Чтение онлайн

— Ты не знаешь, что пережила Изабель в лаборатории.

Мишель фыркнула и отпила вина, громко глотая.

— О, поверь мне, — она стукнула ножкой бокала о столик и вытерла тыльной стороной руки губы. — Я знаю. Я хранила её секрет, а Изабель хранила мой. Мы в каком-то смысле… сёстры, да! Сёстры! Сёстры по несчастью, — Мишель расхохоталась. — Благо, моему отцу хватило ума не давать мне очередную лебяжью фамилию и не ссылать вместе с матерью в Волкомирск. Он сделал мою мать кормилицей для своей дочери, что родилась месяцем позже.

Увлечённая рассказом баронесса Ашпер не заметила, как побледнел при её последних словах Корнелиус Ланц. Он медленно опустил руку с нетронутым бокалом вина, поставил его и сел за стол. Корнелиус сглотнул и незаметно вытер взмокшие руки.

Значит, Мишель была внебрачной дочерью графа Вронежского и кровной сестрой Мелиссы. Догадывалась ли об этом юная графиня Вронежская? Могла ли Мелисса умышленно подменить дочь сестры на своего сына, зная, что доверяет второго наследника кровной сестре? А уверена ли была сама Мелисса, что отдает Мишель именно второго сына?..

— Неужели ты не хочешь отомстить Императору? — подала голос Мишель. — Он должен ответить за смерти твоей возлюбленной и твоей младшей сестры.

Корнелиус напрягся. Откуда Мишель знать, что во время нападения на поместье Орефица погибла его младшая сестра? Брак заключали тайно и в ужасной спешке. Не было пышной церемонии, даже гостей не собирали. Жених и невеста были в повседневных одеждах, даже не переоделись в вечерние наряды, чтобы не привлекать внимания.

— Я дружила с Майей, она по секрету рассказала, что её младший брат женится, чтобы претендовать на престол в случае смерти отца, — Мишель игриво помахала пустым бокалом, Корнелиус неохотно протянул руку к бутылке. — Как стало известно об уничтожении поместья вместе со всеми его обитателями, я написала твоей сестре, — баронесса Ашпер облизала губы, наблюдая, как бордовый напиток играет в свете люстры. — Спустя месяц мне пришёл ответ, что Элеонора тяжело больна и не может меня принять. А после вы объявили, что она скончалась, — Мишель грустно улыбнулась и посмотрела на Корнелиуса. — Ты думаешь, я не догадалась? Скрыться от меня удалось только Мелиссе и то, я всё ещё не понимаю, как, — она пожала плечами и залпом опустошила бокал.

— Особняк. Мелисса скрывалась в родовом особняке, — произнёс граф Ланц, пригубив вино. Судя по взгляду баронессы Ашпер, хмель моментально выветрился из её головы.

Но теперь хотелось напиться Корнелиусу.

— Особняк исчез двадцать пять лет назад! — возбуждeнно воскликнула она, поставив пустой бокал, и быстро заговорила. — Даже я приезжала к Мелиссе в дачный домик, местоположение которого знали только мы. Домик после спалили по приказу Императора, — она поморщилась. — А на месте особняка остались только сваи от фундамента, я была там, — мрачно закончила Мишель.

— Это я помог Мелиссе переместить особняк.

Мишель вскочила на ноги.

— И ты молчал?! — она запустила пальцы в прическу и нервно заходила по комнате. — Куда вы переместили особняк? Где он находится? — она возвела руки и повернулась лицом к старому графу: — Дэниел отправился на поиски родового особняка, он не вернётся, пока не найдёт его! — Мишель тяжело опустилась на диван и смахнула слезу с щеки. — Чем дольше он не возвращается, тем сложнее скрывать его отсутствие. Августину уже вызывали на допрос, Совету стало известно об их помолвке. Я боюсь, что это ударит по Стефану, пока у них нет доказательств, но… Корнелиус, — она с мольбой заглянула в глаза старому другу, — помоги нам вытащить Дэниела! Ты же его учил, он тебя послушает! Убеди его! А я скажу Стефану — у него есть связи в Соснопене — мы вернём твою дочь домой!

Несса тихой тенью проскользнула через пространство между лестницей и дверью, и через секунду её силуэт мелькнул в окне. На углу за кустами девушку поджидал несменный часовой — Зиги.

После прогулки Несса также беззвучно вернётся, откажется от ужина и закроется в своей комнате.

Нонна закусила щёку изнутри, стоя у окна кухни со скрещёнными на груди руками. За её спиной довольно копошилась Аглая, потроша свёртки с мясом и перекладывая яйца из корзинки. Зиги трижды в неделю заносил так необходимые им всем продукты, а после удалялся за ворота и, скрывшись за кустами, замирал возле изгороди. Оставшиеся четыре дня в неделю мужчина не заходил во двор и покорно поджидал на углу за воротами, вытаптывая траву ботинками. Каждый раз Нонна выходила и возвращала к жизни вывернутые и примятые клочки зелени, уничтожая все следы пребывания Зиги возле их дома.

Нонна горько усмехнулась, кинув взгляд на свободно свисающие концы волос в косе (у неё сломалась последняя шпилька), но обращаться к помощи Председателя она не спешила. Сначала товар, затем расплата. Только почему-то расплачиваться за всех них приходилось Нессе в одиночку. А они с Аглаей остались в стороне и лишь пожинали плоды чужих усилий. Нонна подавила вздох и подперла бедром подоконник, глядя в окно.

— Тебе не кажется это несправедливым? — спросила она, не отрывая взгляда от двух силуэтов, что медленно брели по тропинке прочь от поселения.

— Ты о чём? — судя по тону, Аглая была в приподнятом настроении, что последнее время случалось редко. Нонна прикрыла глаза. Что ж, придётся подпортить хорошее расположение духа.

— О том, что за подачки от Общины расплачивается одна Несса? — она обернулась в тот самый момент, чтобы поймать равнодушное пожимание плечами и циничный ответ:

— Её никто не принуждает, не нравится — может не гулять.

Несса чувствовала себя крайне опустошённой, когда переступила порог дома и замерла у лестницы. Уступив уговорам Аглаи, она безропотно соглашалась на все прогулки с Зиги. Но он… её тошнило от его странной полуулыбки, от его тёмных — почти чёрных — глаз, от его манеры разговаривать и особенно мутило от его постоянных попыток к ней прикоснуться.

Он мог часами рассказывать о своей работе в лаборатории и петь дифирамбы Баронессе. Никакой пользы в его информации не было, ведь Несса не собиралась писать Магистру или кому бы там ни было. Она окончательно смирилась с тем, что вероятно навсегда застряла в Соснопене под чужим именем, и справедливо полагала, что знать такое обилие сведений о лаборатории ей не следовало бы. Чтобы не сойти окончательно с ума и освободить голову, она каждый вечер записывала всё сказанное Зиги в тетрадь, а после закидывала её под кровать. Она даже не пыталась скрыть свои записи. Теперь всё потеряло смысл.

Девушка тяжело вздохнула и нехотя начала подниматься. Она не знала, насколько её ещё хватит.

Ночи, как и обещала Нонна, к исходу второго месяца лета стали темнее, но исчезновение над горизонтом раздражающе оранжевого диска нисколько не улучшило сон девушки. Напротив, Несса перестала спать вовсе. Она подолгу смотрела в потолок, пока не погружалась в дрожащую дрeму за час до рассвета, чтобы с первыми лучами раскрыть глаза.

Рука бессильно толкнула дверь. Несса перешагнула через порог и погрузилась в густой сизый туман. С некой отрешённостью она обернулась назад, осознавая, что дверной проём уже сожрала белая пелена. Неразличимое щупальце скользнуло по щеке девушки, словно изучало её лицо.

Несса прикрыла глаза, которые невыносимо щипало, и позволила горячим слезам рухнуть с её ресниц вниз. Она старалась не шевелиться и не фокусироваться ни на ледяном покалывании в кончиках пальцев, ни на крошащейся под ногами тонкой наледи.

Туман медленно изучал и обнюхивал её подобно невидимому хищному зверю. От касаний щупалец немела кожа вплоть до кости.

В какой-то момент Несса осознала, что это конец. Закончив изучение, туман неизбежно проглотит её.

И только сейчас стало страшно. Не выдержав напряжения, Несса дёрнулась всем телом и закрыла лицо руками, сдавленно всхлипнув.