Чтение онлайн

За стол я сел уже затемно, когда все давно уже спали, кроме караульных, поел остывшее, отыскал пустое местечко в зале, уже не надеясь на матрас или одеяло, и задремал.

Утром запыхавшаяся девка вбежала на двор и застыла, не зная, как отыскать того, кто просил прачку. Я подошел к ней, дал еще несколько медяков и получил пусть и сыроватую, но все же чистую одежду.

На вторую ночь нам повезло больше. Мы заехали в город Грейдальф и разместились в доме бургомистра. Памятуя о своей прошлой ошибке, я выпросил у здешних слуг запас бумаги, чернил и перьев. Мало ли, вдруг брат Краст запросит еще?

Но даже в богатом бургомистровом доме, полном слуг и служителей культа, брат Краст выдумал, чем меня озадачить. Близость города будто вдохновила его на всевозможные поручения, и я бегал не только по дому и двору, но и по городским улочкам, выискивая то одно, то другое. Под конец я вытаскивал людей из постелей, чтобы те сделали то, что нужно. Благо я догадался прихватить с собой одного из здешних новусов, ибо горожане вряд ли бы согласились помочь незнакомому мальчишке в простой одежде.

Потому весь третий день я дремал в седле, получая пинки от Фалдоса и Ренара, когда совсем уж начинал сползать.

Дальше мы ночевали в деревне, затем снова на постоялом дворе, откуда хозяин загодя выгнал всех постояльцев… Затем мы остановились близ города, но внутрь нас уже не пустили, зато подготовили добротный лагерь с шатрами, навесами и ужином чуть поодаль от городских стен. Из наших уроков с покойным братом Илдросом я знал, что этот город находится на землях иного культа, потому гостеприимство было оказано уже совсем иное.

А спустя дюжину ночевок вдалеке показалась голубоватая, как утренняя дымка, полоска. То был тот самый хребет.

Издалека горный хребет выглядел совсем не опасным — просто дымка где-то там впереди. Я много раз думал, как он выглядит, но всякий раз представлял себе лишь большие, с культовый замок, холмы, поросшие деревьями. Если б хребет был именно такой, то любой сапиенс смог бы обойти его за неделю.

— Дядя говорил, что с того дня, как хребет станет виден, в округе прибавится кровавых зверей. И люди в этих краях не живут.

— Живут! — отозвался брат Йорван, который часто ехал рядом с нами. — Только не такие, как мы привыкли. Дикие.

Я невольно вздрогнул. Значит, отчим из этих краев?

— Да, кровавые звери тут попадаются чаще, но мы вряд ли с ними встретимся.

— Это почему же? — удивился Фалдос.

— Кровавый зверь, конечно, быстрее и сильнее обычного, но повадки-то у него те же. Разве волк бросится на такой большой отряд? Даже стая волков предпочтет обойти нас стороной. А вот крестьянам здесь приходилось туго, потому и нет ни деревень, ни городов.

— А крепости? Почему не поставить тут крепости? — снова спросил Фалдос.

— Для чего? Кровавых зверей крепость не остановит, а людей с этой стороны можно не опасаться. Откуда им приходить? Соседние государства стоят вдоль хребта, а с той стороны через горы к нам не попасть. Только морем и сильно в обход.

Это я уже знал из карт брата Илдроса. В Фалдории знали названия захребтовых государств, но торговали напрямую только с одним из них — самым северным, у которого был выход к морю. Можно было бы еще торговать через южное море, но на юге хребта с нашей стороны раскинулось государство Арканум, которое захватило почти все побережье и не пускало торговцев оттуда. Брат Илдрос говорил, что арканумцы предпочитали сами плавать на ту сторону, закупали товары и продавали их в соседние страны.

За целый день пути хребет почти не изменился, словно мы стояли на месте, а не ехали с утра до вечера. И остановились мы не в деревне и не на постоялом дворе, а впервые раскинули свой собственный лагерь, разве что место для него было подготовлено. Это была небольшая ложбина меж холмами, где уже стояли навесы для лошадей, торчали вкопанные жерди для шатров и вокруг былых кострищ лежали бревна вместо лавок.

Вот теперь-то и стало понятно, зачем первогодков распределили по опытным походникам. Если прежде только брат Краст изводил меня поручениями, то сейчас каждый из собратьев оказался по уши в заботах. И Фалдос, и Ренар, и я — все мы под присмотром обозников выволакивали тяжеленный Крастов шатер из повозки, натягивали ткань меж жердями и обставляли его изнутри, расседлывали лошадей, таскали воду из ближайшего ручейка, переругиваясь с другими жаждущими, искали место для своего ночлега, ломали сосновые ветки и укладывали их на землю вместо соломы. Притом обозники сказали, что больше помогать нам не будут. На следующей остановке мы займемся всем сами, начиная с поиска нужной повозки.

Бывалые адептусы распределили, кто когда будет стоять в карауле, выдали копья, очертили границы, дальше которых лучше не заходить. Наш черед выпал под самое утро, так что поев, мы с Фалдосом сразу пошли отсыпаться, а Ренар остался в шатре Краста. Вдруг главе отряда потребуется что-нибудь? Мы решили, что всякий раз кто-то один будет оставаться для услужения.

Наутро опять поднялась суета, когда отряд сворачивал лагерь. А потом снова дорога.

Хребет приближался неохотно, медленно вырастая от узенькой полоски до уже видимых очертаний гор. И горы те были вовсе не такими, как мне думалось прежде — острыми белыми концами они царапали облака. Все чаще нам приходилось ползти наверх по пологим склонам, изредка передыхая на небольших спусках.

Спустя еще пару дней мы повернули налево и пошли к горам не напрямую, а как бы наискось. Всезнающий брат Йорван пояснил, что во избежание ссор культы разделили подножие хребта на отдельные участки. Наш был чуть севернее.

И уже казалось, будто не мы едем к горам, а они неотвратимо наползают на нас, вздымаясь далеко за придуманные мной пределы. Выше самого большого древа Сфирры, выше башен замка, выше облаков и выше птиц. Наверно, потому здесь и звери особенные — кровавые. Обычные в таком месте будто бы и жить не должны. Даже брат Краст, несмотря на массивную фигуру и немалый рост, выглядел мелковатым для хребта, что уж говорить о нас, о новусах?

Когда я уже смирился с мыслью, что нам придется ехать к тем дальним белоснежным вершинам, отряд вдруг свернул с еле видной дороги и спустя некоторое время подъехал к высокому крепкому частоколу. Там даже две деревянные башенки по бокам от ворот имелись, будто строители хотели сделать нечто наподобие замка Revelatio да вовремя спохватились. И что удивительнее всего — за частоколом уже были люди.

— Брат Краст! — послышалось с одной из башен. — Уж не припоздал ли ты в этом году?

— Не припоздал! — отозвался глава нашего отряда. — А ты, брат Орвин, не засиделся ли? Открывай ворота!

Створки медленно поползли наружу. Брат Краст выждал, пока они распахнутся до конца, а потом въехал во двор, следом за ним тронулись и все остальные. Внутри я увидел большую конюшню, несколько домов, сложенных из камня, шатры, людей культа и, как ни странно, разгуливающих повсюду кур. Уже потом в стороне я углядел сам курятник.

С башни спустился тот самый брат Орвин, с виду обычный мужчина лет пятидесяти, только чересчур бодрый для своих лет. У меня в деревне мужики на десять — пятнадцать лет моложе выглядели большими развалинами, чем он. Орвин покровительственно похлопал по плечу брата Краста: