Чтение онлайн

– Вполне, милая хозяюшка. О, да здесь целая бутылка. Это бургундское?

– Нет, я предпочитаю испанские вина. Вы ешьте, не отвлекайтесь на разговоры.

– Я так благодарен Вам, мадам, Вы второй раз возвращаете меня к жизни. Может, будет и третий?

– На что Вы намекаете, мсье?

– Я говорю, что нас свел здесь случай. Но справедливо сказал Августин: все, что мы считаем происходящим случайно, совершается по воле Бога. И весь этот антураж: засада на улице, темная комната, кровать, вино - все подготовлено, чтобы анонимная молодая женщина и растерянный в чужом обществе мужчина сегодня здесь соединились. Подождите, не возмущайтесь! Если мы этого не сделаем, упустим свой шанс, то всю оставшуюся жизнь будем горько сожалеть и мечтать, чтобы вернуть эту ночь. Умоляю, мадам, доверьтесь мне и нашему доброму Богу!

– Вы говорите невозможные вещи! Бог осуждает прелюбодеяние....

– Он осуждает похотливых людей, которые стремятся к совокуплениям без искорки любви, а зачастую через насилие или для выгоды. Но Вы признались, что я похож на Ваш идеал мужчины и во мне стало зреть ответное чувство. Так ли это можно проверить сейчас же. Объятья не могут обмануть: либо мы испытаем необыкновенное счастье, либо разочаруемся друг в друге. Хотя.... Дайте мне Ваши руки! Нет, все у нас будет хорошо: такой трепет бывает только у любящих сердец! Проверим поцелуем....

Рассвет подвел Анну Австрийскую, застав ее спящей в объятьях долгожданного любовника. В первый момент она всполошилась, но вдруг успокоилась: ну и пусть он раскроет ее инкогнито, пусть потешит свое тщеславие - заслужил! Какие сладостные чувства рождались в ее существе этой ночью! И как подолгу они ею владели! Казалось, милый Кристиан превратил ее тело в подобие органа, на котором играл так искусно! Это было волшебство - особенно в сравнении с однообразными, вялыми ласками Луи. Так что пусть еще с ней понежится....

Но немецкий принц рассудил иначе:

– Ваше величество! Я приношу глубочайшие извинения за оскорбление Вашего величества безнравственными речами и телесными домогательствами! Но очень надеюсь, что Вашу благородную простоту оттеснит разумная предосторожность, и Вы не станете извещать своего венценосного супруга о моей дерзости и Вашей уступчивости. Я же сейчас быстро-быстро встану, оденусь, накину этот замечательный монашеский плащ и исчезну с Ваших готовых разгневаться королевских глаз.

– Ты издеваешься надо мной, Кристиан? Я готова отныне стать твоей рабыней....

– Увы, Анна, каждый взрослый должен нести в жизни свой крест, большой или не очень. Тебе не повезло: твой крест величественный и его не сбросишь, пока жив твой муж, Луи 13-ый. Одно из условий этого крестного хода: родить королю наследника мужского пола, который (sic!) должен быть на него похож. Если же мы, так подошедшие друг другу в любви, будем продолжать наши альковные встречи, то мальчик этот на Луи похож не будет. В итоге с меня сдерут кожу, а Вам могут отрубить голову. К тому же и мой крест останется не донесенным до пункта назначения....

– А каков ваш крестный ход, Кристиан?

– Я должен отстоять независимость своей родины, Ваше величество.

Глава тридцать третья. Засада

Если бы кто-то вздумал написать историю засад, он выявил бы несколько закономерностей. Первая из них: засада, в которую объект не попал, обязательно повторяется. Вторая: если засада разгромлена, ее, как правило, не повторяют. В соответствии с этими постулатами Кристиан и Алекс стали готовиться к уничтожению боевиков Медичи, для чего надо было: 1) выяснить по возможности состав боевиков 2) выманить их ближе к себе 3) разделиться на приманную группу и ликвидаторскую 4) скрытно усилить приманку.

Первую задачу можно было попытаться осуществить через наблюдение за каретой посла Богемии, движущейся днем по улицам Парижа. Разумеется, Кристиана в ней не было. Два изобильно вооруженных пистолетами сотрудника (один изображал пассажира, другой, способный к рисованию, лежал скрытно, обозревал в дырочку заднюю панораму и брал на карандаш подозреваемых) поколесили несколько дней и слежку за каретой, действительно, обнаружили. Пасли их и одиночные всадники (каждый день разные) и эпизодически группы в каретах (зеленой и коричневой) - но на третий день слежки, почитай, не было.

– Раскусили они, что поездки наши показушные - раз никто из кареты не выходит, - констатировал Алекс.
– Это неважно, портреты 7 бандитов у нас есть, если считать с кучерами. Из них пятеро похожи на дворян. А сколько осталось за кадром? Серьезно нас обложили. Ничего, теперь перейдем к плану Б.

– Не будем покидать посольство? Опять наблюдать и рисовать?
– скривился Кристиан.
– Мои дамы будут обеспокоены.

– Значит, де Шеврез скоро заедет с визитом. Она-то имеет право передвигаться по Парижу без помех.

Три дня изоляции (впрочем, лишь для посла, сотрудники под разными личинами тусовались по Королевской площади и ее окрестностям) опять принесли улов: те же личности были примечены около посольства, а с ними несколько новых фигурантов бретерского облика; срисовали и их.

Вдруг днем к посольству подъехала изящная карета, из которой выпорхнула ожидаемая дама и вошла решительным шагом в его двери.

– Как Вам не стыдно, Кристиан!
– атаковала она с порога его кабинета.
– Мы с известной Вам особой сходим с ума, а Вы тут спокойно посиживаете?

– Я рад Вас видеть, мадам. Но гнев все же менее Вам к лицу, нежели улыбка.

– Не надо льстивых слов, принц! Я знаю теперь, как Вы умеете забалтывать женщин. Лучше дайте ответ по существу!

– Извольте, герцогиня. Я сейчас готовлю операцию по разгрому своих врагов. Как только их не станет, я тотчас предстану перед очами той самой особы и Вашими, конечно. Кстати, Вы можете мне помочь в борьбе, если организуете слежку за покоями мадам Медичи. Есть у Вас для этого подходящие слуги?

– Пожалуй, есть.

– Тогда передайте им портреты вот этих людей - не окажутся ли они среди посетителей мадам?

– Хорошо. Стойте, вот этого я знаю! Виконт де Полиньяк, известный дуэлянт!

– Мари, Вы бесценная сообщница! Разузнайте круг друзей виконта, а также поищите оригиналы портретов среди его слуг. Эти сведения мне очень помогут.

– Рада Вам услужить, Кристиан. Нам очень не хочется, чтобы Вы погибли....

Через два дня, на закате, когда движение по Королевской площади почти затихло, к посольству Богемии прискакал всадник. На его громкий стук выглянул привратник и взял записку, на которой было написано: "Мсье Анхальту. Срочно!". Привратник кивнул и всадник ускакал. Кристиан вскрыл записку и прочел: "Милый друг, я в опасности! Поспешите на помощь! Ваша Мари де Шеврез." И подпись, скрепленная печатью.