Чтение онлайн

Как будто снова и снова потеряна цель в жизни.

Но ведь это не так, у него есть Элиа, и Фалина, и воспоминания о ее глазах и улыбке, и Кирен, которая наверное ждет их каждый вечер на крыльце дома у дороги, и даже злой на язык шалопай Кларенс…

Почему же мне так паршиво?

Может быть потому что надоедливый невыносимый вороватый подросток прав и мне действительно нравится строить из себя героя?

Нет, дело было не в этом, Ольг это чувствовал. Что-то другое угнетало его, что-то гораздо более глубинное, но осознать что именно он не успел: из чащи, там, где он оставил мальчишек раздался отчаянный крик.

Голос он узнал бы из тысячи.

Элиа.

Слезы, если такие еще оставались, мгновенно высохли. Ольг рывком вытащил из ножен меч, бесшумно скользнул по упругой траве, и, видящий в сумерках едва ли не лучше чем днем, быстро побежал на крики. Упругие ветки то и дело ударяли его по лицу, но он не сбавляя скорости, достал на ходу меч.

В наступившей темноте, более или менее разгоняемой только светом костра, были видны силуэты нескольких мужчин, бесшумно двигавшихся по поляне. Были они вооружены легкими мечами и луками, которые не походили на тяжелое оружие солдат короля. Ольг успел заметить, что один из мужчин схватил Элиа, жестоко скрутив руки за спиной. В десяти шагах от него Кларенс с отчаянием, воспитанным долгими годами на улице, дрался с двумя воинами. Дрался неумело, но двигаясь так, что опытный человек увидел бы наверняка – такой будет сражаться до последнего вздоха, до последней возможности, надеясь хотя бы умереть достойно, раз уж не получается победить.

– Ольг! О-о-ольг! – Элиа кричал, надрывая голос, потом каким-то образом вывернулся из рук державшего его мужчины, – Ольг!

Я – идиот, возомнивший себе невесть что. Самодовольный глупый мальчишка, решивший поиграть во взрослые игры. Глупец. Я стою здесь и смотрю как какие-то ублюдки делают больно моим близким…

Эта мысль отрезвила его. Он снова стал таном Ольгом, легко вступающим в любую битву, Ольгом – воином. Он вновь почувствовал, как кровь легко разливается по жилам, и обостряется зрение и слух, будто мир становится вокруг несоизмеримо ярче и четче.

И у него снова была цель.

Спасти. Элиа. И Кларенса.

Сейчас. Немедленно.

И спасать каждый раз, когда это будет необходимо. Что-то подсказывало Ольгу, что необходимость эта будет возникать все чаще и чаще.

Узорчатый меч с шипением выполз из ножен. Тонкая тень метнулась на поляну молниеносным рывком.

Удар.

Взмах.

Звон двух скрестившихся клинков и снова взмах. Пурпурный отблеск от костра на блестящей поверхности металла, внезапно замедлившееся для Ольга время, и никаких звуков – лишь собственное тяжелое дыхание… вдох… выдох… снова вдох… Элиа, что-то беззвучно кричащий, вырывающийся из захвата… Кларенс, жестоким ударом добивший своего противника и дико озирающийся по сторонам, не зная, что делать…

Вдох…

Стук сердца в заполнившей мир тишине.

Раз.

Я – Ольг.

Два.

Я – воин.

Три.

Я – тан Ольг из Нарита.

Четыре.

Я – Ольг!

Выдох…

Время тотчас обрело свой обычный ход, и старинный меч резким движением рассек воздух перед собой и остановился за мгновенье до того как врезаться в мягкую податливую плоть.

Я – воин. Гончар лепит посуду, пахарь обрабатывает землю, а воин сражается. Таково мое предназначение. Я – воин. Но не убийца.

Элиа откатился в сторону и в его карих глазах Ольг прочитал мгновенный вопрос.

Что?

Ты?

Делаешь?

Я – не убийца. Я. Не. Хочу. Так. Больше.

Каким чудом они оказались втроем, спина к спине, Ольг так и не понял. Элиа мягко, напомнив ему этим движением рысей, живущих в лесах вокруг Нарита, рывком поднялся с земли и прыгнул к нему. Кларенс метнулся еще быстрее, по пути ранив одного из нападавших ножом в плечо, и Ольг внезапно почувствовал странное единение, будто они трое сейчас могли справиться не только с этим отрядом (с этими-то он и сам мог разобраться), но и с войском раз в сто больше и сильнее.

Ощущение внезапной силы ошарашило его настолько, что он даже не заметил, что из-за деревьев показалась рослая фигура. Он вгляделся в белеющее лицо лишь спустя долгое-долгое мгновенье – уже успокоившийся, уверенный в том, что сейчас ничего такого не произойдет.

Молодой мужчина, высокий и широкоплечий, явно предводитель, вышел на поляну.

– Сдав вас троих королевским солдатам, мы бы получили по мешку золота каждый, – сказал он, с усмешкой на крупном горбоносом лице. Темные глаза сверкнули, когда на них упал отсвет костра. Справа от Ольга отчетливо прошипел ругательство Кларенс.

– Что же мешает? – услышал Ольг свой язвительный голос.

Высокий коротко рассмеялся:

– Наверное, то, что за нас назначена не меньшая цена.

* * *

Они, как и предполагал Ольг, не были королевскими воинами. Но столь же трудно их было назвать и противниками короля.

Разбойники.

Такие же, как и те, которые разрушили замок Нарит.

Нет. Не такие же.

Те, кто ушел из деревень, сожженых дотла за неуплаты налогов. Те, чьи жены и дети остались без крова и денег.

Всё так перемешалось, что Ольг уже не знал, что правильно, а что нет. Замок среди болот уничтожили такие как тан Радион, а здесь в лесные разбойники уходили те, чьи дома были в руинах.

Они долго сидели у огня в лагере, куда их привел высокий предводитель по имени Ивэн. Слушали. Говорили.

От разбойников – они называли себя Лесными Братьями – не уходили живыми те, у кого хватало глупости соваться на старую дорогу. Глупости хватало у солдат, надевшихся на силу своего оружия, да не рассчитывающих, то, что в своем лесу помогают и деревья. И у купцов, которые поначалу ехали старым трактом чтобы сэкономить время – прямая дорога на Неар всегда пролегала именно через эти места.

И у них троих. Как всегда.

Иногда Ольг думал о том, какой запас невезения еще припасла им Хозяйка Судеб, мудрая Суор, и не находил ответа.

Впрочем, жаловаться им было не на что. Их оставили в живых, мало того, их отпускали назавтра в дорогу. Их войну считали правой.

Ивэн, вождь Лесных Братьев, жил когда-то в маленькой деревеньке под названием Клыки.

* * *

Элиа смотрел на костер. Считалось, вообще-то, что он спал, да вот только спать совсем расхотелось – во сне он опять видел Нарит – и он просто смотрел на то, как плюется шишками лесной костер, и прислушивался к неторопливому разговору Ольга и этого… Ивэна.

Даже через толстую ткань плаща чувствовалась твердая почва, и Элиа вдруг подумал о том, как давно он не спал на кровати – и даже узкая домашняя кровать, что стояла в их с Лин комнате, вдруг показалась ему воистину королевским ложем. Дом… Он соскучился по дому. По скрипучим ставням, которые качал любой, даже самый небольшой ветерок, по деревянным полам, которых близнецы должны были покрасить, да все ленились, и доски на полу рассыхались и тоже начинали скрипеть, а мама ругалась каждый раз, когда такая половица жалобно стонала.