Чтение онлайн

Вот так оповещение! Можно подумать, что на эту богоугодную землю странники, если и попадали, то исключительно с приступами амнезии.

Ниже была изображена карта Европы. Восклицательный знак красного цвета красовался на берегу Балтийского моря. Это место и называлось Меербургом.

Я считал, что хорошо знаю географию, но эта карта как-то не соотносилась с пройденным мною курсом. На востоке располагалась матушка-Россия, к западной границе ее примыкала Курляндия, а продвинувшись еще чуть-чуть на запад, за Неман, мы и попадали на эту самую богоугодную землю, где наше пребывание символизировал жирный восклицательный знак красного цвета. Траумлэнд — вот как называлась эта земля.

— А где же Пруссия?! — сорвалось у меня с языка.

— На месте Пруссия! Где ж ей быть?! — откликнулся незнакомый голос.

Я обернулся. Рядом со мною стоял леший. Или тролль — так этот народец называют на Западе. Он смотрел на меня с высоты своего гигантского роста и добродушно улыбался.

— Что, странник, не знаешь, куда попал? — спросил тролль.

— Угу, — откликнулся я. — Значит, говоришь, на своем месте.

Я вновь взглянул на карту: Пруссия находилась вроде бы и на своем месте. Но от Курляндии ее отделяли Траумлэнд, река Зюденфлюс и горный хребет Раухенберг. А я всегда считал, что Пруссия расположена прямо за Неманом.

— Ты, странник, по всему видать, географию по другой карте учил. По той, что на оборотной стороне висит.

Я обошел стенд и на задней части обнаружил еще одну карту. «Сюрприз! — было написано над нею. — Найди одно отличие между картами, и ты не заблудишься!»

Чего уж тут искать?! И так все ясно. Отличие заключалось в том, что на задней карте никакого Траумлэнда не было. И прямо за Курляндией простиралась Пруссия. И разделял их только Неман.

Тролль не уходил. Ему было нечем заняться, и он был не прочь ответить на вопросы заплутавшего путешественника. А поскольку при встрече со мной он не стал душить меня в объятиях с воплями: «Ах, маркиз де Ментье, граф Дементьев или как там тебя, как я рад тебя видеть!», значит, мы не были знакомы, и я решил не стесняться зеленого великана.

— Ничего не понимаю! — простодушно объявил я.

— Меня зовут Грэмбл, — ответил на это тролль.

— Очень приятно. Граф Дементьев, — отрекомендовался я.

— Тут все просто, — произнес тролль.

Но его перебили.

— Сергей! Гы-гы-гы! — крикнул Половецкий. — Оставь в покое эту тупорылую зелень! Иди сюда! Гы-гы!

Мне сделалось неловко перед новым знакомцем за бестактность моего приятеля. Но тролль не знал русского языка, и слова Половецкого нисколько его не смутили.

— Эта карта… — произнес он, и вновь его перебили.

— Эй, Грэмбл! — крикнул подполковник по-немецки. — Оставь в покое моего друга! Хо-хо-хо!

Тролль повернулся к Половецкому и объявил:

— Он задал мне вопрос.

— А я тебе жару сейчас задам, ха-ха-ха! — не унимался подполковник.

Конечно же лешие, или тролли, — уродливый народец. Но Грэмбл был таким добродушным!

— Сашка, уймись ты! — крикнул я и повернулся к троллю. — Дружище, не обращай внимания. Мой друг иногда неудачно шутит. Давай-ка вернемся к карте.

Грэмбл повернулся спиной к Половецкому. Тролль ткнул грубым ногтем в стенд и сказал:

— Вот это настоящая карта Европы. А ту карту, что висит сзади, русские идиоты нарисовали.

— Почему же это — идиоты?! — обиделся я.

— Потому что. Мало того, что неправильную карту сделали, так еще и Польшу по ней разделили. В результате Траумлэнд, который был частичкой Речи Посполитой, вообще забыли.

— Вот, значит, как, — ответил я.

— Вот так, — кивнул тролль и добавил. — Чудные вы, русские.

— А с чего ты взял, что я русский? — удивился я.

Зеленый великан громко фыркнул, обрызгав меня слюной.

— Да потому что возле этого места только русские рты и разевают! — объяснил тролль. — А все остальные изучают географию по нормальным картам.

Я внимательно присмотрелся к собеседнику. Этот Грэмбл был не так прост, как казался на первый взгляд. «Русские идиоты!» — сказал он, прекрасно зная, что я русский. Что ж, возможно, таким образом он мстил за «тупорылую зелень». Но это было несправедливо, поскольку Грэмбла оскорбил Половецкий, а отыгрался он на мне. Я вздохнул. Пожалуй, не стоило разжигать международческий конфликт. И я утерся как в переносном, так и в прямом смысле слова: уж больно этот Грэмбл слюнями при разговоре брызгался.

— Ладно, любезный, спасибо, просветил, — промолвил я и попытался отойти.

Но тролль преградил мне дорогу.

— С тебя десять талеров, — объявил он.

— Какие еще десять талеров?! За что?! — возмутился я.

— Как это — за что?! — разозлился Грэмбл. — Я оказал тебе услугу.

— Какую еще услугу?!

— Я дал тебе консультацию. Это услуга, и она стоит денег, — заявил тролль.

— Нет у меня никаких денег, — решил я положить конец спору.

Однако спор только начинался.

— Если нет денег, пойдем к нотариусу, ты выпишешь вексель, — предложил Грэмбл.

— Слушай, дурень, я не собираюсь тебе платить! — отрезал я.

— Десять талеров или контролль! — объявил Грэмбл.

Ловким движением левой руки он проткнул ногтем мой сюртук и пригвоздил меня к стенду, прямо к карте. К восклицательному знаку, наверное, — мне не было видно.

— А что значит контроль? — спросил я.

— Контролль — это враг троллей, — просветил меня Грэмбл.

Он опять обрызгал меня. А воняло от него так, словно в его пасти две недели за кошками не убирали.

— Слушай, дружище, я не враг троллям. Но с какой стати я должен платить за то, что ты тут языком от скуки чесал?!

— Ты контролль! — сделал окончательный вывод тролль.

Он выхватил из-за пояса дубинку, которую я не замечал до сих пор. Зато теперь разглядел, что это для тролля была дубинка, а для меня — дубина. Даже дубинище, я бы сказал. Правая рука Грэмбла взметнулась вверх, и я зажмурился в ожидании сокрушительного удара.

Как это было глупо: выйти живым из стольких передряг и погибнуть в результате случайной ссоры с тупорылым зеленым троллем. Утешала лишь возможность отомстить Грэмблу за то, что он оплевал меня: я намеревался забрызгать его мозгами и кровью.

Неожиданно прогремели три выстрела. Тролль взвыл и выпустил меня. Я великодушно простил его за нечаянное брызганье слюной и бросился к Половецкому. Подполковник и лейтенанты достали вторые пистолеты и всадили в тролля каждый по пуле.

— Пойдем отсюда быстрее, хы-хы-хы, — скомандовал Половецкий.

Мы направились прочь от пристани. На ходу я обернулся. Тролль уселся на землю под стендом и, оттопырив нижнюю губу, мусолил только что полученные раны.

— Пойдем, пойдем живее, — повторил подполковник. — А то этот урод сейчас пуль наковыряет и начнет кидаться ими! Хы-хы-хы! А у нас кожа не такая толстая! О-ха-ха-ха-ха!