Чтение онлайн

А: Эти явления называются в литературе «видение». Понимаемое не «визуальный ряд», а внутреннее зрение.

В: Я себе сформировал намерение на свою жизнь. Я это намерение выполняю.

А: В зависимости от картины мира, которую мы принимаем, можно предполагать, что ты субъект собственного пути, а можно предполагать, что твой путь был написан свыше и дан тебе в книге судеб. И какую мы точку зрения примем, зависит на самом деле не от нашего мировоззрения, а что нам с тобой нужно для работы. Какая сейчас стоит задача перед тобой…

В: И сверхзадача.

А: Почему сверхзадача? На данный момент может стоять какая-нибудь мелкая, но острая задача, в связи с чем-то. Я хочу сказать, что человек не должен быть центрирован ни на одной концепции самой по себе, вынутой из контекста. С другой стороны, феномен может наталкивать его на строго определенные правила интерпретации этого феномена. И для определенного класса задач можно сказать, что ты сформировал намерения, ты выбрал свой путь самоутверждения, самореализации и идешь этим путем. А можно посмотреть, что над тобою были, например, Учителя, или кто-то еще, они тебя избрали, прописали тебе этот путь, готовили тебе кучу испытаний. И дали тебе об этом как-то знать через твои замыслы. Значит, опять же, если мы не берем в контексте твоих жизненных задач, то вопрос, что же было на самом деле, сам ли ты определил или боги подсказали, это все превращается в досужие разговоры. А если ты решаешь какую-то жизненную задачу, или идешь на путь реализации сверхзадачи, то в одном случае одна концепция является ошибочной, а в другом случае другая. В одном случае тебе полезно думать, что «я сам себе предначертал и обязан выполнить», а в другом случае тебе в похожей же ситуации выгодно посмотреть, а что же там мне боги сказали и как на них сориентироваться.

В: То есть вы предлагаете акцентироваться на такой категории, как полезность. В данном контексте, в данной ситуации.

А: Не полезность, а правда.

В: Что такое правда?

А: А вот есть такой термин «оправдание». В драматургии. Если ружье в пьесе висит на стенке, оно должно выстрелить. Следовательно, если я составил пьесу, в которой ружье так и провисело на стенке, значит, я чего-то не учел. В жизни всяко лыко в строку. И мы вынуждены находить то описание, чтобы и Бога не забыть, и себя не забыть. Это требование восприятия мира как целого и отражение объемности, неоднозначности нашего бытия. Если мы пытаемся по жизни двигаться фрагментарно, забывая или богов, или законы движения материи, или законы собственной индивидуальной судьбы, или кармические законы, то и наше бытие становится фрагментарным, как примитивная система условных рефлексов.

В: Еще раз повторю по-своему. Такое определение: в идеале консультант удерживает в своем сознании весь объем, начиная от земных материальных вещей и заканчивая верхними структурами, фокусируя всякий раз внимание свое или клиента под задачу, оправданную именно этим фокусом. То есть в данном случае изначально мы находимся в состоянии расфокусировки, удерживая все, и это, и это, а в данный конкретный момент выделяем некий фокус.

А: Консультант должен уметь видеть в человеке богоподобного человека, которого касается все, в котором отражается вся Вселенная, и который сам является всей Вселенной.

В: Не исключая материального мира.

А: Как же его исключить…

В: Когда говорят «богоподобное», под этим, бывает, подразумевается одна часть реальности.

А: Нет. С мясом, с жилками и так далее. Мы богоподобные не без тела. Нас Господь Бог создал богоподобными именно с мясом, с костями и так далее. В каждой клеточке. Необходимыми для работы этого дела. Больше того, Он Сам создал кучу тонких тел, про что мы только догадываемся. И только все это вместе — богоподобно и вселенскоподобно, так скажем. И консультант должен видеть, что сдерживает этот богоподобный процесс, чего не хватает человеку для того, чтобы стать более богопобным на данном этапе, в данный момент.

В: Кому-то явно приземленности.

А: Кому-то не хватает приземленности.

В: Не кому-то, а очень многим, кто обращается… Я почти не встречал человека, который был бы в хорошем смысле заземлен.

А: Кому-то не хватает зацепки на земле. Кому-то не хватает технологичности — техник, приемов и так далее. Кому-то не хватает рапорта свыше.

В: Я сейчас попробую сформулировать еще общий дефицит. Этот общий дефицит — как раз та позиция мировоззрения, которая свободна от зацикленности на чем-то одном, то есть — восприятие всего как таинства.

Я общаюсь сейчас с людьми из разных социально-психологических миров и везде, с одной стороны, прикалываюсь, а с другой, веду некую диверсионную работу. Вот веду я группу в Москве. Там народ очень психологизированный, — в основном профессиональные психологи, объясняющие любые явления проекциями, интроектами и другими механизмами защиты. И вот я им частенько демонстрирую явления, которые выходят за эти рамки. То точно угадаю в деталях детскую ситуацию участника группы, то сделаю пассы и вытащу из кого-то блокировку, а то и совсем — засланца из «параллельного мира». С шутками, — но ведь работает! И ребята, хоть и спорят, и некоторые говорят, что это я им интроекты в картину мира ввожу, но их прежнее мировоззрение становится более гибким. Я им так и говорю: «позвольте, я вам интроект имплантирую — а вы его переварите» и демонстрирую какую-нибудь магическую штуку… Приезжаю в Питер, а тут есть известная вам группа эзотериков, где все о карме, о путешествиях в иные миры и пространства толкуют и переживания у них мощные. Так я им говорю: «ребята, не забывайте, что все это — ваши проекции» и так далее, — то есть все наоборот, чем в Москве. Есть люди, упертые в эзотерику и не желающие больше ничего видеть, — я приглашаю их в гости, показываю фильмы: «Маленькие трагедии» по Пушкину, пьесы Чехова, Шекспира, гетевского «Фауста» читаю и говорю: «эзотерика — это тупичок, мелочь такая, — у Пушкина, Шекспира и Гете — гораздо более серьезные вещи почерпнуть можно, без разных там словечек. И Школы ваши, которые вы считаете выше всего — это так, на уровне общечеловеческой культуры — весьма слабенькие явления. Возьмите крупного ученого, политика, художника, артиста — вот где и видение и стратегии уникальные и состояния — вот, например читает Юрский стихи в концертном зале, — там весь зал таким состоянием накрывает, — далеко не каждый продвинутый эзотерик и лидер Школы в таких состояниях может пребывать»… И так далее — одним доказываю одно, другим — противоположное… Сам я не знаю как оно все на самом деле, — для меня это таинство, поэтому я свободно могу входить в ту или иную картину мира и играть с ней — отстаивать или критиковать — от задачи зависит. При этом я не неискренен…

А: Да. Ты верно сказал, что очень часто человек хочет замкнуть свою картину мира, как некоторую определенность, причем он может в этой определенности уйти в общение с Богом, воспринимая его как определенного, как конечного, как представленного Учителем, допустим, или некоторым подобным образом. Человек очень часто хватается за определенную, ограниченную картину мира. Замыкая себя в определенном модусе существования. И хорошо, если это так происходит, и это замыкание гармонично. Но рано или поздно он сталкивается с ограниченностью, с дефицитностью, с плоскостью этого мировоззрения. Эта ограниченность, как это ни смешно, может быть определена контактами с высшими силами, и она может быть определена зацикленностью на материальных моментах. Есть типичные проблемы человека, который пытается совместить высшее и земное. До сих пор мы преимущественно обращали внимание на человека как на земное существо.

В: Но что-то случилось либо с нами, либо с нашими клиентами в последнее время, либо со всем человечеством.

А: Я бы сказал, что что-то случилось с миром.

В: Причем в последние буквально несколько лет.

А: Да. Во-первых, мы наблюдаем целый ряд событий, имеющих апокалиптическое значение. Таких событий, которые совершенно уже не диктуются такими вещами, как передел мира, экономика, политика. Какая-то горстка террористов, хрен знает откуда взявшихся, потрясает основы мира. На нее всем миром собирается цивилизованный мир — против кого, против чего? Конечно, можно потом описать это как определенное экономическое, историческое, политическое явление, но все-таки здесь видна какая-то натяжка. Я бы сказал, что что-то явно произошло. Очевидно, настолько усложнился наш земной мир, что часть тех задач, которые раньше традиционно были в компетенции высших сил, начинают ими спускаться на землю. Появляется все больше и больше эзотерически одаренных людей с уплотненным контактом с высшими силами, с одной стороны, а с другой стороны, с приданностью ими вот этих высших способностей. То есть они начинают прозревать, у них появляется способность к предчувствию, предсказанию, действию, они начинают духом влиять на материальный мир. Люди становятся на порядок более богоподобными.

В: Это было и раньше в каком-то единичном масштабе.

А: Да. А сейчас это становится значительно более массовидным. Это значит что то ли мы созрели, то ли боги вынужденно делегируют нам свои полномочия. И новый объем видения, новый класс задач, новые проблемы, которые упали на человечество. Я думаю, что боги сказали, что вы уже подросли и, господа, либо сами разбирайтесь здесь как следует, либо вообще ну вас нафиг. А то мы сами не справляемся.

Это новый класс возможностей, это новый класс проблем и новый уровень ответственности. И в своем быту я сейчас перестроился, я понимаю, что есть боги…

В: Александр Павлович, боги или Бог?

А: Я говорю «боги» почему — безусловно, есть Абсолют. И есть его ипостаси. Их очень сложная иерархия, причем не одна.

В: Она не так проста, как иерархия царей и министров.

А: Много иерархий, много аспектов, много традиций, не только земных традиций, но и традиций формирования этих сущностей.

В: То есть это не обязательно воспринимать в персонифицированном виде, можно воспринимать в виде какой-то энергетической структуры…