Максу.

— Это они, те грымзы, которые Илюшу лапали, — показывая на девиц, пожаловалась Настя.

— Так сейчас они к нему не пристают, делом вон заняты, пойди к Илье, поговори, — предложила Катя.

— Нет! Я не буду за ним бегать. Пусть сам меня ищет, — сказала Настя.

— Трудно будет ему на дискотеке с костылем, — заметила я.