Чтение онлайн

Речь Старшего была прервана громким лошадиным ржанием. Послышались тяжелые шаги, и в комнату шагнул человек. Его кольчуга в полутьме казалась покрытой багряным налетом, который оплывая, отмечал путь вошедшего причудливой змейкой. Подойдя к столу, он бросил на него слабо звякнувшие перчатки и тяжело опустился прямо на земляной пол. Чадящий светильник, внезапно полыхнув, осветив знакомое безусое лицо.

– Я едва стою на ногах. Зов высосал меня до конца - недовольно буркнул Младший.
– Он медленно стянул с головы кольчужный капюшон, от чего на широкие плечи высыпала копна темных, непослушных волос.
– Эти уроды защищались до последнего, особенно возле Его покоев. Он хищно улыбнулся.
– Вот была мясорубка! Половина моих собратьев осталась там. Но куда больше там осталось этих Темных. Точнее кусков от них.
– Младший уже открыто смеялся, намеренно игнорируя обращенные к нему вопрошающие взгляды.

– Ты убил Его?
– тихо спросил Старший.

Младший не ответил, а лишь потянулся за кувшином, и без каких либо усилий вытащив глубоко забитую пробку, начал жадно пить. Пурпурно-фиолетовые капли, стекая с длинного подбородка падали на покрывавшие кольчугу кровавые разводы.

– Ты бы привел себя в порядок. От тебя несет смертью.
– Средняя не скрывала своего отвращения.
– И не тяни, ответь нам, ты расправился с Ним?

Младший неторопливо оттер с лица капли вина, хмыкнул и, слепо глядя в пространство перед собой, нехотя бросил: - Да.
– Он поставил кувшин на стол, и устало зажмурился.
– Еще пришлось повозиться с его мерзкими деймонами. Эти гадины разорвали на куски Свирепого и почти прикончили Буйную.
– Юноша молча опрокинул в себя узкое горлышко. Острый кадык судорожно заходил по худой шее.

– Не напивайся.
– Не понятно чего в голосе Средней было больше - участия или осуждения.
– Даже если Он мертв, остались Его последователи.

Но Младший сестру не слышал.
– Это оказалось правдой. В самом деле, эту тварь способен развоплотить только я.
– Он икнул и криво усмехнулся.
– Те из наших, что считали иначе, сейчас уже кормят червей. Идиоты. Я им говорил, что бы не высовывались. Но им нужно было войти в историю. Теперь, - он басовито хихикнул, - будут рассказывать о себе истории на том свете.
– Юноша хлопнул ладонью по колену Средней.
– Друг другу.

– Глупая шутка. В тебе нет сочувствия даже к павшим соратникам.

– Жалеть дураков, угробивших самих себя. К чему?
– Младший снова потянулся к кувшину.
– Любовь к ближнему, и все такое - это по твоей части сестричка. Моя задача делать грязную работу, на которую вы не способны. Одна по причине человеколюбия, а второй просто не хочет пачкаться. Сражаться нам не почину. Он у нас за всех думает.
– Младший посмотрел на Старшего поверх узкого горлышка и вновь глотнул вина.
– Полагаю, пока меня не было, вы тут изрядно прошлись по моей кровожадности.

– Хватит.
– Старший стукнул кулаком по столу и жестко бросил - Эти споры ни к чему, они бессмысленны. Каждый из нас рожден для разных целей. Ты создан для борьбы и сражений и ни кто не спорит, что ты делаешь это хорошо. Даже слишком хорошо. Еще раз прошу, расскажи, как ты расправился с Четвертым?

– Не хочу. Я слаб как младенец.
– Младший непритворно зевнул.
– Завтра. Всё завтра. Я пошел к своим спать.
– Он тяжело встал с пола, с хрустом потянулся и вышел из дома. Деревянная дверь гулко хлопнула, заставив Среднею пугливо вздрогнуть.

– Он не исправим.
– Средняя говорила еле слышно и печально.
– Я люблю его, но как же сложно мириться с этой его бесчувственностью и жестокостью. Старший в ответ вздохнул и тихо посоветовал: - Ложись спать.

•••

1310 г. от Прихода Триединых

Торния. Приграничье. Окрестности Мистара

"Знайте, что в 1310 г. от прихода Триединых

во времена правления императора Рейна IV

состоялся большой и весьма успешный поход

против эрулов в котором довелось принимать

участие и будущему маршалу Торнии Вилару Дуэну...".

Маршал Вилар Дуэн

"Завоевание Приграничья"

Леона вздрогнула, когда чья-то рука с размаха хлопнула ее по плечу.
– Нервничаешь?
– жаркие губы обожгли ухо.
– Не стоит, я ведь с тобой.
– Трулла засмеялась сочным, грудным смехом. Наклонившись, она впилась ей в рот поцелуем и тут же отстранившись, прошептала: - На удачу любимая.

Леона оглянулась и покраснела.
– Не стоит так в открытую, - недовольно буркнула она.

– Не стоит?
– Все еще смеясь, переспросила Трулла .
– Я их годара и эти обладатели членов мне ни чего не скажут.
– Она поманила совсем молоденького воина, чьи большие, серые глаза всегда с восхищением останавливались на Леоне.

– Скажи Эрвен, - худая рука с плоскими мужскими пальцами ткнула юношу по забренчавшим грудным пластинам, - тебе нравится Леона?

Мальчишка, испуганно уставившись на суровую годару, проблеял, - Не знаю.
– Он побагровел еще сильнее и под смешки товарищей начал что-то бормотать про красоту благородной хольдеры Хьёрдисон.

– Как не знаю, - продолжала издеваться Трулла.
– Она провела ладонью по спине Леоны, до прикрывавшего широкие бедра кольчужного подола.
– Знаешь, какая она сладкая?

– Прекрати, Тру!
– Как и ее годара Леона была дочерью Анудэ, а значит, ей многое позволялось. Среди дочерей Однорукой было немало любительниц женской ласки, как среди сыновей Гибне, поговаривали, частенько встречались поклонники мужской любви. Высокая и длинноногая Трулла с гривой темных, столь редких среди элуров волос, затащила ее в постель уже на второй день пребывания Леоны в столичном фирде.

– Успокойся девочка, - полумаска шлема Труллы закрывала ее лицо, приоткрывая лишь нижнюю часть скул.
– Дочери Анудэ вольны выбирать себе спутников жизни, будь то мужчина или женщина.
– Леона захотела возразить, но оглушающий звук рога ее прервал. Трулла хищно усмехнулась и, махнув на прощанье рукой, побежала рысцой вдоль ощетинившихся шеренг.

– Строй держать до конца. Первую атаку выдюжим, а потом сами ударим. Да так, что эти южане будут только пятками сверкать.
– Трулла остановилась возле высокого и широкоплечего подгодара.
– Кутберт на тебе копейщики.
– Наступавший рассвет оглушал пронзительной тишиной. Лица годары за маской было почти невидно, лишь бледные губы нетерпеливо дергались. Внезапно она застыла, напоминая изготовившуюся к прыжку дикую кошку. На другом краю широкой лощины послышались крики людей, скрип повозок и дробный стук копыт. Трулла запрокинула голову и широко разинув рот исступленно заверещала.
– Уттта!
– Огромный двуручный меч в руках годары летал как перышко.
– Уттта! Уттта!
– Сила детей Анудэ не сравнима с силой обычного человека. И сыновья, и дочери Однорукой были могучи как вековые дубы и несгибаемы как железные прутья.