Чтение онлайн

– Спокойно, дорогая ты наша, с тобой что-то делали? – утешающе говорил разбойник.

– Только толстый хотел напоследок меня взять, сказал, что все равно я завтра, то есть сегодня утром, умру, но пришла его жена, когда он уже спускал штаны, и больше я его не видела.

– Прекрасно, что все обошлось, – сказал Людовик, стоя в стороне.

– А вы кто? – удивленно спросила Глория.

– Я рыцарь графа Мольберна, Персиваль Кольщик… – сказал рыцарь и поцеловал руку девушки.

– Да, Глория, нам очень повезло, что граф оказался на стороне сопротивления и знал твоего отца лично.

– На самом деле это не везение, господин Ворон, уже большая часть графов не доверяет Императору и верит, что сможет победить в революции.

– Откуда вам это известно? – продолжала удивляться Глория.

– Графы общаются между собой, а я лишь тот, кто открывает письма, чтобы графа не могли убить каким-нибудь насекомым, спрятанным в конверте. А также я читаю их, чтобы проверить, ядовиты ли слова, написанные в них, и сам пергамент.

– И граф для этой работы нанимает рыцаря? – усмехнулся Ворон.

– Он мне очень доверяет, господин разбойник. Слава обо мне такая ходит, – подмигнув, сказал Людовик и, сев на коня, уехал прочь.

– Ты меня не бросил, – утвердительно сказала Глория.

– Тебя? Да такую девушку никто бы не бросил на произвол судьбы, хотя, честно признаюсь, я хотел это сделать.

Сказав последние слова, Ворон поймал на себе прозаичный взгляд Глории, и они отправились в лес.

– Этот парень безнадежен, – сказал мужчина в одеянии разбойника. – Мы его держим взаперти больше месяца, и он никак не хочет признать, что сопротивление – это реальная возможность стране не сгинуть в коррупции.

– И что ты предлагаешь? – спросил человек, сидящий за столом главы деревни.

– Не тратить на него еду и воду, казнить его как приспешника империи.

– Пойми, Серый, Консильваль сказал, что надо сохранить ему жизнь и оставить в здравии.

– Но Кайл, ты же сам понимаешь, что он нам вообще не нужен. Он много ест по сравнению с нами, в то же время ничего полезного не выполняет, – эмоционально говорил Верн.

– Знаешь, почему империя держит людей в тюрьмах, а не убивает? – сказал Кайл и встал, начиная привязывать письма к голубям и отпуская их.

– Зачем мне это знать? Это все имперское, чужеродное, мы боремся с империей, а не примыкаем к ней. Мы должны что-то новое сделать.

– Империя держит людей в тюрьмах, потому что верит, что они исправятся и станут благородными и работающими членами общества, то же и с ним.

Кайл посмотрел на местную тюрьму.

– Наш лидер верит, что он исправится. Я тоже верю.

– И зачем ты мне это сказал? – помотав головой, ответил Серый.

– А затем, что пора бы тебе заняться делом, а не болтать попусту. Меня Консильваль назначил главой деревни, а тебя, если мне не изменяет память, тренером, и вроде бы твои занятия по стрельбе из лука начинаются, – Кайл посмотрел на настенные часы, – сейчас.

Серый тоже посмотрел на часы и, увидев сколько времени, попрощавшись, выбежал из здания и в спешке отправился на поле, где он должен был обучать новобранцев. По пути его хотели остановить двое солдат, но он, быстро сказав что-то невнятное, убежал.

На поле уже стояли новобранцы, и было видно, что они стояли не пять минут. Интерьер был уже готов. Мишеней должно было хватать, чтобы у каждого из двадцати ребят было, куда стрелять.

– Так, молодежь, вы должны понимать, что у нас нет времени долго и тщательно готовиться, потому у нас будет максимально ускоренный курс стрельбы. Главное правило – не стрелять по другим, не целиться в других, только по мишеням. Все ясно? – громко и четко сказал Верн.

– Так точно, – недовольно сказала парочка молодых людей.

– Я почему-то не слышу всех, все ясно? – уже громче спросил мужчина.

– Да, сэр, – громко сказали все.

– Отлично, начнем, – сказал Серый и начал учить молодежь стрельбе из лука.

Тем временем Кайл занялся распределением работы в городе. Все должны были что-то делать для блага сопротивления. Кузнец дни напролет делал стрелы, фермеры поставляли еду и так далее. А так как временно отсутствовали налоги, то все трудились с двойным упорством. Каждый день все члены деревни собирались на главной площади, чтобы обсудить планы на будущее.

– Что говорит Консильваль? – спросил Кайла офицер, который выходил из местной тюрьмы.

– Что именно тебя интересует? – отвечал глава деревни, смотря в отчет, который составил его секретарь.

– Что делать с пленными? – настойчиво и немного нервно спрашивал солдат.

– Что же за день такой, всем интересно, что с ними делать! – возмутился Кайл, развел руками и пошел внутрь тюрьмы.

– Так и?

– Ничего мне он не говорил, кроме изначальных установок, – говорил глава и смотрел в заполненные камеры.

– Шесть голодных ртов, один из которых здоровый парень. Предлагаю просто их не кормить, и они умрут. Не думаю, что Консильваль вспомнит о них, и сколько вообще их было, и были ли они, – шепотом прямо в ухо говорил офицер.

– Решим это на сегодняшнем собрании, – сказал Кайл, еще раз взглянул на заключенных, резко развернулся и вышел.

Офицер сплюнул прямо в лицо Дэвиду и вышел. Он шел прямо за Кайлом, а тот направлялся в сторону кузнеца. В городе была суета, каждый куда-то бежал, – это, конечно, радовало Кайла, так как каждый не сидел без дела. Особенно кузнец.

– Здравствуй, дружище, как дела со стрелами? – весело сказал глава деревни кузнецу.

– Здравствуй, сто пятьдесят штук за два дня, – сухо сказал Фридрих.

– Ну Фрид, ты чего, – утешительно говорил Кайл. – Я уверен, твой сын одумается, ты же с ним говорил, и не раз, – сказал он, смотря назад, убеждаясь, что офицер не слышит.

– Он упрямый, прямо как я в юношестве. Ему взбрело в голову, что меня околдовали вы и теперь я пляшу под вашу дудку. Жалко его мать, она с ума сходит, не может сидеть на месте. Я ей говорю, чтобы не совалась не в свое дело, но не знаю, что она может начудить, – скривив лицо, сказал мужчина.

– М-да, нехорошо получается. Уверен, мы решим проблему на общем собрании. Я буду настаивать на том, чтобы его оставить в живых.

– Спасибо, конечно. Но ты думаешь, я не вижу, как остальные на него смотрят? – он с оскалом посмотрел на офицера, стоявшего на улице. – Они его хотят убить, они как звери: им достаточно еды, но им кажется, что он посягнул на их собственность, – скрипя зубами, говорил кузнец.

– Я в курсе. Но не думаю, что у нас в деревне одни варвары, – с угасающей надеждой говорил Кайл.