Чтение онлайн

— Не верь ему, — горячо зашептал Трай. — Не слушай его.

— Он психопат, Кира, помешанный на своих обидах и тех, которые ему якобы нанесло человечество, он убежден, что может творить с нами все что захочет. Но больше всего он не любит наших военных…, - вдохновенно вещал полковник.

Я не выдержала и заорала.

— Не обольщайся, он ненавидит всех одинаково!

— Почему ты не заткнул ей рот? — прошипел снизу Альдо.

А голос полковника звучал все ближе и ближе.

— Послушай, я же все про тебя знаю. И про тетку твою и про бабку с двоюродной сестрой и про подружку твою я тоже знаю. Я знаю все, о чем мечтают такие как ты. Ты думаешь, что стала значимой и нужной для сильного мужчины? Это миф, девочка, ты нужна не сама по себе, а как средство для достижения цели — его цели, не твоей. Возвращайся, мы сможем защитить тебя.

— Они похищают женщин Кира. Это рабство. Они хотят от них только одного — детей. Кстати, их методика не всегда срабатывает и в таком случае ты труп. Ты в курсе? Зачем тебе здесь оставаться? Пыль, жара, грязь, антисанитария — каменный век! А твой так называемый муж — дикарь с нестабильной психикой.

— Не смейте обзывать его дикарем! Он… Андерсена читал! — я вновь не сдержалась.

— Что, правда, читал? — тут же спросил Трай.

— Заткни ее, наконец! — взбесился Альдо. — А если не можешь заткнуть, выруби. Я разрешаю.

— Если ты не замолчишь, я так и сделаю, — выдохнул мне в ухо Трай.

У меня, как у Маугли, было «достаточно колючек под языком», но Трай вцепился меня с такой силой, что говорить я не могла, я и дышала-то с трудом, под аккомпанемент изощренной ругани Альдо.

— Кира Андреевна, вы же разумная, современная женщина. У нас есть многое, что мы можем дать друг другу. Вы поможете нам, а мы обеспечим вам безбедное существование.

— Подумайте, если вы уйдете с нами, то мы отпустим всех окаторцев, среди них есть женщины, Кира, и дети.

Я дернулась и Трай тут же зашептал.

— У них нет пленных женщин и детей, он врет.

— И мы не даем выкуп за тех, кто не смог умереть в бою, — прошипел снизу Альдо. — Не смей изображать из себя героиню! Стой и молчи, найлек!

— А вы знаете, какую характеристику дали ему наши психологи? Агрессивный социопат, не контролирующий своих действий. Я вообще не понимаю, как можно находиться рядом с таким!

— Кира, помнишь, ты пообещала делать то, что я скажу? — еле слышно прошептал Трай. — Кивни, если помнишь.

Я кивнула.

— Вот и умница. Сейчас я тебя оставлю, чтобы спуститься вниз, а ты останешься тут. Ты ни за что не покажешься на глаза людям полковника, поняла? Они должны думать, что тебя увели, понимаешь? Кивни, если поняла.

— Я не дура, — борясь за каждый глоток воздуха, просипела я.

— Тогда три шага назад и сиди тихо, как мышь, — сказал Трай и почти телепортировался вниз.

— Кира, — продолжал говорить полковник, и в его голосе слышалось отчаяние. — Неужели тебе все равно? Тебе все равно?! Все равно кто он? Он же искусственно созданное существо, неудачный эксперимент. Мутант, монстр с неустойчивой психикой! — вопил полковник.

— Эй, полковник, проповедь свою прекрати! — низкий голос Альдо, отразившись от песочных стен, вызвал небольшой обвал в нескольких метрах от меня.

— Кирен прекрасно знает, что я такое, но до сих пор это никак нам не мешало. И кошмары после сегодняшнего, ей снится, не будут.

— Кстати, я тебя кошмары не мучают? Раз за разом ты приводишь молодых сильных мужчин в Окатор и зарываешь их в песок. У тебя не хватает мужества умереть вместе с ними, а?

— Что ты обещал на этот раз? Геройские подвиги в дикой стране? Борьбу за свободу и независимость? Освобождение угнетенных? А они вообще в курсе, что это даже не Земля? Они все умрут, полковник, как всегда. Сколько таких доверчивых на твоей совести?

— Одна тысяча сто тридцать четыре, — тут же уточнил Трай.

— Если вы и дальше будете так расточительны, полковник, то очень скоро я увижу, как умрет последний солдат вашей армии, а там и до последнего человека не далеко.

— И он еще называет меня монстром? — веселился Альдо. — Эй, ребята, — обратился он к подтянувшемуся спецназу. — Неужели цифра не впечатляет? Может, сами его тут прикопаете? По — тихому? Вернетесь, свалите на меня.

Я стояла за границей света и слушала. Альдо и Трай, откровенно издевались над спецназом, как будто десяток профессиональных военных с огнестрельным оружием не представляют для них никакой угрозы. Губы обоих то и дело кривились в одинаково хищных улыбках.

— Ты обречен, — полковник был в ярости. — Ты последний, ты пережиток, анахронизм. Ты один, твой папаша постарался. И ты такой же псих, как и он, как все вы! Вы все умрете!

— Ну и что, — пожал плечами Альдо. — Я и без тебя это знал. Савары умрут со смертью последнего. Откуда тебе знать, что сегодня моя очередь?

— И не надо меня жалеть, лучше себя пожалейте, вам ведь еще до Перехода топать, вполне возможно, что какой-нибудь тасог прикончит вас, избавив меня от геморроя. Если бы вы были приличными, вежливыми парнями и пришли сюда, чтобы тихо сдохнуть в пустыне…. Да я бы вас и пальцем не тронул! Наоборот, похоронил бы с честью! А так — вас сожрут!

— Мы чтим Договор, — заметил Трай.

— К черту Договор! Савары больше не поддерживают отношений с их миром, это официальное заявление! — рявкнул Альдо. — Мы закрываем Дверь, навсегда! Окатор обойдется без людей. Мы сполна расплатились!

— Кстати, полковник. А вы знаете, что случилось с вашим коллегой? — Альдо выдержал театральную паузу и радостно сообщил. — Ему отрубили голову.

Выходит, кроме Андерсена Савар читал еще и Дюма? В книге, завтрак мушкетеров у стен Ла-Рошели закончился победой, а в жизни? На что рассчитывают Трай и Альдо, собирая вокруг себя стольких противников? На то, что нож быстрее пули? Какой-то киношный бред получается.

Я с ужасом ждала, чем кончиться это противостояние, а перед глазами был голубоглазый паренек, оставленный где-то в глубине этих бесконечных коридоров. Зачем? Ради чего? У меня оставалась слабая надежда, что они все же смогут договориться, и я испытывала гордость за «родной» спецназ, невозмутимо сохранявший выдержку и спокойствие. Ребята на провокации не поддавались. Сглазила!

— Сдохни, тварь! — один из пришедших с полковником в ярости нажимал на курок, но выстрелов не было.

— Ненавижу! — отбросив бесполезное оружие, метнулся он к Альдо.

— Взаимно, — хмыкнул Савар, пришпиливая парня к стене.

А потом была бойня. Трай и Альдо не защищались и не нападали. Они убивали, молча, быстро, жестоко. Мои соотечественники почти не стреляли, это жизнь, а не кино, где патроны бесконечны. Лишившись этого преимущества, они умирали один за другим… бесполезно, страшно, больно.

Я тихонько сползла на песок и закрыла глаза.

— Кирен? Открой глаза, найлек, — голос Альдо раздался совсем рядом. — Я… опять напугал тебя?

— Ты же понимаешь… или мы или они, Кирен. Посмотри на меня, пожалуйста.